ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нет! — В этот миг Кейдре готова была выложить ему всю правду — лишь бы он, этот золотоволосый великан, не считал ее ведьмой!

Внезапно его рука заскользила вверх и с удивительной нежностью погладила ее по груди. Кейдре хотела вырваться, но не смогла пошевелить даже пальцем. Он наверняка чувствует, как неистово колотится у нее сердце!

Рольф опять погладил ее по груди, задев напряженный чуткий сосок, отчего с ее губ сорвалось испуганное восклицание; а когда он наклонился, чтобы поцеловать ее в губы, Кейдре вмиг позабыла о том, что перед ней смертельный враг. Главным было то, что ее целуют — так ласково, так нежно — и сильная рука гладит по плечу.

Когда Рольф прервал поцелуй и отстранился, она не сразу пришла в себя.

Он посмотрел ей в лицо и улыбнулся.

Так это была издевка? Кейдре, не выдержав, подняла руку и ударила его. Она вложила в этот удар всю силу своей обиды и унижения, но он увернулся, так что ее ладонь лишь скользнула по его подбородку. Девушка застыла, напуганная собственной выходкой. Что теперь будет?

Норманн схватил ее и рывком привлек к себе.

— О нет!

Он прижал ее еще сильнее и впился губами в ее губы. На этот раз от нежности не осталось и следа — перед ней был завоеватель, расправляющийся с беспомощной жертвой. Кейдре почувствовала, как хрустнули ее зубы, когда он стал прорываться в ее рот…

Неожиданно Рольф отпустил ее — задыхающуюся, готовую разрыдаться от обиды и страха.

— Никто, — промолвил он, покраснев от ярости, — никто и никогда не смел делать ничего подобного!

— Иди к черту! — Кейдре стиснула кулаки.

Он смотрел на нее, готовый к самым решительным действиям. Кейдре попятилась — и налетела на стену шатра. Ловушка! Она угодила в ловушку! Еще никогда в жизни ей не было так страшно!

В следующий миг его рука с быстротой молнии нырнула ей за пазуху.

— Что это? — Он ловко сдернул с ее шеи заветную ладанку.

— Отдай! — Она яростно рванулась вперед, но не тут-то было: Рольф уже успел надеть цепочку и спрятал ладанку у себя на груди. — Ублюдок! Бесстыжий ублюдок!

— Я не позволю тебе травить моих людей! — мрачно предупредил рыцарь.

— Ты меня обманул!

— Обманул? — Он самоуверенно ухмыльнулся. — Давай называть вещи своими именами, милашка! Я — мужчина, а ты всего-навсего женщина, и я всегда возьму у тебя все, что пожелаю! Или ты предпочитаешь, чтобы я наломал тебе бока?

Кейдре молчала.

— Лучше не противься мне, Алис! Ты ведь только что сама убедилась, как хорошо нам будет вдвоем! — Его выразительный взгляд снова прошелся по ее пышной груди.

— Никогда! — выкрикнула Кейдре, вложив в это слово всю свою ненависть.

— Ну что ж, ты можешь обманывать себя, пока у тебя есть такая возможность! — Широкая улыбка осветила его суровое лицо. — Только учти, очень скоро тебе придется признать правду!

Норманн направился к выходу, но перед тем, как уйти, задержавшись на миг, бросил через плечо:

— И меня!

Глава 6

Этот сон повторялся всякий раз, когда тревога и страх сильнее всего терзали ее душу. Он посетил Кейдре и в эту ночь.

Она снова была семилетней малышкой, выскочившей на крыльцо отцовского замка и зажмурившейся под ослепительными лучами утреннего солнца. Во дворе звенели радостные детские крики, и она со счастливой улыбкой обернулась в ту сторону, где собралась целая толпа детей из соседней деревни. Алис, которая была младше Кейдре на два года, тоже бегала по двору, играя вместе со всеми в пятнашки.

Кейдре подобрала подол и помчалась к детям, то и дело спотыкаясь, сгорая от нетерпения и радостного желания поскорее принять участие в этой чудесной забаве. Водил мальчик по имени Редрик, и Кейдре едва успела увернуться от его руки.

Она так увлеклась игрой, что не заметила, как со всего разбегу налетела на Алис. От толчка темноволосая хрупкая девчушка кубарем полетела в траву. Ее горестный вопль мигом остановил игру: дети столпились вокруг жалобно причитавшей Алис, до крови ободравшей колено.

— Прости, Алис! — горячо воскликнула Кейдре. — Я…

— Ты меня толкнула!

— Я же не нарочно!

— Ты гадкая!

— Алис, — вмешался Редрик, которому вот-вот должно было исполниться тринадцать, — это получилось случайно! Давай я помогу тебе встать!

— Кто ее вообще сюда звал? — взвизгнула Алис, обливаясь слезами. Кейдре, уже наученная горьким опытом, моментально догадалась, что будет дальше, и попятилась.

— Пойду позову бабушку! — предложила она, всем своим маленьким сердечком желая исцелить ободранную коленку и сделать так, чтобы между ними снова воцарился мир. Вот только проблема была в том, что все ее попытки сблизиться с Алис пропадали втуне, разбиваясь о глухую стену ненависти и зависти.

— Нет! — еще пронзительнее заверещала Алис. — Мамочка сказала, что она ведьма! Не хочу, чтобы меня трогала ведьма!

Это было то самое ужасное слово, от которого все цепенело у Кейдре внутри. Слишком часто оно проскальзывало в зловещем шепоте, шелестевшем у нее за спиной. Охваченная смятением и страхом, она всякий раз зажимала уши и старалась спастись бегством.

— Нет, не ведьма!

— А мамочка говорит, что ведьма, и все тебя так зовут! — выкрикнула Алис, с ненавистью глядя на сводную сестру.

— Моя мама тоже так говорит! — подтвердила белокурая Джоселин.

— Уходи сейчас же! — решительно заявила Алис, вскочив на ноги. — Тебе нельзя с нами играть!

Кейдре почувствовала, что краснеет, и растерянно оглянулась на остальных.

— А по-моему, можно! — рассудительно возразил Редрик. — Давайте начнем сначала!

Но дети уже были напуганы и в нерешительности стояли поодаль.

— Не буду я играть с ведьмой! — кричала Алис. Кейдре остолбенела. Неужели сестра действительно считает ее ведьмой?

— Ведьма! Ведьма!

— Нет! — вырвалось у Кейдре. Она дрожала от обиды и страха.

— Ведьма! Это все знают! Ты ведьма! — Алис злорадно осклабилась.

В глазах у Кейдре стояли слезы. Алис нарочно старалась ее раздразнить! Все это неправда! Она сдерживалась из последних сил. Младшие дети глазели на них с обычным любопытством, но и Редрик, и Бет явно чувствовали себя неловко.

Наконец Редрик прервал затянувшееся молчание.

— Ты врешь! — решительно произнес он.

— А я вот тоже это слышала! — возразила Бет. — Может, ей действительно нельзя с нами играть?

— Я не ведьма! — растерянно бубнила Кейдре, уставившись себе под ноги.

Наконец она подняла взгляд, смахнула рукавом слезы… И тогда это случилось.

— Вот! — заверещала Алис. — Вот! Вот! Видали? Я же говорила, она ведьма!

Кейдре в ужасе огляделась. Почему дети смотрят на нее так испуганно?

— Ухты! — удивилась Бет. — Дьявольский глаз! Никогда такого не видела!

Они все смотрели на нее, смотрели, смотрели…

Кейдре очнулась.

Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди, а лицо нестерпимо горело. Оно было мокрым от слез — горьких не пролитых слез, порожденных первой встречей детской души с жестокой реальностью. Ведь это не просто кошмар, а случилось тогда наяву… После дети больше не принимали ее в свои игры, а Алис никогда не упускала случая лишний раз обозвать сестру ведьмой.

Кейдре уселась на постели. В такие минуты ей ужасно не хватало отца, чтобы прибежать к нему, как в детстве, прижаться к широкой груди и спросить:

— Папа, я ведь не ведьма? Не ведьма?

Тогда он ответил не сразу, и Кейдре в ужасе приникла к нему. Неужели Алис права?

— Конечно, нет, милая, — наконец проговорил он, осторожно приподнимая зареванную мордашку. — Ты хорошая девочка, и пусть только кто-нибудь попробует сказать о тебе что-то дурное!

Однако детское ухо слишком чутко улавливает малейшие интонации. От Кейдре не укрылась его неуверенность, и в душе ее снова зашевелились смятение и страх. Ей некуда было деваться от гнусного шепота и перемигиваний за спиной. Она больше не сомневалась: все в замке считают ее ведьмой!

6
{"b":"8082","o":1}