ЛитМир - Электронная Библиотека

— Конечно, — согласилась Хильди.

— Я это признаю, — сказал Йинен. — Но ты говоришь обо всем вообще. Ты не назвал мне ничего, что дед сделал бы тебе. Я все равно не вижу, почему мы должны тебе помогать. Но я кое-что слышал о дяде Харчаде. Я не против высадить тебя на мысе Хоу, чтобы ты мог попробовать скрыться.

«Ага, — подумал Митт, — на виду у всех кораблей, которые будут их разыскивать. Очень безопасно». Говорить с этим мальчишкой — все равно что приминать слабую травинку, которая упорно снова поднимается.

— Можете с тем же успехом привести меня прямо в Холанд, — сказал он. — Если меня не поймают, пока я буду высаживаться, меня почти сразу же поймают на Флейте.

— Ну, ты ведь бросил бомбу! — сказал Йинен. — И я не понимаю, зачем ты это сделал. В Холанде наверняка было множество людей, которым жилось гораздо хуже, чем тебе. Почему это сделал ты?

Это был трудный вопрос. Сутки назад Митт мог бы дать на него несколько самых разных ответов. Он мог бы сказать им, что так он смог бы отомстить Сириолю, Дидео и Хаму. Однако он приложил все силы к тому, чтобы им не отомстить. И он бежал, бежал и бежал. Он не знал, что при этом думал. И ему пришлось ответить тоже вопросом:

— А ты мог бы смотреть на все плохое, что творится вокруг, и не попытаться это изменить?

А этот вопрос оказался трудным для Йинена и Хильди. Они и правда видели плохое. Все, на что хватило духу у Йинена, — на мечту покрутить у Хадда под носом трещоткой. А Хильди просто разорвала покрывало и бросала пустые угрозы. Потом они отправились плавать на яхте — и столкнулись с этим парнишкой. И он не только рассказал им еще много всего, что идет не так, но и потребовал, чтобы они ему помогли. Но в результате они сейчас плывут обратно в Холанд, чтобы доставить его к дяде Харчаду.

— Йинен... — сказала Хильди.

— Знаю, — отозвался Йинен. — Ладно. Нам следует отвезти тебя на Север. Хильди, ты не могла бы снова заняться фоком?

Митта это несколько огорошило. Он понимал, что так и не назвал Йинену веской причины. Он почувствовал себя обманщиком, и ему стало стыдно. Что станет на Севере с этими детьми? Он вспомнил о том, как северяне плелись через Холанд, чтобы их судили и повесили.

— Послушайте, — сказал он. — Вам достаточно высадить меня около Королевской гавани или этого... Аберата. И со мной все будет в порядке. Или можно попробовать Тулфу. А потом вы вернетесь на Святые острова. С вами тоже все будет в порядке, раз она помолвлена с Литаром... Кстати, как тебя зовут?

— Хильдрида, — ответила Хильди. — Или просто Хильди. А это — Йинен. А тебя как зовут?

— Митт, — сказал Митт.

— Ох, нет — еще один Алхаммитт! — воскликнула Хильди. — Я знакома по крайней мере с двадцатью!

— Нас пруд пруди, — согласился Митт.

Йинен обдумал предложение Митта. Несмотря на усталость, он заулыбался.

— Давай поплывем на Святые острова, Хильди. Мне так хочется их увидеть!

Хильди не представляла себе, как это она приплывет на Святые острова и объявит, что она — будущая жена Литара. При этой мысли ей стало нехорошо.

Но она посмотрела на Йинена и решила, что он слишком устал, чтобы с ним можно было спорить.

Митт тоже заметил, как сильно устал Йинен. Он вспомнил, каково было ему самому выдерживать долгие вахты на «Цветке Холанда».

— Ну, раз уж мы вроде решили, куда плывем, может, тебе пора передохнуть? — предложил он. — Я могу повести ее за тебя. А твоя сестра умеет управлять яхтой?

— Конечно умею! — высокомерно заявила Хильди.

Было решено, что остаток ночи они разделят на три вахты. Йинен неохотно убрал онемевшую руку с румпеля и стал смотреть, как Митт устраивается на его месте. Ковыляя к каюте, Йинен терзался сомнениями. Но он решил, что если Митт даже во сне почувствовал, когда они повернули обратно, то сможет управлять «Дорогой ветров». Укладываясь на койку, он услышал, как Хильди неуверенно пробирается на нос, полуослепленная светом из каюты. Он увидел, как костлявая рука Митта уверенно двигает румпель. «Дорога ветров» начала поворачивать. Ее паруса обвисли, захлопали — и снова наполнились. Загремели снасти, перевязываемые Миттом и Хильди. И скоро Йинен ощутил рывок вперед — это «Дорога ветров» снова понеслась на север. Убедившись, что Митт действительно может управлять яхтой, Йинен заснул под скрип снастей и плеск быстрой воды.

13

Ночь казалась невероятно длинной. Митт оставался на вахте столько, сколько мог. Ему хотелось отплыть как можно дальше на север. Как хорошо было снова управлять кораблем — тем более таким чутким, как «Дорога ветров»! Но с этими приятными ощущениями соседствовала долгая, бессмысленная скука. Делать было нечего: только смотреть на медленно вращающиеся звезды и слушать шум огромного моря. Митт несколько раз честно пытался решить, что же все-таки он делал там, в Холанде. Но всякий раз, как он начинал думать, спустя какое-то время встряхивался и обнаруживал, что не думал вообще ни о чем. Наконец звезды начали совершать коротенькие прыжки по небу. Митт не мог сказать, спал ли он в тот момент, когда они двигались, или не спал, но ему стало ясно, что с него хватит. Он закрепил румпель и разбудил Хильди.

Хильди была такая сонная, что встала на вахту, почти ничего не соображая. Казалось, это длилось очень долго. А потом Хильди обнаружила, что больно навалилась на румпель. Светало.

Море стало темным и глянцевым. Ее разбудил белый барашек, с шипеньем пронесшийся рядом. Ковыляя, словно старуха, Хильди пошла и разбудила Йинена.

Йинен за шесть часов отлично отдохнул (Хильди подумала, что это нечестно) и радостно вышел под рассветное небо. Полоса тумана на месте берега показалась ему слишком близкой. Напевая, Йинен откорректировал курс и закрепил снасти, а взошедшее солнце красно-желтым шаром вынырнуло из тумана. Теперь, когда все было решено и они плыли на север, Йинену показалось, что жизнь неожиданно преподнесла ему подарок. Когда спустя какое-то время из каюты вышел Митт, «Дорога ветров» быстро шла под хорошим ветром. Небо было в серую полоску. Суша казалась размытой меловой чертой, а мощные серые волны тоже мчались на север, разделясь вокруг острого носа «Дороги ветров» на две пенные полосы. Хильди выползла еще позже, постанывая. Было так рано!

Они достали пироги. С тех пор как они ужинали, печево зачерствело, расползлось и перестало быть таким аппетитным.

— Думаю, — сказал Митт, — что к тому времени, как мы доберемся до Королевской гавани, мы возненавидим пироги — если их до того времени хватит.

— Должно хватить. У нас два мешка, — отозвался Йинен и невольно рассмеялся, когда у Митта вытянулось лицо.

— Тогда остается только где-то набрать воды, — заметил тот.

— Ну, на самом деле бочонок с водой полный, — призналась Хильди.

Секунду Митт даже не мог поверить в то, что его так провели. А потом, к огромному облегчению Хильди, он захохотал во весь голос.

— Готов спорить, ты ужасно обозлилась, когда я не стал пить аррис! — сказал он. — Нам, неотесанным парням, положено его любить, да?

Хильди понурила голову, ужасно смутившись. И еще сильнее она смутилась, когда Митт отпил из бочонка и сказал, что слаще ничего никогда не пил. Их-то с Йиненом едва не передергивало из-за привкуса: вода застоялась и пропахла деревом.

«О, боги! Какую же воду тогда пьют в Холанде?» — подумала Хильди. Ей стало так неловко, что она вскочила и убежала на нос, пробормотав невнятно, что, похоже, следует заняться фоком.

— Тебе помочь? — крикнул ей вслед Митт. Хильди не знала, что сказать, и потому не ответила. Митт уже поднимался, чтобы пойти к ней, когда Йинен, в голове которого слышалось огромное удивление, окликнул его:

— Смотри-ка! Как они тут оказались? Митт посмотрел за борт. К его огромному удивлению, на волнах рядом с лодкой качались, словно поплавки, несколько яблок. Он смотрел, как они взбираются на волну, а потом отстают от нее, что бывает со всеми плавающими предметами. Их оказались десятки — ярко-красных и желтых пропитавшихся водой яблок, окруживших «Дорогу ветров». А еще там оказались какие-то пучки травы и несколько почти совсем затонувших цветков.

30
{"b":"8112","o":1}