ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Мы его не громили. Это сделал кто-то другой.

– Я знаю, что это был не ты. Покурим?

Она вытянула из кармана пачку «Крейвен-Эй» с изображением черной кошки. Сэм питал отвращение к куреву после нескольких не особо удачных экспериментов с Терри и Клайвом, но сейчас взял сигарету и прикурил от предложенной спички. Усевшись на забор рядом с ней, он поднес дымящуюся сигарету ко рту.

– Ты куришь не в затяг. Какой смысл переводить табак, если ты не затягиваешься?

Судя по возмущенному тону, она была готова отобрать сигарету у табачного транжиры. Демонстрации ради она затянулась, выдержала паузу и, задрав голову, выпустила в небо длинную струю дыма. Сэм повторил свою попытку, затянувшись настолько глубоко, насколько мог это сделать без риска закашляться.

Мимо них по дороге проехал автомобиль, и оба машинально спрятали сигареты за спину. Девчонка спрыгнула с забора.

– Пойдем к пруду, там нас не будет видно с дороги.

Сэм показал ей окруженное кустами местечко на берегу, куда они с Терри и Клайвом притащили заднее сиденье от микролитражки, ранее валявшееся рядом с гаражом Морриса. Кожаная обивка сиденья во многих местах прорвалась; из дыр торчали пружины.

– Это и есть логово вашей банды?

– Какой банды?

– Я так и думала, что оно где-нибудь здесь. – Девчонка плюхнулась на сиденье.

Он пристроился рядом и с удивлением обнаружил, что сейчас может спокойно вдыхать ее непостижимый запах, доселе повергавший его в ступор. Он сидел совсем близко к ней, но с небольшим зазором, достаточным для того, чтобы поместить между ними преграду из колючей проволоки под высоким напряжением. И эта дистанция соблюдалась с той же тщательностью, как если бы преграда существовала в действительности. День был холодный – слишком холодный для желающих посидеть на свежем воздухе, исключая лишь безнадзорных тинейджеров. Расплывчатое желтое пятно солнца висело над деревьями и отражалось в студеной зеленоватой воде. Они молча продолжали курить. Кем бы ни была эта девчонка, Сэм испытывал одновременно страх и восторг от сознания ее близости.

– Алиса, – сказала она. – Меня зовут Алиса.

– А меня Сэм.

– Я знаю.

– Откуда?

– Просто знаю, и все.

Сигареты догорели до фильтра. В пруду что-то громко плеснуло, по воде побежали круги.

– Там живет здоровенная щука. Настоящий монстр.

– Ты ее видел?

– Знаешь моего друга Терри? Когда он был совсем маленьким, щука откусила ему пальцы на ноге. С того времени он хромает.

– Да, я это заметила.

– Много раз мы пытались ее поймать, но эта рыбина слишком хитрая.

– А ты уверен, что она все еще живет в пруду?

Сэм взглянул на нее и пришел к выводу, что результаты его первоначальных наблюдений были не совсем точны. Ее глаза были не чисто голубого, а синевато-серого цвета, как шифер на крышах домов, подсушенный солнцем после дождя.

– Я знаю, что она там. Я это чувствую.

– А что ты делал в зале в тот день, когда я тебя заметила?

– Мы думали что-нибудь поломать или испоганить, но вдруг приехали вы на «лендровере», и все сорвалось. Мы этого не делали.

– Знаю, что не делали.

– А откуда ты знаешь?

– Потому что это сделала я.

– Это сделала ты?!

Она кивнула в знак подтверждения.

– Ни фига себе! А ведь нас после этой истории едва не приперли копы!

– Знаю. Это я навела их на вас.

– Ты?! Выходит, это из-за тебя нам пришлось связаться с бойскаутами. А не попади мы в скауты, не случилось бы…

– Что? Что не случилось бы?

Он снял очки и внимательно посмотрел на Алису. Внезапно он увидел в ней начальное звено длинной цепи событий, настолько растянутых во времени, что осмыслить их разом было ему не под силу. Чувство, испытываемое им в этот момент, было слишком сложным, чтобы определить его словами «возмущение» или «гнев».

– Ладно. Проехали.

– Ты что-то хотел сказать про скаутов.

– Слушай, а зачем ты навела полицию на нас!

– Чтобы отвлечь внимание от себя, глупый. Зачем же еще?

– Но какого черта тебе вообще понадобилось там все громить? Ты ведь сама лошадница.

– У меня были свои причины.

И тут Сэма посетила новая, совершенно невероятная мысль. Он подозрительно сузил глаза.

– А как вышло, что ты вдруг ни с того ни с сего стала ездить этим автобусом?

– Мои родители разошлись, и я переехала с мамой сюда. Мы живем вон за тем лесом.

– Неужели? Ну-ка, покажи свои зубы.

– Зачем тебе это?

– Не спрашивай. Просто покажи.

Она продемонстрировала два ряда ровных жемчужно-белых зубов.

– Что это значит?

– Так, небольшая проверка.

– Ты чокнутый, – сказала она. – Натурально чокнутый. Покурим?

Он вытащил из пачки свою вторую за этот день сигарету. Сэму нравилась ее манера убирать волосы за уши, перед тем как зажечь спичку. Ему нравилась ее манера зажигать эту самую спичку – она чиркала по коробку так легко, что никто бы не поверил, будто от такого прикосновения спичка может вспыхнуть. Однако же она вспыхивала.

– У тебя привычка пялиться на людей, – сказала Алиса, выпуская дым.

– Люди такие странные.

Сэм не мог открыто сказать ей о своих чувствах: ему ужасно хотелось придвинуться чуть ближе, вдохнуть запах ее освещенной солнцем кожи, но единственный способ сближения, на который он осмеливался, заключался во взгляде, в попытке разгадать ее как загадку, что было крайне сложно сделать без подсказок с ее стороны.

Алиса как будто прочитала его мысли.

– Давай поменяемся куртками, – предложила она и стала снимать кожанку, не дожидаясь, когда он начнет расстегивать пуговицы своей джинсовой куртки. В процессе переодевания они по очереди держали обе горящих сигареты, и Сэм тайком поменял их, надеясь почувствовать вкус ее губ на фильтре. Если она и заметила, то не подала виду. Надев ее куртку, он получил желаемое: одежда впитала в себя ее удивительный запах, действовавший на Сэма примерно так же, как действует хозяйская команда «ко мне!» на почуявшую свободу и не в меру расшалившуюся собаку.

Вдруг Алиса вскочила:

– Ты завтра сможешь выйти?

– Конечно.

– Хорошо. Тогда завтра, на этом же месте. В час.

– Постой, я тебя провожу.

– Нет. Нам с тобой в разные стороны.

Она исчезла за кустами прежде, чем Сэм успел подняться с сиденья. Температура стремительно падала, небо затянули тучи. Пруд, еще недавно такой приветливый, теперь казался мрачным и отчужденным. Сэм застегнул молнию куртки и, не удержавшись, понюхал воротник, хранивший запах Алисы. Кто-то смотрел на него с противоположного берега пруда. Там, одной ногою в воде, а второй на глинистом откосе, полускрытая за прибрежными кустами, сгорбившись и обхватив себя руками, стояла Зубная Фея. Ее шея была повязана алым платком Тридцать девятой ковентрийской дружины бойскаутов. Этот недвусмысленный намек показался Сэму омерзительным. Фея встретилась с ним глазами и демонстративно сплюнула в воду. Подняв воротник Алисиной куртки, Сэм повернулся и пошел прочь.

– А где твоя хорошая джинсовая куртка? – спросила Конни, едва он перешагнул порог дома. Слово «хорошая» применительно к этому предмету одежды было употреблено ею впервые.

– Я обменялся.

– Что?

– Только на один день.

Конни щелкнула ногтем по бахроме на потертом рукаве куртки.

– Да уж, – хмыкнула она, – обмен не бог весть.

Глава 19. Редстонские шизики

Посреди ночи Сэм пробудился от прикосновения руки, закрывшей его рот. Ледяная дрожь передалась ему от тела Зубной Феи, пробежав волной от головы до пят. Фея была полностью обнажена. Ее одежда беспорядочной кучей лежала на полу, а кожа посинела от холода и казалась заиндевевшей. Убедившись, что он уже очнулся и не вскрикнет от неожиданности, она ослабила хватку, но руку не убрала, водя пальцами по его губам. Сами пальцы были белыми, изящными и тонкими, но под ногти набилась земля или кое-что похуже – он не хотел думать, что именно. В целом ощущение было не из приятных. Как будто разгадав его мысли, фея бессовестно усугубила ситуацию – ее пальцы проникли в рот Сэма, медленно и любовно перемещаясь от зуба к зубу и легонько царапая ногтями десны.

26
{"b":"8105","o":1}