ЛитМир - Электронная Библиотека

— Твоя семья покрывает смерть Кейт, — вымолвила Джил. — Твоя семья, Алекс.

— Нет никаких доказательств, — спокойно возразил он. — Ты цепляешься за сны, Джил, потому что тебе плохо, ты одинока и отчаянно хочешь обзавестись семьей.

Она с ужасом подумала, что он прав и видит ее насквозь, но не сдалась.

— А если я найду доказательство?

— Если ты найдешь доказательство, я захочу на него взглянуть.

— Ты будешь первым, — бросила Джил и отвернулась. Ее сумка лежала в другом кресле, ближе к кровати. Она подошла и достала свадебную фотографию своих родителей в окружении их родителей, шафера и подружки невесты. Да, конечно, ей так хочется иметь семью, настоящую семью.

— Что это? — спросил, подойдя, Алекс.

Джил передала ему фотографию.

— Мои родители, шафер, подружка невесты, родители мамы и Питер.

Глаза Алекса расширились, он уставился на снимок.

— Что такое? — спросила Джил.

— Ничего. — Алекс вернул ей фотографию.

Джил снова посмотрела на фотографию — на Питера.

— Господи Боже мой! — выдохнула она. — Теперь я поняла, почему он показался мне знакомым. Он просто выглядит, как постаревший Эдвард с того портрета в Аксбридж-холле — посмотри! — И в ее словах прозвучал вызов.

Алекс встретился с ней взглядом. Казалось, он сопротивляется.

— Да, — наконец согласился Алекс.

1 декабря 1907 года

«Дорогой Дневник, я знаю, что не писала несколько месяцев, но за это время столько всего произошло, что я даже не знаю, с чего начать! Я так скучаю по Кейт, что просто не знаю, куда себя деть! Но каким-то непостижимым образом я рада, что она уехала. Кейт в такой спешке отправилась в Нью-Йорк, что я даже не знаю, что случилось. Но мама, разумеется, довольна, что она уехала. Мне кажется, мама знает о романе Кейт… но я забегаю вперед.

Как все это странно! Я помню, как до отъезда Кейт мы ходили с ней вместе на все приемы и праздники и никто не замечал меня, все обращали внимание на Кейт. И как теперь все изменилось. Меня сразу же везде замечают. Мама говорит, что Кейт оказывала ужасно плохое влияние на мою жизнь, лишала меня многих возможностей. И я начинаю верить, что она права.

Да, мне надо успокоиться, хотя это легче сказать, чем сделать! И пожалуй, надо написать Кейт о своих успехах, не рассказывая ей всей правды, конечно.

И мне начинает казаться, что я смогу выйти замуж не только ради положения, но и по любви.

Как бы порадовалась этим моим мыслям Кейт. Прошедшие несколько месяцев, которые я провела с ней, были самыми чудесными в моей жизни. Кейт была и остается моей лучшей подругой. Иногда я скучаю по ней так, что хочется плакать. Но потом я вспоминаю о своей популярности, и грусть отступает. Мама постоянно говорит мне, что, останься Кейт здесь, она привлекала бы самых лучших поклонников.

Поэтому все же хорошо, что Кейт уехала. Если я знала о ее романе (который она отрицает), то и остальные, без сомнения, это подозревали. Я уверена, что мама точно знала. Кейт такая упрямая. Она ничего не слушала, каждый раз выбираясь на простынях из окна моей спальни, только клялась, что их свидания носят невинный характер. Вряд ли. Я слишком хорошо знаю Кейт. Разве не она все время говорила мне, что нужно жить в настоящем, потому что будущее может никогда не наступить?

Меня преследуют мысли о ее романе. Я постоянно представляю себе Кейт в объятиях незнакомца. (Потому что она отказалась назвать мне его имя.) Да, я восхищаюсь ею, потому что сама на такое никогда бы не решилась.

Но кто же все-таки похитил сердце моей дорогой Кейт? Я пришла к выводу, что он женат. Потому что если нет, то этот человек открыто стал бы за ней ухаживать. Или он настолько родовит, что никогда не смотрел на Кейт как на возможную невесту.

И вот теперь я перехожу к самой волнующей части своего повествования. Я встретила мужчину. Дорогой Дневник, он самый очаровательный, красивый и умный джентльмен и затмевает собой всех равных себе. Когда он входит в комнату, я больше никого не вижу — словно он один. Я познакомилась с ним прошлым летом, когда гостила у лорда Уиллоу в его охотничьем домике. Его зовут Эдвард Шелдон, он наследник графа Коллинзуорта. Я влюбилась, дорогой Дневник!

Я уже намекнула папе о своем интересе. О, как вспомню его взгляд! Я слышала, как мама и леди Сесилия обсуждали возможность такого союза.

Он не ухаживает за мной. Но он вообще ни за кем не ухаживает. Говорят, он повеса, не желает остепениться, по крайней мере пока жив старый граф. Еще ходят слухи, что его сердце похищено какой-то особой низкого происхождения, возможно, французской актрисой, которой никогда не стать его женой. И вот поэтому он всегда такой отчужденный, держится в стороне от всех.

Тогда, в Суинтон-холле мне показалось, что он интересуется Кейт. Должна признать, что я уже тогда была покорена им, но Кейт была рядом, и меня в ее тени никто не замечал, я даже не имела возможности поговорить с ним с глазу на глаз. Признаюсь, я ревновала, когда видела его флирт с Кейт. Но какой бы интерес они друг к другу ни питали, это существовало только в моем воображении, или каждый из них нашел себе другую привязанность. После той недели в Суинтон-холле я много раз видела их вместе, в одном помещении. И они никогда даже не смотрели друг на друга. Если они флиртовали, этот флирт ограничился той неделей у лорда Уиллоу.

Я рада. Я люблю Кейт и хочу, чтобы она удачно вышла замуж (ей следует найти себе мужа-американца, из нуворишей), а я выйду замуж за лорда Бракстона. Я люблю Эдварда и стану его женой, рожу ему детей, стану управлять его домами и поместьями. И в один прекрасный день буду графиней Коллинзуорт. Это я себе пообещала. И у меня нет в этом сомнений.

Завтра мама позволила мне пойти на один маленький рождественский вечер. Там будет и Эдвард. Не могу дождаться».

Глава 18

Джил вошла в дом. Он был таким уютным и гостеприимным. Она слышала, как снаружи отъехал на своем серебристом чудовище Алекс. Она порадовалась, что вернулась. Йоркшир преподнес ей совсем не то, что она ожидала. Джил поежилась, вспомнив обо всем, что узнала там.

А здесь, на ступеньках ведущей наверх лестницы, сидела и намывала свои бархатистые лапки леди Элеонора.

— Привет, леди Э., — тихо сказала девушка.

Кошка мяукнула.

Поставив сумки, Джил пошла к телефону и набрала номер своей соседки. Ей хотелось поскорее раскрыть тайну Кейт, не отвлекаясь на личные чувства.

— Ну как тебе показался Йоркшир? — спросила Лю-синда, после того как они обменялись приветствиями.

— Я столько там обнаружила, — ответила Джил и без околичностей спросила: — Ты знаешь какого-нибудь эксперта по почеркам, который может сделать для меня сравнительный анализ? Быстро?

— Вообще-то да. Я ведь много работаю с музеями, у меня налажены связи с самыми разными специалистами — по произведениям искусства, старым письмам и подобным вещам. — Люсинда продиктовала ей номер некоего Артура Кингстона, контора которого находилась в Чипсайде. — А зачем тебе эксперт по почеркам, Джил?

Джил рассказала о находке в больнице, про свидетельство о рождении, о счете, подписанном Джонатаном Барклаем.

— Ну что ж, — проговорила Люсинда, — ты действительно собрала интересные материалы. А как тебе Стэнсмор?

— Милое место, — сказала Джил. — Люсинда, мы нашли могилу Кейт.

Последовала короткая пауза — Люсинда была поражена.

— Вы — что?!

Джил рассказала о маленьком, едва заметном надгробном камне и выбитой на нем дате.

— Я потрясена, — отозвалась Люсинда. — Не знаю, что и думать.

— Люсинда, а Хэл любил Кейт?

Возглас удивления.

— Не знаю, дорогая. Пожалуй, это было бы несколько странно, тебе не кажется?

— Пожалуй, да, — вздохнула Джил. — Но мне по-прежнему нужны доказательства, что Кейт — моя прабабка. Если подписи совпадут, значит, Эдвард Коллинзуорт был отцом того ребенка.

49
{"b":"8079","o":1}