ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Эдит зорко наблюдала за ними. Потом обратилась к Северьянову:

— Что-то вы слишком уж опекаете компаньонку вашей дочери, князь.

— А как же? Кэролайн работает у меня, а я забочусь обо всех своих домочадцах.

— Понятно, — кивнула Эдит. — Вы меня предостерегаете.

Кэролайн перевела взгляд с бабушки на Северьянова,

— Князь ведет себя как дипломат, вот и все.

— Ему так и положено, — заметила виконтесса. — Кстати, о чем думает ваш царь?

— Простите?.. — удивился Северьянов.

— Насколько серьезна ситуация в вашей стране? Вы проиграете войну?

— Я не предсказатель, леди Стаффорд.

— Мы формально все еще в состоянии войны? — осведомилась Эдит.

— Насколько мне известно, да.

— Меня, наверное, уже разыскивают мои друзья. — Виконтесса бросила на Кэролайн проницательный взгляд. — Скажи-ка, а что еще ты читаешь, кроме Берка, которого прислала мне в день рождения? Кого из авторов ты любишь больше всех?

— Бентама, — с вызовом ответила Кэролайн.

— Значит, ты либералка? Но ведь Берк крайне консервативен?

— Конечно. Но только болваны читают авторов, исповедующих те же взгляды, что и они.

— Мне было интересно побеседовать с тобой, — задумчиво проговорила Эдит.

— Рада, что позабавила вас.

— Разве я сказала, что ты позабавила меня, моя девочка? Ничего подобного. Просто ты оказалась не такой, как я предполагала. Совсем не такой. — С этими словами старая леди удалилась.

Пораженная Кэролайн, чуть не плача, смотрела ей вслед.

— Будет вам, — мягко шепнул Северьянов, подавая ей вышитый носовой платок.

Кэролайн промокнула слезы.

— Потанцуем? — вдруг спросил он и взял ее за локоть. — Поставьте-ка бокал. Вы его слишком сжимаете.

— Я… князь… я не умею танцевать.

— Зовите меня Николас. Ведь мы сейчас одни, Кэролайн.

— Николас, — покорно прошептала она.

— Не хотите или не умеете?

— Я знаю, как танцевать, читала об этом. Князь рассмеялся.

— Но не пробовали применить это на практике? В таком случае мне придется научить вас. — Он видел, что девушка глубоко подавлена. — Что с вами, Кэролайн? Может, расскажете мне о вашей загадочной родственнице?

— Рассказывать не о чем. — Девушка снова промокнула платком глаза. — Ее дочь, то есть моя мама, влюбилась в учителя, и они сбежали. Леди Стаффорд так и не простила мою маму, которая умерла, когда мне было шесть лет. И не признавала меня — до сегодняшнего дня. — По щекам девушки заструились слезы.

— По-моему, вы понравились старой перечнице.

— Ошибаетесь. Она ненавидит меня… а я — ее.

— Давайте выйдем отсюда, — предложил князь. — И вам и мне не повредит свежий воздух. А по пути я возьму для нас по стаканчику пунша.

Кэролайн не ожидала, что он так общителен и отзывчив. Вот бы укрыться от всех у него на груди! И если бы князь прогнал ее печаль поцелуями, она быстро забыла бы об ужасной встрече с Эдит Оусли.

Старуха даже не поблагодарила ее за томик Берка!

Северьянов тяжело вздохнул, глядя куда-то поверх головы Кэролайн.

— А вот и ваш удачливый кавалер. В отличие от невезучего меня. Добрый вечер, Дэвисон.

Энтони нес, балансируя, две доверху наполненных тарелки.

— Рад видеть вас, князь. Простите, не могу поклониться, — смутился молодой человек.

— Вы прощены, — сказал Северьянов и, обратившись к Кэролайн, добавил:

— А стаканчик пунша я вам все-таки принесу. — Он ушел.

Кэролайн долго смотрела ему вслед.

Глава 22

— Спасибо за чудесный вечер, Энтони, — сказала Кэролайн, стоя на пороге распахнутой двери книжной лавки.

— Вы действительно хорошо себя чувствуете? — с искренним беспокойством спросил Энтони.

Девушка улыбнулась, хотя на душе у нее было тяжело. До самого конца бала она едва слушала, что говорил Энтони, ела без всякого аппетита и беспрерывно обводила взглядом толпу гостей. Но Северьянов принес ей обещанный стакан пунша, а потом исчез, словно в воду канул. Девушка видела, как в сопровождении своих друзей уходила с бала виконтесса, не проявившая больше к внучке ни малейшего интереса и вообще равнодушная к ее существованию.

— У меня немного болит голова, — сказала Кэролайн. — Боюсь, вам было скучно со мной.

— Разве может быть с вами скучно! — улыбнулся Энтони. — Спасибо, что приняли мое приглашение. Если не возражаете, я зайду завтра.

Кэролайн ответила не сразу. Энтони не знал, что она согласилась работать у Северьянова. Но девушка вернулась сейчас домой, а не к Северьянову, не по этой причине. Лгать она не любила, хотя сейчас ей хотелось бы скрыть от Энтони истинное положение дел.

— Завтра меня здесь не будет.

Молодой человек озадаченно взглянул на нее.

— Я поступила на работу… вероятно, временно. — Кэролайн покраснела. — Я согласилась стать компаньонкой дочери Северьянова. Знаете, у него есть дочь, чудесная девочка шести лет. Он позволил мне полностью пересмотреть программу ее обучения. Это для меня большая удача!

От взгляда молодого человека ей стало не по себе. Она почувствовала себя виноватой.

— Все довольно сложно. Девочка одинока. Я нужна ей.

— Понятно. — Энтони такой поворот событий явно не нравился. — Вы бросились спасать несчастную княжну, Кэролайн.

Пожелав ей спокойной ночи, он ушел. Девушка закрыла дверь. Как вдруг осложнилась ее жизнь! С каждым днем Кэролайн все больше тянуло к Северьянову. Он завладел ее мыслями, она была просто одержима им. Теперь, когда Кэролайн осознала это, сможет ли она остаться компаньонкой Кати? Тем более что она поняла и еще одно: князь и его жена — действительно совершенно чужие друг другу люди.

Потрясла Кэролайн и встреча с бабушкой. Почему после стольких лет полного отчуждения старая леди подошла к ней? Чтобы позабавиться? И что означали ее взгляды и замечания?

Девушка сбросила легкую шаль и улыбнулась, вспомнив, как бабушка назвала Томаса болваном. Эдит, конечно, ведьма, но глупой ее не назовешь.

Взяв в руки зажженную свечу, Кэролайн прошла через темную книжную лавку. От неприятностей и сумятицы у нее разболелась голова. Войдя в кухню, она поставила свечу и зажгла две лампы, решив приготовить себе чай и немного поработать. Работа всегда была для Кэролайн лекарством от всех невзгод. Скоро Коппервиллу придется сдавать очередную статью. А не написать ли о вдовствующей виконтессе Стаффордской? Почему бы и нет?

— Ее нет дома, ваше сиятельство, — сказал Жак, приняв шпагу князя.

Николас удивленно посмотрел на него.

— Но она давно уже уехала с бала.

— Вы уверены? — спросил слуга. — Может, она решила подышать свежим воздухом?

Николас стиснул зубы. Он интересовался не женой — вернулась или не вернулась Мари-Элен домой, ему было совершенно безразлично. Речь шла о Кэролайн! И князь своими глазами видел, как она в сопровождении Энтони ушла с бала через парадный вход, а не через двустворчатую дверь, ведущую на террасу, как предположил этот наглец Жак. Но почему Кэролайн не вернулась сюда?

А вдруг она решила отказаться от места компаньонки? Или ее отсутствие означает что-то другое? Николас застегнул мундир и направился к двери. Возможно, девушка отправилась в книжную лавку, а это означает, что она не хочет возвращаться сюда. А что, если она все еще гуляет с этим Дэвисоном?

— Вы уходите, ваше сиятельство?

— А ты как думаешь, приятель?

Жак посмотрел вслед быстро удаляющемуся хозяину.

— Думаю, давно пора, — пробормотал себе под нос слуга.

БАЛ И СТАРЫЕ ГРЕХИ, или СТРАННОЕ ВОССОЕДИНЕНИЕ СЕМЬИ

Не менее пяти сотен гостей, принадлежавших к сливкам лондонского высшего света, собрались вчера на балу у лорда Д., общественного деятеля, пользующегося всеобщим уважением. Разумеется, никто и не подумал о неуместности такого празднества, никто и не вспомнил о бедном герцоге Веллингтоне, утопающем по колено в грязи и крови. На бал прибыл не только принц-регент в сопровождении своих приближенных, настроенных весьма бодро и весело, но и большинство членов кабинета Ливерпула, а также небезызвестный иностранный князь и увертливый, вечно куда-то спешащий посол.

54
{"b":"8081","o":1}