ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тело Джейн еще не насытилось, она отчаянно желала снова изведать новые ощущения. Она осторожно пошевелила бедрами, надеясь пробудить Ника к новому взрыву страсти. Но он был уже вялым и сонным, хотя и продолжал обнимать девушку. Потом он перекатился на бок и прижал Джейн к себе.

– Джейн… – пробормотал он.

Проснулся ли он? Джейн застыла, вглядываясь в него, и поняла, что он по-прежнему спит. А потом, когда она лежала рядом с ним, глядя в потолок, к ней вернулось наконец здравомыслие. «Ох, Боже, – подумала Джейн, – что же я теперь-то натворила?!»

Но потом она решила, что это совершенно неважно. Она любила его. Она желала его. И все было прекрасно. И теперь она никогда, никогда не расстанется с ним.

Глава 23

Граф проснулся; он чувствовал себя на удивление довольным и спокойным.

К удивлению графа, несмотря на огромное количество выпитого накануне, он чувствовал лишь самую легкую головную боль. Улыбаясь, он вспоминал свой дивный сон – сон, в котором он занимался с Джейн страстной любовью. Но улыбка Ника тут же растаяла. И глубоко в душе возникла резкая боль. Ведь даже во сне он вел себя как подонок. Он пытался объяснить себе, что это ведь было не наяву, что… и тут что-то мягкое и теплое ткнулось ему в бок.

Ник мгновенно распахнул глаза.

И, побледнев как полотно, уставился на Джейн.

На Джейн, спящую в его постели.

Охваченный ужасом, Ник резко сел, и простыня, укрывавшая их обоих, соскользнула. И прежде всего Нику бросились в глаза длинные, прелестные обнаженные ноги… и разорванная в клочья ночная рубашка, обмотавшаяся вокруг бедер, но оставившая на виду одну из безупречных ягодиц. А потом он увидел постель… увидел пятна крови на белых крахмальных простынях. Он посмотрел на себя – и на своих бедрах тоже увидел подсохшую кровь. С криком боли и ярости Ник мгновенно перевернул Джейн на спину… да, ее тело тоже было запачкано кровью.

– О Боже! – закричал он. – Что я наделал?!

Джейн сонно заморгала.

Ник стоял над ней – обнаженный, задыхающийся. Он смотрел на Джейн. Она вдруг села, прижавшись спиной к изголовью кровати и глядя на графа расширенными глазами. Он пытался припомнить, что же в точности произошло. Он помнил, что здорово напился, сидя в библиотеке. Он помнил свой сон. И он помнил, что ложился в постель один… или же он был настолько пьян, что забыл, как взял девушку силой. Он повернулся к Джейн спиной; его плечи ссутулились от отвращения к самому себе. Он посмотрел в зеркало на свое опустошенное лицо.

– Боже, что я натворил?!! Джейн коснулась его рукой. Он подпрыгнул.

В белом пеньюаре, с распущенными платиновыми волосами, Джейн была вылитым ангелом. Полный ужаса взгляд Ника уперся в ее грудь. Потом опустился к талии.

Неужели он изнасиловал ее?

– Все в порядке, – сказала Джейн, глядя на него пылкими голубыми глазами. – Я хотела быть с тобой, сама хотела. – Она улыбнулась дрожащими губами.

– Ты дура! – заорал он. – А я – извращенец, я ненормальный, ненормальный! – И тут же он добавил лишенным выражения голосом: – Я ничего не помню. Я что, тебя изнасиловал?

– Нет! – Неуверенная улыбка сменилась на лице Джейн радостным сиянием. – Это было прекрасно!

Он отшатнулся, словно его ударили.

– Я взял тебя силой?

Она удивленно посмотрела на него. Потом произнесла тоненьким голоском:

– Да нет же!

– Ничего не понимаю. Она заговорила запинаясь:

– Ты спал. Я просто хотела тебя утешить, обнять. Но ты был так прекрасен, что я… – Видя, как потемнело его лицо, она испуганно замолчала.

– Я спал? Да о чем ты говоришь?! – проревел он.

– Я ни о чем таком не думала, когда забралась к тебе в кровать, я просто хотела обнять тебя, а потом ты начал меня целовать, ну и я… я… не смогла уйти…

На мгновение граф почувствовал облегчение. Ну, по крайней мере, он ее не насиловал… Но тут же в нем вспыхнула ярость.

– Ты забралась ко мне в постель? Когда я спал? И ты позволила мне заниматься с тобой любовью?! Черт бы тебя побрал! Черт, черт! – орал он.

Джейн вздрогнула, но тут же отвернулась. Ее глаза наполнились слезами.

– Ах, дерьмо! – рявкнул Ник, отходя в сторону и прислоняясь к бюро. Ему нужно было подумать… но думать он был не в состоянии. Потом он вдруг услышал в коридоре чьи-то шаги. И резко повернулся. Он должен любой ценой спасти репутацию Джейн!

– Быстро! Спрячься! И ни звука!

Под каким-то пустяковым предлогом он отослал явившуюся горничную и тут же вернулся к девушке. Он сорвал с кровати окровавленную простыню и скомкал ее. Нужно будет прополоскать и потом залить простыню красным вином.

– Вернись в свою комнату, – ровным тоном приказал он. – И постарайся, чтобы тебя никто не заметил, когда ты будешь выходить из этого крыла. Понятно?

Она кивнула и скривила личико, словно ребенок, готовый вот-вот расплакаться.

– Сиди у себя и жди, я что-нибудь придумаю, – прорычал граф.

Графу было плохо.

То, что Джейн пришла к нему сама, ровным счетом ничего не значило, но все же граф благодарил Бога за то, что тот не позволил ему взять девушку силой. Впрочем, все равно случилось непоправимое. Он погубил Джейн. И теперь ему почти хотелось убить ее за это. Она была слишком беспечна, порывиста, безрассудна! Это уж слишком для порядочной девушки, яростно думал граф. Ей бы следовало понимать, что она делает!

И тут он отчетливо вспомнил, как страстно она извивалась и выгибалась под ним. Да ну ее, в ней нет и капли благопристойности!

И в нем тоже. Потому что вместе с воспоминанием мгновенно явилось и горячее желание. Граф ненавидел себя за то, что снова хотел обладать Джейн.

Теперь уж ему никогда не найти ей мужа. Об этом можно и не мечтать. Теперь его собственная судьба неразрывно связана с судьбой Джейн. И, само собой, он просто обязан жениться на девушке.

«Вы добрый и хороший…»

Граф бешено встряхнул головой, чтобы заглушить слова Джейн, звучавшие в его ушах.

Граф нервно шагал по гостиной. Его переполнял гнев. Он не хотел жениться! Он не хотел обзаводиться женой! И уж меньше всего ему хотелось жениться именно на Джейн.

Тут он снова подумал о ее откровенной страсти. Однако, ощутив, как мгновенно откликнулось его тело, он постарался отогнать эти мысли. Это, в конце концов, еще не причина для женитьбы. Он может трахаться с кем угодно, когда угодно. Черт бы побрал эту девчонку!

Граф тяжело опустился на диван. И вдруг почувствовал сильный страх.

Непонятно почему, но Джейн вообразила, что любит его. Но ведь это было всего лишь детское увлечение! Граф слишком хорошо понимал, что скоро оно угаснет. А место фантазий займет грубая реальность. Джейн увидит его таким, каков он есть на самом деле, таким, каким видела его Патриция. Ведь Патриция еще и не успела узнать о Чейвзе; она с самого начала считала его неуклюжим и обладающим чрезмерными сексуальными аппетитами. И Джейн вскоре начнет думать точно так же. Она возненавидит его.

Графу Драгморскому было по-настоящему страшно. Неожиданно он встал. Не все ли равно, что она думает или будет думать? Он старше, опытнее. Ей придется стать его женой, рожать для него детей, повиноваться ему. И даже если она его возненавидит, это не будет иметь никакого значения. И если она ему надоест, это тоже неважно. Он уже не тот, каким был пять лет назад. За эти годы он отрастил толстую, непробиваемую шкуру. И уж как-нибудь он справится с тем, что в ее глазах, ныне полных обожания, засветится искреннее отвращение. Кроме того, выбора у них просто не оставалось. Им необходимо было пожениться.

Но страх в душе графа все нарастал. Он слишком хорошо знал, что если полюбит Джейн, то она обязательно причинит ему боль.

Граф был неуверен, он нервничал; войдя в спальню Джейн, он остановился у самой двери и плотно закрыл ее за собой. Джейн тоже нервничала. Она стояла у кровати, стиснув руки; ее сияющие глаза уставились на графа.

Не успел Ник открыть рот, как Джейн брякнула:

31
{"b":"8080","o":1}