ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Что?

– Это правда насчет Пруита?

– Правда.

– Ну и дела! Сурово. – Энди достал из кармана комикс и уселся перед коммутатором. – Вот уж сурово.

– Да, верно.

Киавы дохнули на него сверху свежим морским воздухом, поздно взошедшая луна еще только поднималась над горами за мысом Коко, и в серебряном свете вся роща казалась одной темной пещерой. С того места, где он стоял, пятнистый мрак рощи круто спускался к ярко освещенному луной плоскому пятачку автостоянки на вершине скалы, откуда они с Карен в тот раз смотрели, как резвились выехавшие на пикник студенты.

Все это было теперь так далеко… Винтовка тяжело оттягивала плечо, и он выбрал наугад одну из проложенных в песке тропинок – с тех пор как рота обосновалась на побережье, тропинки день ото дня становились утоптаннее, глаже и постепенно расползались паутиной по всей роще, петляя между недавно натянутыми палатками, фургоном КП и двумя уборными, стоявшими здесь и раньше. Чистый воздух приятно наполнял легкие и холодил лоб.

Он шагал сквозь рябь лунного света и чувствовал, как внутри у него зреет тяжелая, страшная злоба. Перейдя на другую тропинку, он двинулся к россыпи палаток.

В штабной палатке было темно: Пятница и Розенбери спали. Он снова поменял тропинку и пошел в сторону асфальтированной дороги, за которой чернела палатка вещевого склада.

Там, завесив фонарь одеялом, Пит и Мейлон Старк коротали время за бутылкой, которую Пит привез из Скофилда. В глубине палатки на импровизированном столе – деревянные козлы, сверху положены доски – стоял портативный радиоприемник, и из него неслась танцевальная музыка.

– Да-а, не та теперь рота, и не сравнить, – пьяным голосом мрачно бубнил Старк.

– Заходи, Милт, – гостеприимно сказал Пит и подвинулся на раскладушке. – Мы тут как раз говорим, до чего быстро рота обновилась. Только за последние пару месяцев.

Тербер заметил, что в распечатанной бутылке оставалось еще больше половины. Должно быть, Старк накачался в одиночку раньше и сюда пришел уже тепленький.

– Ерунда! – фыркнул он. – Не быстрее, чем обычно. – Он снял с плеча винтовку, сел рядом с Питом и взял протянутый ему колпачок от фляги, до половины наполненный виски. Залпом выпил и вернул колпачок, чтобы налили еще. – А где Рассел? Я думал, он травит вам про сегодняшнее.

– Он уже ушел, – угрюмо сказал Старк.

– Он сейчас на кухне, – объяснил Пит. – Поварам рассказывает.

– А когда больше некому будет рассказывать? Тогда что он будет делать? – поинтересовался Старк.

– Наверно, запьет, – сказал Пит.

Музыка у них за спиной смолкла, и из приемника раздался голос диктора:

– «Не ищите сигареты „Лаки Страйк“ в зеленых пачках. Да, „Лаки Страйк“ оделись в „хаки“ и ушли воевать».

– Чтобы за два месяца от роты ничего не осталось, я такого еще не видел. – В голосе Старка была скорбь.

– Эй, что за сопли? – презрительно бросил Тербер. – Я думал, посидим как люди. Что вы будто на поминках?

– А это, может, и есть поминки, – с вызовом сказал Старк.

– Тогда надо повеселее. Поминать – так уж весело. Что это за дерьмо по радио? Давайте покрутим, поймаем симпатичную музычку. Джаз какой-нибудь или что-нибудь еще.

– Не трогай, – попросил Пит. – Это «Ваши любимые мелодии».

– Чего ты мелешь? Сегодня же понедельник.

– Между прочим, Пруит был моим другом, – запальчиво сказал Старк.

– А это повтор. Специально транслируют из Штатов для военнослужащих, – объяснил Пит.

– Иди ты? – с издевкой усмехнулся Тербер. – Специальная трансляция? Для военнослужащих? Эк они теперь с нами носятся! Глядишь, скоро начнут нам задницу подтирать.

– Может быть, ты с ним и не дружил, а я вот очень даже дружил, – сказал Старк.

– Да уж я-то, конечно, с ним не дружил. Он мне только нервы мотал, и больше ничего.

– Знаешь, ты кто? Сволочь толстокожая, вот кто! – задирался Старк.

– Милт, не надо так, – сказал Пит. – О покойниках плохо не говорят. Тем более вместе служили. Нехорошо. Даже если он дезертировал – все равно. И даже в шутку не надо.

– В шутку? – переспросил Тербер. – Какие, к черту, шутки!

– Не укладывается это у меня, – вздохнул Старк. И начал перечислять: – Лива – перевелся снабженцем в двенадцатую. Блум – застрелился. Маджио – уволили по восьмой статье. Хомс с О'Хэйером – ушли в штаб бригады. И понаехали все эти олухи резервисты. А теперь еще Пруит.

Тербер саркастически хмыкнул:

– Глупости. Иногда за один месяц из роты даже больше выбывает. Краткосрочники, например, всегда целыми пачками домой отваливают.

– По-твоему, что домой, что в могилу – никакой разницы? – спросил Старк.

– Те, кого ты называл, пока не все покойники.

– Тебя бы убили, я бы посмотрел, как тебе это понравится, – сказал Старк.

– На численности роты это все равно не отражается… Пит, налей-ка нам еще.

– Теперь вот и Пит скоро уедет, – мрачно гнул свое Старк.

– А что же ты про Старого Айка забыл? – Тербер ухмыльнулся.

– Я так даже доволен, – сказал Пит. – Шесть лет в одной роте – это слишком.

– Вполне тебя понимаю, – кивнул Старк.

– Думаете, мне очень нравится ползать по этим вашим скалам на Макапуу? – продолжал Пит. – Что я вам, ящерица?

– …потому что рота теперь уже не та, – бормотал Старк.

– Вы, мужики, как дети. – Тербер фыркнул. – Покажите мне хоть одну роту, где бы ничего не менялось. Чего вы хотите? Чтобы все одновременно состарились, в один и тот же день ушли в отставку, а потом жили где-нибудь все вместе?

Музыка снова оборвалась, и опять раздался голос диктора:

– «Не ищите на прилавках „Лаки Страйк“ в знакомых зеленых пачках. Ваши верные друзья оделись в „хаки“.

– Помяните мое слово, – пророчески вещал Пит. – Кончились на Гавайях золотые денечки. Вот начнут давать увольнительные, сами увидите. Очереди будут такие, что ни к бару, ни к борделю за квартал не подойдешь. Девочки будут работать как на конвейере.

– Я бы и сам из этой роты слинял, – бормотал Старк. – Только мне некуда…

– А старичок Пит будет в это время вкушать сладкие плоды благоденствия, – продолжал Пит. – Дома. В Штатах…

– …Да и было бы куда, все равно никто бы меня сейчас не перевел…

– …Нальет он себе стакашку и вас, голубчиков, вспомнит. Вспомнит, как вы тут на скалах корячитесь…

– …Даже если переведут, всюду одно и то же. Куда ни плюнь – призывники. Куда ни плюнь – резервисты…

– Вы оба совсем из ума выжили, – язвительно перебил их Тербер. – Что эта рота, что любая другая – всюду одинаково. И не важно, война или мирное время. А в Штатах тоже сейчас будет не лучше, тоже начнут всех прижимать.

– Э, нет! – возразил Пит. – Насчет этого не надо.

– …Так что, если даже переведусь, никакого толку, – бубнил Старк.

– Э, нет! – снова сказал Пит. – Там женщин навалом. Они там косяками ходят. Только успевай.

Тэрнер пристально посмотрел на него.

– Заткнулись бы вы оба, – устало попросил он. – Ей-богу.

– Завидую я тебе. – Старк угрюмо глядел на Пита.

– Еще бы ты мне не завидовал! Меня поставят учить призывников. Работенка спокойная, непыльная. Как в конторе. Отработал свои восемь часов, а потом весь день свободен. На черта мне сдалась эта несчастная рота?

– Завидую я, – уныло повторил Старк. – Господи, до чего же я тебе завидую!

– Заткнись! – цыкнул на него Тербер.

– Бары!.. Коктейль-холлы!.. Хочешь – ведешь ее в шикарный отель!.. Роскошные рестораны!.. – Пит мечтательно закатил глаза. – Я знаю, что я говорю. В ту войну тоже так было.

– Вовремя ты уезжаешь, – не успокаивался Старк. – Хоть не увидишь, как наша рота совсем развалится.

– Старк, я кому сказал, заткнись! – приказал Тербер.

– А вы будете спать на скалах! – закричал Пит. – Будете жрать холодную кашу из котелков! Будете тянуть эту вашу колючую проволоку, пока у вас руки-ноги не отвалятся! – Он вскочил с раскладушки. – Будете жить на камнях! – орал он, швыряя в них фразу за фразой. – Ради глотка виски, ради трех минут с девкой будете в очередях давиться! Вашу роту артиллерия накроет первой! И вас же первыми погонят в тыл, на юг, когда мы будем занимать эти вшивые острова!

222
{"b":"8123","o":1}