ЛитМир - Электронная Библиотека

Сестра Игнация оказалась права: кардинал часто появлялся в монастыре. Он пешком пересекал продуваемое всеми ветрами Марсово поле и входил в ворота. Они подолгу гуляли с настоятельницей под по-зимнему голыми деревьями или беседовали в маленькой комнатке, которая служила матери Катерине кабинетом.

– У него масса всяких планов, – шептала настоятельница Франческе, – как помочь бедным и страждущим.

И конечно, бедные и страждущие разделяли высокое мнение матери Катерины о кардинале. Хотя он являлся без свиты, люди всегда узнавали о его приходах, и стоило ему выйти за монастырские стены, как его сразу окружала толпа.

– Ваше преосвященство! Ваше преосвященство! – кричали люди.

И он с улыбкой благословлял их. Но Франческа замечала в нем нечто такое, что ее настораживало.

Она исподволь изучала его. И постоянно чувствовала на себе его взгляды: когда делала реверанс или когда спешила по лестнице с поручением матери Катерины. И, проводя бессонные ночи в тревоге о Бельдане, все же по-прежнему боялась обратиться за помощью к его преосвященству кардиналу Конти. Она видела на его пальце Мальтийскую звезду и не забыла, кто еще носил подобные знаки. Франческа решила: надо ждать, когда правда сама постучится в дверь.

– Ги! – воскликнула она, стараясь, чтобы голос прозвучал приветливо и радостно, а про себя подумала: «Боже, как он изменился!»

Он пересек комнату и подошел к ней. Такой теплый прием прогнал тревогу, прятавшуюся в его глазах, но от этого лицо Ги не стало менее одутловатым. На благородном носу, словно паутина, виднелась сеточка прожилок. Когда он наклонился поцеловать ее руку, Франческа ощутила кисловатый запах вина, хотя колокол не прозвонил еще и к полудню. Она не выказала своего отвращения, а предложила ему сесть и выпить эля.

Ги устроился на диване с металлическим кубком в руке, а Франческа села напротив на стул. И скользнула взглядом по начищенным сапогам с золотыми шпорами и тунике из самой дорогой ткани. Все свидетельствовало о том, что Ги внезапно разбогател. Но Франческу поразило, что изменился не только его наряд, но и глаза. Они стали похожими на змеиные. И графиня поняла: следовало вести себя очень осторожно, если она хотела помочь Бельдану.

– Мне сказали, что ты здесь, но я не поверил, – начал Ги. – Что привело тебя в Рим?

– Бельдан заставил приехать: – Она постаралась своим тоном выразить неодобрение. – Помимо моей воли взял меня с собой.

Ги явно заинтересовался и подался вперед.

– Брат заставил? Но зачем? – Он помолчал. – Бельдан тоже здесь?

– Да, – коротко ответила Франческа и мысленно перекрестилась, чтобы ее следующие слова попали в цель. Но глаз не отвела. – К счастью, его арестовали у Салернских ворот. Иначе не знаю, что бы он сделал со мной.

– Наверное, ничего хорошего, – тут же согласился Ги. – Ты слишком женственна для моего сурового братца. Он – это не я. Однако это очень странно, что Бельдан решился приблизиться к Риму. Покинул армию на произвол судьбы. Он не говорил тебе, в чем тут дело?

– Не имею ни малейшего представления, – солгала Франческа. Изображая возмущение, она, насколько это было возможно, все же старалась придерживаться правды. Ги не мог догадываться, что она знала о его роли в поражении Золотого войска. И поэтому говорила она только то, что слышала во Флоренции.

– Бельдан волочился за тобой. Бегал точно паж. Позор на весь город.

Графиня вспыхнула от гнева, но сдержала возмущение.

– Но ты ведь знаешь, насколько он сдержан. Он мне никогда ни о чем не рассказывал. – Франческа вспомнила, что на самом деле он делился с ней очень многим, и в ней снова закипела ярость. – Не представляю, каковы его намерения. Когда его арестовали, я вспомнила, что мать Катерина близкая подруга леди Беатрис...

Она почувствовала, что не так повела разговор, как было бы нужно. И еще сообразила, что забыла об одной важной детали. Но обратной дороги не было. Теперь надо постараться, чтобы Ги, сам того не зная, оказался на ее стороне. Франческа прониклась решимостью либо помочь Бельдану, либо умереть. Она напомнила себе об осторожности: Ги не так глуп и может догадаться об ее истинных намерениях.

– Бельдан в Риме, а я ничего об этом не слышал, – задумчиво произнес он. – Странно.

– От твоего братца можно ждать чего угодно. – Франческа щедро подлила эля в его кубок. – Проиграл сражение и побежал на юг искать защиты. А теперь его, наверное, обвиняют в колдовстве. Помнишь слухи о том, что он рыцарь тамплиеров? Бельдан славился своим могуществом и богатством. Но ему не повезло. Многие теперь захотят воспользоваться его слабостью и отомстить. А для этого вспомнят старую сказку.

– Это невозможно! – быстро отозвался Ги. Настолько быстро, что у Франчески похолодело на сердце. Она заметила, как его рука потянулась к Мальтийской звезде. В ее голове возник план. Она сравнивала возбужденное состояние Ги с тем, как вела себя, подвыпив, Бланш, и поняла, что скоро новая порция спиртного наложится на то, что было выпито утром. И снова подлила в кубок.

– Мне нет дела до твоего брата, – бросила она. – Как только мать Катерина подберет себе новую помощницу, я отправлюсь в Бельведер. Я уехала оттуда слишком давно и очень скучаю по дому.

Ее слова вывели Ги из раздумий и вернули к цели визита, потому что абсолютно во всем, что теперь он делал, имелась определенная цель.

– Подожди, не уезжай, – попросил он. – Хотя бы в ближайшее время. Я знаю в Риме одного могущественного человека, который видел тебя и восхищается тобой. Он хочет с тобой познакомиться.

– Кто же он такой? – поинтересовалась Франческа, заранее зная ответ.

– Кардинал Конти.

– Опекун твоей суженой?

– Да, – ответил Ги, отведя взгляд.

– Что ж, для меня большая честь познакомиться с его преосвященством, – кивнула Франческа. – Он часто появляется в монастыре, и я его вижу с сестрами или среди толпы. Он, наверное, необыкновенный человек.

– Так и есть, – согласился брат Бельдана дАрнонкура и внезапно просветлел. – Пойдем со мной к воротам, Франческа. Его преосвященство – интересная и сильная личность. Его власть простирается на всю Италию и не только на Италию. Его протекция тебе не повредит. И мне от нее польза. Кардинал умеет убеждать и наверняка убедит тебя остаться в Риме надолго.

Они шли по залитому солнцем монастырскому двору, и у Франчески заныло в груди: она вспомнила прежнего Ги. Вот и теперь он с таким же озорством улыбался монахиням, и молодые послушницы смущенно краснели от его красоты. Но любовь прошла, остались воспоминания. Франческа заметила: то, что раньше было для него естественным, сегодня давалось благодаря заученным ужимкам, золотым шпорам и дорогой одежде. Очарование юности увяло. И не сменилось мудрой уверенностью Бельдана.

Ги принял у оруженосца поводья великолепного белого жеребца и повернулся к Франческе. Заученная улыбка исчезла с его лица, и глаза затуманила грусть.

– Мне очень жаль, что у меня не хватило решимости жениться на тебе.

Графиня почувствовала, что он говорит правду. Быть может, впервые за всю жизнь. Теперь уже было слишком поздно, но его печаль кольнула Франческу в самое сердце.

Ждать пришлось недолго. Визит Ги посеял семена, и вскоре они дали первые плоды. В тот день кардинал Конти не появился в монастыре, но прислал письмо, в котором благодарил Франческу за то, что она согласилась с ним познакомиться. Он писал, что хорошо знал ее отца и очень его ценил. И умолял принять еще одну белую розу – символ их общей тайны.

Франческа ласкала пальцами удивительные белые лепестки, думала о Бельдане и просила у Бога дать ей терпения. Мальвиль бросил англичанину обвинения в колдовстве. За такие проступки людей сжигают на кострах. Но суд инквизиции требует времени. Иногда многих лет. Франческа знала об этом из рукописи Сержа де Краона. Но оттуда же она знала, что эти годы полны мучительных пыток, и заключенным приходится знакомиться с дыбой, клещами и кнутом.

«О Господи! – думала она. – Только бы успеть!»

61
{"b":"8110","o":1}