ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну да! Весьма правдоподобно. Но вряд ли Илфейлен все ключи к отгадке сложил бы в одном месте. Слишком предусмотрительным человеком он был. Он не мог не предположить, что путевой дневник со временем может быть утерян или поврежден. Человек, который большую часть жизни провел, конструируя узоры, не упустил бы из виду ни одной детали.

Эмит кивал в такт ее словам. Из всех сидевших за сосновым обеденным столом около очага он казался самым безучастным. Он молча выслушал рассказ Тессы. Она нарочно опустила подробности, касающиеся гибели Аввакуса в сырной пещере, промямлив, «а потом что-то случилось и нам пришлось уходить оттуда». Но у Райвиса возникло подозрение, что Эмит уже знает правду. Он был сдержанным человеком, и чувства других людей всегда волновали его больше, чем свои собственные.

Эмит деликатно откашлялся и кивнул еще раз:

— Думаю, вы правы, мисс. Я в свое время был знаком со многими каллиграфами. И все они день и ночь занимались планами и расчетами. Писцы всегда очень осторожны.

Тесса сжала голову руками. Райвис заметил на ладони девушки небольшое, с ноготь величиной, красное пятнышко — след от ожога, полученного, когда она своей кистью попыталась повлиять на исход битвы в Долине Разбитых Камней. Райвис поморщился. Ему очень не нравилось это пятнышко, не нравилось и то, о чем оно напоминало. Рисование узора, освобождающего Корону с шипами, — опасное предприятие. Изгард и его писец не будут сидеть сложа руки и ждать, пока Тесса сделает свое дело. Райвис знал Изгарда. Знал, что король Гэризона попытается не только удержать свой Венец, но и наказать того, кто хочет похитить его.

— Надо обыскать крепость, — заявила Тесса. — Возможно, мы нападем на след узора.

— Много дней понадобится, чтобы обыскать замок Бэсс снизу доверху, — возразил Кэмрон. — Одни только погреба образуют целый ярус. А под ними еще целый лабиринт тоннелей, подвалов и естественным путем образовавшихся каверн. — Он улыбнулся, в первый раз с тех пор, как встретил их во дворе. — Мальчишкой я однажды спустился туда. Отец полдня не мог меня отыскать.

— У вас нет лишних людей. — Тесса не спрашивала, а утверждала, и Райвис вновь подивился ее наблюдательности. Не он один обратил внимание, что людей у Кэмрона совсем мало.

Кэмрон взглянул на Райвиса, подошел к полке, снял с нее вторую бутылку берриака и сорвал с нее восковую печать. Потом молча вернулся к столу и наполнил стаканы. Два месяца назад Кэмрону и в голову бы не пришло самому обслуживать гостей. Он предоставил бы это Тессе, как женщине, или Эмиту, как низшему по званию.

Кэмрон поставил свой стул так, чтобы видеть и Эмита, и Тессу.

— Изгард может появиться здесь уже завтра утром, — сказал он. — Если этот узор действительно имеет такое значение, значит, найти его надо как можно быстрее, до того, как крепость будет окружена. Поймите меня правильно, я никого не хочу пугать, но времени действительно в обрез. Замок Бэсс — лучшая крепость северного Рейза, но у Изгарда есть ее планы, ему известны все слабые места. А если и нет, он явится сюда с таким войском, что мы продержимся в лучшем случае полдня. В настоящий момент я могу выделить двух людей, которые проводят вас в безопасное место. Не в Бей'Зелл, конечно, — его дни сочтены, а в Ранзи. Оттуда вы сможете выехать как на запад, так и на юг. Тем временем я сам поищу этот узор — и в городе, и здесь, в крепости, и, как только обнаружу его, привезу вам. Клянусь памятью моего отца.

Все же невероятно, как изменился Кэмрон! Учитывая, что у него не больше двух дюжин людей для обороны крепости, предложение показалось Райвису весьма щедрым, чтобы не сказать больше. Райвис провел языком по шраму на губе. Ему почему-то вспомнились слова Тессы о том, что узоры Дэверика двадцать один год удерживали их, не давали сдвинуться с места. Не относится ли это и к Кэмрону Торнскому?

Райвис пожал плечами — бог знает что лезет в голову, и стал слушать ответ Тессы. Впрочем, он ни минуты не сомневался, что она отклонит предложение Кэмрона.

И ожидания Райвиса не были обмануты. Тесса положила руку на рукав Кэмрона и покачала головой:

— Я не могу принять ваше предложение. Я не вольна в своем выборе. Вот если узор найти не удастся, тогда другое дело, тогда буду думать дальше. Но пока что я обязана остаться и перерыть всю крепость. Слишком велики ставки, слишком много людей погибло из-за меня. — Она взглянула на Эмита. — И среди них женщина, которую я любила.

Эмит сосредоточенно разглядывал свои руки. Горло его спазматически сжималось.

— Я тоже не смогу уехать, не смогу оставить вас, мисс. Матушка ни в коем случае не позволила бы мне так поступить. Твое дело — быть рядом с Тессой и помогать ей, чем сможешь, так она сказала бы. Она очень вас любила, мисс. Очень.

По щекам Тессы покатились слезы. Она ничего не ответила.

— Что ж, пусть будет так, — заключил Кэмрон. — И не будем больше к этому возвращаться. Но повторяю напоследок: пока армия Изгарда не покажется на горизонте, мое предложение остается в силе. Я готов выделить двух сопровождающих, которые проводят вас в безопасное место. — Он посмотрел на Эмита, потом на Тессу. Секунда проходила за секундой. Наконец в очаге что-то щелкнуло, и яркая вспышка пламени озарила их лица. Оба разом кивнули.

Глядя на дружную троицу по другую сторону стола, Райвис почувствовал укол зависти. Он устал всегда и везде оставаться чужаком, сторонним наблюдателем. Но не успела эта мысль оформиться в его мозгу, на смену ей, словно с неба, свалилась другая.

— Кэмрон, помнишь нашу встречу в доме Марселя? Речь зашла об узорах Дэверика и ты попросил Марселя показать рисунки?

— Помню. И что же?

— Если не ошибаюсь, ты тогда упомянул Илфейлена. То есть ты не называл его по имени, просто сказал, что когда-то в вашем замке останавливался известный узорщик и в благодарность за гостеприимство нарисовал для хозяев картину. Ты сказал, что она до сих пор висит в кабинете твоего отца.

Тесса вскинула глаза на Кэмрона. Тот кивнул:

— Как же, помню. Но в ней нет ничего особенного, грубая работа.

— Можно взглянуть? — Тесса вскочила так стремительно, что ножки стула со скрипом проехали по полу.

— Картина по-прежнему висит в отцовском кабинете. — Кэмрон сказал это так, словно хотел запретить ей продолжать. Лицо его стало белым как мел.

Райвис решил, что после убийства отца Кэмрон еще ни разу не был в комнате, где оно произошло.

— Давай я принесу... — начал он.

— Нет. — Кэмрон ударил кулаком по столу. — Никто не войдет в эту комнату, кроме меня.

Райвис поднялся:

— Позволь я провожу тебя до двери в кабинет.

Он подошел к Кэмрону, протянул ему руку. Кэмрон на мгновение сжал ее, и бок о бок они вышли из кухни.

* * *

Эдериус кашлял кровью. Ее было немного — всего несколько капелек осталось на белом кусочке материи, который он поднес к губам. Если кто увидит платок, то примет его просто за тряпку, испачканную красной краской, и ни о чем не догадается.

Впервые кровь появилась несколько дней назад, даже не кровь еще, а просто розоватая слюна. Тогда Эдериус без труда убедил себя, что дело в желудке или, может быть, он чем-то поранил горло. Но теперь кровотечение усилилось, при сильных приступах кашля платок промокал насквозь. Эдериус больше не мог себя обманывать. Он стар, вот в чем дело. Он не способен больше переносить темп, который Изгард задал после битвы у реки Кривуша.

Впрочем, самые мучительные приступы случались, когда он сидел за своим письменным столом и рисовал узоры, а не во время тряской езды в крытой повозке по дорогам Рейза.

Это наблюдение не понравилось Эдериусу. Он встряхнул головой и вновь склонился над листом пергамента. Времени оставалось немного: Изгард потребовал, чтобы через час узор был завершен, а сам он готов продолжать путешествие. Король рассчитывал за оставшиеся до рассвета четыре часа добраться до окраин Бей'Зелла.

Эдериус рассчитывал отдохнуть в дороге. Изгард недавно распорядился поставить в повозку писца походную кровать и посоветовал ему использовать для сна бесконечные переезды из города в город. Предполагалось, что Эдериуса должна была растрогать забота короля о его здоровье, но старик знал подоплеку этой неожиданной милости и остался к ней равнодушен.

140
{"b":"8128","o":1}