ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мисс Галлахер? Вы спите? Кажется, я нашла то, что вы ищете.

Джил вздрогнула, поняв, что уснула, и на какое-то мгновение страшно смутилась, потому что незнакомая молодая миловидная женщина в слишком больших очках внимательно смотрела на нее. Джил поморгала и вспомнила, где она и почему, а ее измученный мозг хотел только одного — вернуться в объятия сна.

Внезапно Джил выпрямилась, осознав, что сказала Кэтрин.

— Вы проснулись? — Кэтрин не улыбнулась, ее голубые глаза за толстыми стеклами очков смотрели очень внимательно.

— Да. — Джил откинула назад пряди волос. — Я спала.

— Да, и очень крепко. Видимо, вы в этом нуждались. Я просмотрела странички светской хроники за 1906 год. Вы должны взглянуть на то, что я нашла. — Глаза Кэтрин сверкали воодушевлением.

Джил взяла фотокопию страницы.

— Это из «Геральд», — пояснила Кэтрин. — Вот. — Она указала на маленький абзац в середине страницы.

Всего несколько коротких строчек, зажатых между такими же скупыми объявлениями. «Американская наследница Кейт Галлахер, недавно прибывшая в Лондон вместе со своей матерью миссис Питер Галлахер из Нью-Йорка, гостит у лорда и леди Джонатан Бенсонхерст. Первое появление мисс Галлахер в свете состоится на балу у Фэрчайлдов вместе с леди Энн Бенсонхерст в четверг, первого октября».

Джил задрожала и, окончательно проснувшись, перечитала сообщение еще раз. Она взглянула на дату в верхней части страницы: 6 сентября 1906 года. Мысли закружились у нее в голове.

Кейт была родом из Нью-Йорка, как и ее семья. Совпадение? Она только что приехала в Лондон со своей матерью. Отца Кейт звали Питер. Точно так же, как деда Джил. Невероятно! Еще одно совпадение. Не слишком ли много? И какое отношение ко всему этому имеет Хэл?

Мысли бежали стремительно. Джил смотрела на страницу, но буквы расплывались у нее перед глазами. Она больше не понимала ни слова, но, как живых, видела двух девушек так ясно и отчетливо, словно сама была с ними.

Склоненные друг к другу головы — темная как ночь и ярко-рыжая. Энн и Кейт были лучшими подругами, они вместе смеялись и сплетничали, выбирали ткани и украшения для платьев, которые наденут на свой первый бал. Планировали свои жизни на тот вечер, полные надежд и мечтаний на яркое будущее.

Сознание Джил прояснилось. Видение было кратким, но впечатляющим. Что-то странное творилось с Джил. Она вдруг поняла, что это самый важный момент в ее жизни. Это было не просто желание иметь семью — такое чувство было с ней всегда. Она поняла, что всю жизнь шла к этому мгновению: она должна узнать, кто такая Кейт Галлахер.

Один из многочисленных слуг Шелдонов впустил Джил в дом, когда она вернулась из библиотеки. Было почти восемь, в доме стояла тишина. Если после похорон кто-то и приехал сюда с Шелдонами, эти люди уже ушли, и Джил полагала, что и все члены семьи разошлись по своим комнатам.

— Мисс Галлахер, мне велели передать вам, что сегодня ужина не будет, но я могу принести вам что-нибудь перекусить в вашу комнату, — равнодушно проговорил дворецкий, если это был он.

— Это было бы чудесно, — искренне ответила Джил. Она по-прежнему ощущала голод и собиралась, поев, нырнуть в кровать. — Как вас зовут? — улыбнулась она ему.

— Джемисон. Могу я еще чем-нибудь вам помочь? — почтительно осведомился он.

— Если вы принесете что-нибудь перекусить, это будет просто великолепно. Я сразу поднимусь к себе, спасибо.

Джил уже собиралась подняться наверх, но вдруг пожалела, что не попросила Джемисона принести ей бокал вина. Прошлым вечером она сама ходила за выпивкой и, не колеблясь, решила повторить тот же маршрут.

Гостиная, где она впервые увидела Шелдонов, находилась напротив нее через холл — двери были открыты, свет горел, но она была пуста. С трудом верилось, что только вчера, сутки назад, Джил познакомилась с аристократической семьей Хэла.

Еще труднее было поверить, что сегодня его похоронили.

Джил быстро пересекла холл и, войдя в гостиную, сразу же направилась к столику на колесиках с напитками. Не надо думать о похоронах. Это слишком больно. Она быстро налила себе скотч, на этот раз со льдом, и сделала несколько глотков. По мере того как алкоголь приглушал ее боль и скорбь, Джил огляделась.

Прежде она не обратила внимания на убранство гостиной. По всей комнате располагались уголки, где можно было бы посидеть. Вся мебель здесь была антикварной, на полу лежали изумительные обюссонские коврики. Столики с мраморными столешницами, небольшие кресла с позолоченными подлокотниками и ножками. Джил остановилась и стала разглядывать картину Матисса на одной из стен, потом поняла, что рядом с ним висит полотно Шагала.

Соседнюю стену украшал огромный пейзаж. Сначала Джил не узнала автора, но не сомневалась, что написал его мастер. Подойдя поближе, она поняла, что это Коро.

Джил уже осознала всю глубину пропасти между своим миром и миром Хэла. И снова задалась вопросом: о чем только думал Хэл? А вдруг его семья права и она была всего лишь увлечением?

Потом подумала о Маризе и разозлилась на Хэла. Он умер, и ей уже не получить ответа на интересующие ее вопросы. Но как же ужасно злиться на умершего, которого к тому же любила!

— Где вы были?

Внутренне напрягшись, Джил повернулась. В комнату вошел Алекс в своих потертых джинсах и красном кашемировом пуловере. Джил не слышала, как он подошел. И снова отметила, что он опять босиком. Она попыталась улыбнуться. Получилось плохо.

— Тут вот картина.

Алекс не улыбнулся в ответ.

— Да, это я посоветовал Уильяму купить ее в прошлом году на «Сотбис». Вы не вернулись после похорон.

— Верно. — Джил хотелось избавиться от напряжения. — И вы вините меня за это?

— Полагаю, нет.

— Мариза все еще здесь? — спросила Джил.

— Нет. Она уехала несколько часов назад. Мариза в глубоком горе.

Алекс прошел мимо Джил к столику-бару, на котором сверкали хрустальные графины и серебряная утварь. Проходя, он задел Джил рукавом. Она наблюдала, как он наливает себе водки со льдом. Потом отвернулась и снова начала рассматривать Коро, боясь даже вообразить себе стоимость картины. Наверное, несколько миллионов. Внезапно девушка почувствовала присутствие Алекса у себя за спиной. Она нуждалась в спиртном, но не в обществе, и уж тем более не в его.

— Куда вы пошли после похорон? — поинтересовался Алекс.

Джил повернулась к нему, но не села, потому что собиралась улизнуть в свою комнату вместе со стаканом.

— В Британскую библиотеку.

При мысли о Кейт и Энн ее пульс забился чаще. Джил представила себе, как они входят в огромную бальную залу в вечерних туалетах, взволнованные и возбужденные. Джил чуть улыбнулась.

— В Британскую библиотеку? — Брови Алекса высоко взлетели. — Если вас интересуют музеи, я мог бы порекомендовать вам куда более интересные.

— Вообще-то у меня была причина пойти туда. Кейт Галлахер.

Выражение его лица не изменилось.

— Кейт Галлахер? Девушка на фотографии?

Джил кивнула, внезапно охваченная горячим желанием поделиться с кем-нибудь своим открытием, даже с ним.

— Вы не поверите, что я обнаружила. — Она пересказала ему короткое сообщение, которое без труда запомнила наизусть. — Ну разве не удивительно?

Алекс сел в кресло и вытянул перед собой длинные ноги.

— Что удивительно, так это то, что вы в первую очередь пошли в библиотеку. Что же вы там нашли?

— Кейт родом из Нью-Йорка. Моя семья тоже из Нью-Йорка. Фотография была важна для Хэла. У нас с Кейт одинаковая фамилия. Не знаю, что думал Хэл, но я нутром чую, что эта женщина — мой предок.

Явно сомневаясь, Алекс покачал головой.

— Вы слишком устали, и у вас богатое воображение. Лучше выпейте. — Он поднял свой стакан. — Будьте здоровы.

— В самом деле? — Джил уже готова была рассказать ему о последних словах Хэла. — Вы такой скептик, — промолвила она, все еще охваченная энтузиазмом своего открытия. — В сентябре тысяча девятьсот шестого года Кейт гостила у Энн. Они вместе должны были первый раз выйти в свет. Слишком много совпадений.

15
{"b":"8079","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Самая важная книга для родителей (сборник)
1941 – Бои местного значения
Девять способов зарабатывать голосом
Эмилер
Три цвета любви
Записки анестезиолога
Вечный. Выживший с «Ермака»
Сущность
Семейно-родовой сценарий