ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сделав несколько крутых поворотов, Ангус неожиданно для Райфа скомандовал остановку и спешился.

— Жди здесь, — сказал он, передавая Райфу поводья. Когда Райф сам спрыгнул с коня, Ангус уже исчез в тумане, провожаемый взглядом Аш.

Настала тишина. Говорить Райфу не хотелось. Он чувствовал глухую обиду против девушки, как будто она подкралась к нему, пока он спал, надрезала ему запястье и побраталась с ним против его воли. Ему не оставили выбора, и тем не менее он чувствовал себя связанным. А ведь она совсем еще девчонка, худенькая, с красным от мороза лицом и сбившимися в колтун волосами. Только глаза у нее красивые: огромные, серые и блестят, как отполированный металл, то ли серебро, то ли сталь.

— Спешились? Вот и ладно, дальше пойдем пешком, — сказал голос Ангуса из тумана. — Срежь ветку с той лиственницы, Райф, и сделай факел. Обдери кору, чтоб сок выступил.

Райф рад был заняться чем-нибудь. Он срезал целых три ветки, измазав свои собачьи рукавицы смолой, обстругал ножом, оставив завитки, и поджег одну своим огнивом. Он хорошо умел разводить костры на снегу, и приятно было делать своими руками простые и честные вещи.

Ангус в это время отряхнул снег с лошадей. Аш шептала Лосю что-то ласковое, почесывая его за ушами, а Лось фыркал от удовольствия, как дурак. Предатель, подумал Райф сердито.

Ангус повел их в глубокую лощину между скалами. Ее обледенелые стены становились все выше над все более узкой и крутой тропой. Вскоре стены сомкнулись над головой, и Райфу показалось, что они вошли внутрь горы. Тот же маслянистый камень, что встречался им наверху, ярко отражал свет. Факел Райфа, лизнув его мокрую поверхность, зашипел. Туман тянулся за копытами лошадей, как морская пена. Стало заметно холоднее.

Потом сквозняк вдруг прекратился, и канал, по которому весной, наверно, сбегала талая вода, превратился в подземный ход.

Швы на груди Райфа зудели, и холодный амулет давил на кожу словно окаменелый.

— Теперь чур не отставать, — сказал Ангус. — Не все пути здесь ведут куда нам нужно. Ты, Райф, ступай вперед с факелом, а ты, Аш, присматривай за Лосем да не забывай жевать рутовые листочки.

Став во главе отряда, Райф заметил, как изменилась скала под ногами. Неровный еще несколько минут назад камень превратился в гладкий обработанный зубилом пол. Стены оставили шероховатыми, сгладив только самые острые углы. Вдалеке что-то капало, словно с протекающей крыши, — минеральное масло или вода. Тени собирались здесь, точно дождевая вода в канаве.

Первая мысль Райфа была о Эффи: ей бы тут понравилось. Никто не знает пещеры на землях клана лучше, чем она. Если она и выходит летом из круглого дома, то лишь для того, чтобы полазить по пещерам вокруг Клина. Райф улыбнулся, вспомнив, как одним летним утром прождал ее несколько часов, пока она исследовала лаз чуть шире собственной головы. Он туда не пролез бы, а Тем задал бы ему трепку, если бы он вернулся домой без сестры.

— Что это за место? — спросила Аш.

Райфу было трудно отвлечься от воспоминаний, и он испытал внезапную неприязнь к девушке только за то, что она не была Эффи. Не была она и той, за кого себя выдавала. Голос у нее звучал властно и настойчиво, и она ничуть не походила на нищенок, о которых рассказывали Турби Флап и Кот Мэрдок.

— Просто маленький подземный ход, ничего больше. — Ангус хлебнул из кроличьей фляжки. — Его прорубили много тысяч лет назад, задолго до постройки Вениса.

— Кто же построил его? — Аш дотронулась до стены.

— Суллы.

Райф затаил дыхание. Ангус уже в третий раз упомянул о суллах, но от повторения это слово лучше не становилось. Суллы — всеобщие враги. Они ненавидят как горные города, так и кланы. И порубежников тоже, хотя и защищают их, не щадя жизни. Они скрываются в своих необычных лесах, где строят города из синего и серебристого камня, ни с кем не торгуют и не заключают соглашений. Говорят, они покидают свои Облачные Земли только для того, чтобы защитить свои границы и потребовать назад своих убитых.

— Зачем суллам нужен подземный ход здесь, на западе?

— Ты думаешь, Райф Севранс, что эта земля всегда принадлежала горным городам? — Тон Ангуса заставил Райфа пожалеть о заданном вопросе. — До того, как здесь появились города и даже кланы, это была страна суллов. Черный Град, правда, зовет себя первым из кланников, но рядом с Суллами его похвальба бледнеет. Они себя называют Перворожденными, подразумевая под этим не только Северные Территории.

Наступившее молчание прервала Аш:

— Значит, суллы были первыми людьми на Обитаемых Землях?

— Так гласит легенда. Она же говорит, что их прогнали сперва с Дальнего Юга, потом со срединных Мягких Земель, и они наконец нашли свой дом на Севере. На всем Севере, а не только на Северной Твердыне, Змеином Берегу и Красных Ледниках, которые принадлежат им теперь. Весь Север был их — от Дробящихся Полей на самом краю до Старого Козьего перевала в этих горах. — Ангус говорил резко, и глаза у него потемнели. — Поэтому этот ход, некогда проделанный суллами для того, чтобы ходить через горы и спускаться со Смертельной так, чтобы их не обнаружили семерки Горной Королевы, и не учуяли гончие Мокрых Плащей, теперь им уже ни к чему. Но тогда-то он был нужен, и таких ходов в горах будет десятка два.

— А кто это — Горная Королева? — спросила Аш. — И Мокрые Плащи? Никогда о них не слышала.

— Это люди иных времен, тех, когда не родились еще ни Красный Священник, ни лорды-основатели, когда единая вера еще не воцарилась в Мягких Землях на юге, когда миром правили императоры и короли, которые пользовались магией как оружием.

Райф отвел факел подальше от себя — в сыром воздухе тот трещал и плевался.

— Ты говорил, что суллы — сами колдуны. Почему же они тогда сами не создали свою империю?

— Создали когда-то. Давно. Но теперь у них одна цель — выжить.

Райф хмуро продолжал шагать вперед. Слова Ангуса не совпадали с тем, что о суллах говорили в клане.

— Но суллы самые свирепые...

— Да, — прервал его Ангус. — Суллы — самые свирепые воины, когда либо поднимавшие знамена на Севере. Им приходится быть такими. Они живут сами по себе, ни в ком не нуждаясь, и все короли, императоры и военачальники Обитаемых Земель уже тридцать тысяч лет испытывают страх перед ними. Суллов гнали на север и восток с самого юга, и теперь все, что у них осталось, — это Облачные Земли. — Ангус успокоился и говорил теперь со странным холодком. — Мне жаль того, кто попытается отнять у них это... ибо им больше некуда идти.

Райф и Аш переглянулись, взволнованные словами Ангуса. Глаза Аш в темном подземелье казались почти голубыми.

— Надо оставить что-то за проход, — сказал Ангус прежним добродушным тоном. — Это старый обычай и может показаться глупым — ведь тут нет никого, кроме летучих мышей. Но Дарра отрежет мне уши и засолит их, если я не уплачу подобную пошлину.

— Дарра? — повторила Аш.

— Моя жена.

Аш ничего больше не сказала, и воцарилось молчание. Райф вынул из волос серебристый обруч и подал Ангусу.

— Оставь вот это.

Ангус стиснул его пальцы своей красной ручищей.

— Нет, парень. Это знак твоего клана. Побереги его. Я сам уплачу.

— Возьми.

Как видно, в его голосе было что-то особенное, потому что Ангус пристально посмотрел на него и кивнул:

— Как хочешь.

Ангус стиснул обруч в кулаке и стал мять его на ходу. Ход стал более узким и низким, поэтому ему и Аш приходилось быть внимательнее с лошадьми. Из трещин в камне сочилась влага, образуя маслянистые лужи, которые все обходили.

Райф зажег второй факел, и новый яркий огонь осветил какие-то знаки на камне. Нет, не на камне, поправил себя Райф, а в нем. Луна и звездное небо темной синевой и жидким серебром просвечивали сквозь слой камня, тонкий, как пленка на рыбьем глазу. Неведомый художник каким-то образом ввел краску в скалу, как при татуировке. Райф вспомнил лук Ангуса: там инкрустация тоже утоплена в дерево. Значит, у Ангуса сулльский лук?! Райф не переставал думать об этом, пока они пробирались через участок тоннеля, частично разрушенный паводком.

82
{"b":"8130","o":1}