ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Саботаж
Девять Вязов
Инженер. Часть 1. Набросок
Хюгге по-русски. Как жить счастливо в России
Дракон для прилежной ученицы
Лиса в курятнике
Солдаты Армагеддона: Призрак Родины
Покажи мне, зеркало…
Коллекция японских узоров Йоко Хатты
Содержание  
A
A

Зубная Фея крепко спала.

– Ты намекала, как это можно сделать, когда говорила, что я – твой кошмарный сон. Я просто был невнимателен и не понял намек. А этой ночью Крис Моррис показал мне, что делать.

Он разомкнул зажим и осторожно закрепил его на переносице Зубной Феи.

– Много раз я пытался пробудиться от своих кошмаров. Я делал все наоборот. Надо было помочь пробудиться тебе.

Она слегка пошевелилась, но не проснулась. Сэм отвел провода так, чтобы они не касались ее лица, и поставил будильник на пол у изголовья кровати. Затем положил голову на подушку и вскоре сам погрузился в сон.

Проснувшись поутру, он обнаружил зажим Перехватчика Кошмаров на подушке, которая, как и матрас, еще хранила запах и отпечаток ее тела. Он припомнил, что ночью сквозь сон как будто слышал звонок будильника. Окно спальни было плотно закрыто.

Он понял, что больше уже никогда не увидит Зубную Фею.

Глава 43. Звезда

Вечером следующего дня Сэм занимался сборами в дорогу – рано утром он должен был ехать в Лондон. Конни суетилась вокруг, утюжа его белье, пришивая пуговицы, аккуратно складывая брюки.

– Астрофизика, – произносила она каждый раз, проходя мимо Сэма. – Астрофизика.

Казалось, она находила какой-то особенный вкус в этом слове, когда оно слетало с ее губ.

Несколько часов тому назад Сэм попрощался с Клайвом, который отбыл в Оксфорд дневным поездом. Перед самым отъездом Клайва все друзья собрались в доме Терри. Они искренне обещали переписываться как можно чаще и не терять связи друг с другом. Для дальнейших общих встреч лучше всего подходил Лондон, где будут жить Линда и Сэм, да и Клайву от Оксфорда до столицы было рукой подать. При этом их энтузиазм по поводу неразрывности союза Редстонских Шизиков едва не перевесил никем не высказанную, но не покидавшую каждого мысль, что этот союз рушится раз и навсегда.

В порыве откровенности Сэм выболтал старый секрет Клайва, некогда покрывшего Редстон «шизоидным граффити». Сначала Клайв это отрицал, но только потому, что при разговоре присутствовали Чарли и Дот. В конце концов он сознался. Чарли наивно спросил, почему он это сделал.

– Мозги переклинило, – сказал Клайв.

– Дикая шиза, – пояснил Сэм.

Алиса, которая на протяжении всех этих лет была главной подозреваемой, лишь потрясенно качала головой. Затем они с хохотом поведали Чарли и Дот страшную сказку о Мертвом Скауте, и теперь уже настала очередь Чарли качать головой.

– Вас всех надо бы держать под замком, – таков был его комментарий.

Наконец Клайв заявил, что ему пора отправляться. Дот начала промокать глаза платком, и Чарли сердито попросил ее не распускать нюни. Вскоре ушел и Сэм под предлогом того, что ему надо собрать вещи. Алиса и Терри пообещали проводить его утром на станцию. Дело было не в сборах – просто Сэму не хотелось слишком растягивать прощальную сцену.

Линда задержала его в дверях и, поцеловав на прощание, сказала:

– Теперь я за тебя спокойна.

– Это насчет чего?

– До недавних пор мне казалось, что с тобой вот-вот случится что-то очень неприятное, и ты тревожил меня больше, чем остальные. А теперь ты уезжаешь, и я не чувствую никакой тревоги. Странно, не правда ли? Теперь я уверена, что с тобой будет все в порядке.

– Спасибо за спокойствие, – отшутился Сэм.

Прежде чем отпустить Сэма, она провела ладонью по его щеке – жест, ставший уже привычным.

Немного погодя Сэм отправился к пруду, как он поступал всякий раз, желая развеяться или просто убить время. Ему хотелось побыть одному, в стороне от людей, которых он любил так сильно, что эта любовь ощущалась им чуть ли не как болезнь и делала предстоящее расставание особенно мучительным. Приближаясь к берегу, он попытался припомнить, как часто его сюда тянуло. Это место всякий раз находило способ обратиться к нему, хотя «голос», вещавший из глубины, с каждым годом становился все слабее. А ведь было время, когда пруд представлялся маленькому мальчику огромным и таинственным, как океан.

Нынешний пруд был убогой тенью своего прошлого. Сэм задумчиво стоял на берегу, и вдруг внимание его привлек некий объект, плававший неподалеку в мутной, покрытой клочьями пены воде. Это была дохлая рыбина около двух футов длиной. Сэм не имел понятия о сроке жизни щук, но решил, что это вряд ли была та самая тварь, которая некогда откусила два пальца на ноге Терри. Та щука в его представлении была настоящим монстром – во всяком случае такой она виделась ему в детстве. Разве могла эта почти мифическая владычица подводного царства свестись к столь несерьезным останкам?

– Или, может быть, пруд стал для тебя слишком мал? – вслух спросил Сэм.

Дохлая щука не дала ответа.

Сэм пошел домой. Вечером, укладывая вещи в чемодан, он вспоминал троих мальчишек, которые туманным утром неслись вдоль живой изгороди, самозабвенно собирая на прутики паутину, покрытую серебряными каплями росы.

– С кем ты разговариваешь – сам с собой? – Конни стояла у окна его спальни. Занавески были раздвинуты, и над ее плечами в сумеречном небе уже появились огоньки звезд.

– Извини, мама, я опять витал в облаках.

– Я тебя спросила, ты будешь брать с собой телескоп? Он понадобится тебе в Лондоне?

– Нет. Там слишком сильное световое загрязнение. Мы теряем звезды, мам, теряем звезды, и из-за этого страдают…

– Как хочешь, дело твое.

Конни склонилась над чемоданом, в последний раз проверяя, все ли на месте.

Сэм подошел к телескопу и заглянул в окуляр. Телескоп был направлен точно на Сириус, висевший низко над горизонтом. Большая загадочная звезда, радужно переливаясь, мерцала в темнеющем небе – недоступная, непостижимая, но при этом способная дарить свет и вместе с ним бесконечную радость.

72
{"b":"8105","o":1}