ЛитМир - Электронная Библиотека

Энн, Эдвард, Кейт. Теперь эти трое стояли у каменной балюстрады, недалеко от фонтана. Эдвард сказал что-то забавное, Кейт рассмеялась низко, хрипловато, смех Энн оказался неожиданно резким, высоким.

«Я должна проснуться, пока не случится что-то ужасное», — подумала Джил, цепляясь за кровать, холодную и влажную.

Почему она холодная и влажная?

Страх Джил нарастал, она замерзала.

Энн извинилась и отошла.

Джил ощущала свое присутствие там. И не могла двинуться. Она смотрела, как Энн уходит с террасы — той изящной походкой, которой ее учили, должно быть, с пеленок, — желая увидеть лицо этой девушки — и не желая. И опять Джил не разглядела выражения лица Энн. Она все время оказывалась к ней спиной. Была ли она растеряна? Обижена? Зла? Или в этот момент еще не обращала внимания на роман, разворачивавшийся у нее под самым носом?

Была ли она счастлива за Кейт?

Кейт и Эдвард смотрели ей вслед. Затем Эдвард прикоснулся к обнаженному плечу Кейт. Она повернулась к нему, подняв лицо, ее глаза светились любовью.

Перед Джил выросла каменная стена.

Нет! Она попыталась закричать, стена была так близко, что Джил могла дотронуться до нее, попыталась оттолкнуть стену, но безуспешно. Она была холодной и шершавой на ощупь.

Нет! Джил захотела проснуться.

Стена нависла над ней.

Лицо Кейт мелькнуло перед ее взором. Освещенное любовью и радостью. На шее, на бархатной ленте, висит медальон.

И в следующее мгновение образ изменился. Лицо Кейт исказил страх. Фарфоровая кожа оказалась запятнанной слезами и грязью. Глаза расширены и полны отчаяния, она тянется к ней, тянется, держа что-то в руках…

Джил с криком села.

Мгновение она не понимала, где находится. Потом оперлась руками на поверхность под собой, и только тогда остатки сна окончательно улетучились — пальцы Джил погрузились в холодную, влажную землю.

Задохнувшись от ужаса, она обнаружила, что сидит на земле, на улице, серый свет зари пробивается сквозь сумрак ночи. Джил лихорадочно осмотрелась.

От земли поднимался туман, но она разглядела каменные стены дома ярдах в пятидесяти от того места, где сидела. Она во сне вышла из дома!

Джил в изумлении осмотрела себя. На ней была ее обычная экипировка для прохладных ночей — белая футболка и тренировочные трикотажные брюки. Вся одежда промокла насквозь, было ужасно холодно. Джил, дрожа, поднялась, отбросила волосы с лица.

Зубы у нее стучали. Она никогда раньше не ходила во сне и не знала, что и думать.

Джил побежала к дому. Нашла на террасе открытое французское окно, которое вело в музыкальную комнату, — не через него ли она вышла наружу? И как долго пробыла на улице? Джил ничего не помнила.

Она остановилась. В ее мозгу всплывали обрывки сна. Она вспомнила, что видела не только Кейт, но и Эдварда и Энн. Джил была сбита с толку. Почему Эдвард не приснился ей холодным и хитрым повесой, недоступным Кейт? К несчастью, он оказался довольно приятным, но ведь это был всего лишь сон.

Внезапно Джил вспомнила последнюю, жуткую часть своего сна. Кейт, отчаянно тянущуюся к чему-то, к кому-то, держащую что-то в руке. Если она хотела что-то кому-то отдать, то кому? И что она держала в руках?

Джил стало нехорошо, она испугалась, что ее сейчас вырвет. Джил немного подождала, и когда желудок успокоился, повернулась и закрыла окно-дверь на террасу. И при этом увидела себя в зеркале, висевшем на одной из стен. Джил вздрогнула.

Потом, трепеща, снова взглянула на свое отражение.

Но на какое-то мгновение увидела там Кейт.

Не такую, как на званом вечере, в вечернем платье, но такую, как в башне, лицо бледное и грязное, волосы спутаны, вьются вокруг лица.

Джил медленно подошла к зеркалу, помедлила, боясь снова посмотреть на себя.

Но все же сделала это. Ее лицо было бледным как простыня. Запачканным грязью. Волосы спутанными прядями падали вдоль лица. Глаза огромные и в этом свете казались черными. И из-за бледности кожи родинка особенно ярко выделялась на лице.

Она выглядела в точности как Кейт. Светлая, с кудрявыми волосами, чувственная, напуганная. Страх охватил Джил. Она развернулась, чтобы убежать.

Алекс схватил ее за плечи.

— Боже милостивый! Что с тобой случилось?

Джил стояла в ванной комнате, завернувшись в толстый махровый халат, и смотрела в зеркало на свое бледное лицо. Она никогда раньше не ходила во сне. Что с ней происходит?

Ей не хотелось покидать это убежище. В ее спальне находился Алекс, и она слышала, как он с кем-то разговаривает — по телефону или со служанкой.

Но она не могла оставаться в ванной до бесконечности. Только бы перестали крутиться в мозгу образы этого ужасного сна.

Джил вышла. Ходивший по комнате Алекс остановился при виде ее.

— Иди сюда, сядь у огня, пока не подхватила воспаление легких.

Он подвинул огромное кресло, и она опустилась в него. Для себя Алекс придвинул обитый шелком пуфик. Джил сидела, глядя на пляшущие языки пламени.

— Джил. — Он взял ее руки в свои. Она встретилась с ним взглядом. — Ты подорвешь здоровье, если будешь продолжать в том же духе. Остановись.

— Я и сама не понимаю, что случилось. Я ходила во сне. Такого со мной никогда не было. Мне страшно.

— Тебе нечего бояться, это всего лишь сон. А как только мы вернемся в Лондон, я отведу тебя к своему врачу. Он прекрасный человек и отличный специалист.

— Алекс, я уже так близко, я чувствую это. У меня такое ощущение, что все ключи уже у меня в руках, но я просто этого не знаю, я что-то проглядела.

— Ты слышала хоть слово из того, что я тебе только что сказал?

Их прервал стук в дверь. Алекс открыл, и в комнату вошла молоденькая служанка, за ней следовала еще одна, они принесли подносы, нагруженные чаем, кофе, лепешками, фруктами и несколькими тарелками с крышками. Джил почувствовала запах яичницы с беконом и горячей овсяной каши с корицей. Но аппетита у нее не было.

— Сэр? Я принесла достаточно для двоих. Накрыть на стол? — Служанке было не больше шестнадцати, она улыбалась ему.

— Да, пожалуйста, Роза, это будет очень кстати.

Роза и ее подружка оказались очень ловкими. Не прошло и минуты, как они уже закрыли за собой дверь.

— Что ты не договариваешь? — спросил Алекс, остановившись перед Джил.

Она подняла глаза.

— Я снова видела ее, но на этот раз она была с Эдвардом и Энн.

— И что?

— Ничего! — крикнула Джил. Ее затрясло — от внутреннего холода, который не изгнать никаким горячим душем. — Сон был такой живой, такой яркий, словно я сама была там, Алекс! И я ясно видела, что Эдвард и Кейт любят друг друга. Он не убивал ее. Он безумно любил Кейт.

Алекс молчал.

— А вот Энн я разглядеть не могла, — сказала Джил, вставая. — Она была там, но я видела ее не в фокусе. Не могла разглядеть ее лица. И если с Кейт и Эдвардом все ясно — они были счастливы, — то Энн осталась загадкой.

— Джил, это был всего лишь сон. — Алекс обнял ее за талию.

— Он был слишком ярким, чтобы быть просто сном! — воскликнула Джил. — Я схожу с ума, да? Это все Кейт. Она рядом со мной, она меня преследует, потому что хочет, чтобы я установила истину.

— Ты не сходишь с ума. Ты просто очень устала за последнее время, на тебя столько всего обрушилось. Это всего лишь сон. Ты постоянно думаешь о Кейт и поэтому видишь ее во сне. Но она умерла, она не преследует тебя.

— Я хочу поверить тебе. Но не верю, не могу.

Алекс взял ее за руку и повел к столу.

— У меня появилась отличная идея. Почему бы тебе не поехать на недельку к морю? Ты же знаешь, здесь столько милых курортов. Может, мне удастся выкроить немного времени, и я приеду к тебе.

— Давай смотреть правде в глаза, — устало сказала Джил. — На самом деле ты хочешь, чтобы я вернулась домой. Отдохнуть.

Он напрягся.

— И что в этом плохого? Ты мне не безразлична, я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

48
{"b":"8079","o":1}