ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За столом все так и ахнули.

Но Флора знала, что делает. У нее были четыре старшие карты, все козыри. Проиграть она могла только в одном случае: если у Адама или у Фиска был на руках королевский флэш.

— Я пас, — проворно сказал Гарольд Фиск. Он понимал: когда на кону этакая сумма, здравомыс-лящий человек вряд ли станет блефовать… даже если это женщина.

— Двадцать тысяч, — промолвил Адам, взглядом оценивая стоимость своих фишек. Не хватит. Он придвинул к себе бумагу и быстро написал расписку. — Принимаю вызов. И пять тысяч сверху.

Купцы зашушукались: по их мнению, леди явно зарывалась.

Джордж Бонхэм слегка побледнел, но молчал.

Эллис весь подался вперед, однако поджатые губы так и не разжал. Он понимал, что лезть с увещеваниями — пустое дело.

Но, как только Адам бросил расписку в центр стола, Эллис не удержался и что-то быстро-быстро зашептал Флоре на ухо. Она, насмешливо поводя бровями и не спуская глаз с партнеров, отвечала вспотевшему кентуккийцу таким же шепотом.

Дослушав ее, Эллис вдруг вскочил со стула и молча протолкался сквозь толпу зрителей, которые неведомо когда успели собраться вокруг стола, прослышав, что игра приняла напряженный оборот и на кону десятки тысяч.

Проводив его ироническим взглядом, Адам вкрадчиво осведомился:

— Милые ссорятся?..

— Только тешатся, — с приятнейшей улыбкой отозвалась Флора, игнорируя насмешку в его тоне. — Принимаю. И еще десять тысяч сверху.

Она написала расписку и положила ее на кучу в центре стола.

— Согласен на еще десять, — спокойно ответил Адам и взялся за ручку. — Открывайте ваши карты. Флора изящной ручкой разложила на зеленом сукне четыре ярко-цветных туза.

— М-да, тут ничего не попишешь, — проронил Адам и, не открывая своих карт, швырнул их рубашками вверх к другим.

Флора улыбнулась с раздражающе-откровенным торжеством.

— Спасибо, мистер Серр. Благодаря вам я провела этот вечер с большой пользой для себя.

— Это вам спасибо за доставленное удовольствие, — ответил Адам со светской улыбкой. «Она прекрасна. Она изящна. Она аристократка до кончиков ногтей. И при этом какая чувственность в глазах! Какой азарт!»

— Вы очень любезны, — сказала Флора, подгребая к себе выигранные фишки. — Порой карты — хорошее развлечение.

— Да, и это тоже, — негромко заметил Адам. Она подняла на него подозрительный взгляд.

— Вам не трудно пояснить, мистер Серр, что значит ваше замечание?

— Позвольте отложить объяснение, — спокойно ответил Адам и обвел глазами затаившую дыхание толпу зрителей. — Я вот о чем думаю, леди Флора… Не сыграть ли нам еще одну партию? Если угодно, начнем с пятидесяти тысяч.

Она откинулась на спинку стула и вперила в него пытливый взгляд.

— Сумма изрядная. Вы полагаете, что ваше счастье переменилось, и теперь удача будет на вашей стороне?

Он пожал плечами и улыбнулся.

— Поручиться не могу. Конечно, выиграть можете и вы… Но не век же вам одерживать верх!

— Не знаю, не знаю… выигрывать как-то вошло в мою привычку.

Пустым хвастовством он это не считал. Наблюдая за Флорой во время игры, Адам понял, с каким мастером имеет дело.

— Ну так что? — спросил он, не отводя глаз и с наглым вызовом улыбаясь.

Девушка потупила глаза и секунду задумчиво помолчала. Не взглянув на отца, ни к чьей подсказке не прибегая и полагаясь только на саму себя, она приняла решение и сказала:

— А почему бы и нет?

Адам прошелся взглядом по лицам остальных игроков.

— Кто-нибудь составит нам компанию?

Однако все молчали с замкнутыми лицами.

— Похоже, мы остались одни.

В голосе Адама проскользнула интимная нотка, как будто они и впрямь были одни, а не в окружении двух десятков гостей.

— Похоже, мы остались одни, — эхом отозвалась Флора. Беглым взглядом обведя зрителей, она ехидно прибавила: — Фигурально говоря.

Эх, подхватить бы ее на руки да унести отсюда прочь!

Ноздри Адама дрогнули и вместо ласковых слов с его губ машинально слетела колкость:

— Как видно, вы хорошенько практиковались — с Эллисом.

Он сказал это тихо, во всем этом скоплении людей сохраняя тон беседы наедине.

— Я и без того напрактикованная, мистер Серр, — холодно парировала Флора его дерзкий намек. — Так играть будете или станем обсуждать ваше отношение к женщинам?

— Отчего бы нам и не поиграть друг с другом, — сказал Адам, придавая слову «поиграть» какой-то совсем не карточный смысл.

Флора усмехнулась, отзываясь на этот некарточный смысл.

— Вы приглашаете, мистер Серр?

— А вы нуждаетесь в приглашении?

— Все зависит от того, выдастся ли у меня свободное время.

— Вы так плотно заняты? — Загадочный прищур.

И нотка страсти в голосе.

— Надо подумать, — бросила Флора. На самом деле она решила не поддаваться соблазну. — В данный момент я намерена выиграть у вас некоторую сумму денег, — сказала она громко, на публику. — Будьте добры, новую колоду карт.

— Так вы уж как-нибудь втисните меня в свое расписание, — тихонько шепнул Адам. — Не забудьте!

— Память у меня хорошая, — ответила Флора. — А уж получится ли — один Бог ведает. Так сколько же будем оттягивать игру?

— Ваш покорный слуга. Мистер Фиск, леди желает новую колоду.

В ожидании слуги с картами Флора сняла перчатки. Движения девушки отличались выдержкой и спокойствием. Было впечатление, что у нее железные нервы. Никто из зрителей не заметил, чтобы у нее дрожали руки или сошла краска с лица.

Казалось, роскошная красавица спокойно ждет, когда принесут новый бокал шампанского.

Адам молча одобрительно наблюдал за ней. Процесс снимания перчаток был целым представлением, хорошо отрежиссированным. Любопытно, как часто она этак вот снимала перчатки за игорным столом? И концентрация скольких игроков-мужчин была безнадежно погублена этим маленьким спектаклем?

— А ваши прелестные ручки не озябнут без перчаток? — как бы участливо осведомился молодой человек с лукавой ухмылочкой.

В его голосе была не только насмешка, но Флора и не думала смягчаться.

— Без перчаток играется верней, — сказала она.

При игре вдвоем сдавать должен один из двух.

Гарольд Фиск распечатал принесенную лакеем колоду, перетасовал ее и бросил каждому по карте лицом вверх.

Адаму достался валет.

Флоре — двойка.

Сдает тот, у кого карта меньше.

Флора взяла колоду и стала тасовать ее с проворством фокусника. Стеснившиеся вокруг стола зеваки — а теперь их было вдвое больше — только заахали: всякий понимал, что этакая ловкость приобретается лишь годами тренировки.

Наконец Флора протянула колоду Адаму. Любому игроку разрешено повторно стасовать карты. Когда игра начинается с пятидесяти тысяч долларов, это право становится едва ли не обязанностью. И Флора не сомневалась, что Адам не преминет воспользоваться этим правом.

На какое-то мгновение колода как бы полностью исчезла в сильной руке мужчины. Затем карты стремительным веером заходили в его пальцах: что-то щелкало, сшибалось, отлетало, возвращалось, перекиды-валось, перелетало — и оп! колода вдруг снова оказалась аккуратно собранной. Все это и пяти секунд не заняло Зрители опять восхищенно заахали.

Сдающий вправе тасовать последним. Флора выровняла края колоды, опять проделала знакомый умопомрачительный фокус с мельканием рубашек — и, наконец, протянула окончательно стасованную колоду партнеру, чтобы он снял. После этого она раздала по пять карт.

Адам быстро взглянул на свои карты и положил их на сукно рубашкой вверх.

— Не надо, — сказал он с каменным лицом и положил на стол фишки на пятьдесят тысяч долларов.

— И мне не надо, — сказала Флора. Зрители недоуменно загалдели. Это что же получается? Блефуют оба? Не лучшее время блефовать — когда ставка такой величины! Или произошло чудо, и оба с первого раза получили карты, которые тянут на пятьдесят тысяч долларов?!

— Вызов принимаю, — спокойно заявила Флора, не обращая внимания на шушуканье за спиной.

39
{"b":"8142","o":1}