ЛитМир - Электронная Библиотека

Но не успела Кэролайн приблизиться к двери, как он схватил её в охапку.

– Я уже поставил тебя в известность о том, что священник обвенчает нас в Кеттлстон-Холле?

– Ах ты, ублюдок! Это тебе не каменный век! Только посмей меня похитить! – возмутилась она.

– Ах, какая жалость! Я как раз пропустил эту главу в книге о хороших манерах!

– Будь ты проклят! Я тебе не позволю!

– Нет, это я не позволю тебе согревать постель милому Уиллу, – галантно возразил он.

– Да ты совсем взбесился! Я буду спать с кем захочу!

– Мы ещё успеем обсудить твои забавы при следующей встрече, но почему-то мне кажется, что я не соглашусь смотреть сквозь пальцы на твои кувыркания в постели. После того как мы поженимся, ты станешь моей во всех смыслах этого слова, а также перед глазами Господа и всего остального света. – Его губы сжались в суровую прямую черту. – Ты станешь моей собственностью!

Она отвесила ему такую пощёчину, что удар отозвался глухой болью во всём теле. Но Саймон лишь негромко выругался в ответ и даже не сбился с шагу на своём пути к двери.

– Провались ты к чёрту, Саймон! Отпусти меня! – Она открыла рот и глубоко вздохнула, собираясь позвать на помощь, но её отчаянный вопль превратился в глухое мычание, потому что он жадно впился в её губы страстным поцелуем. Он вложил в него всю ярость, вызванную её упрямством. Он бросил к её ногам всё, что имел: своё имя, титул, богатство, – и если не приложил к этому своё сердце, то явно был весьма близок к тому. Пропади она пропадом со своим тупым упрямством! Пусть теперь пеняет на себя. Саймон больше не намерен играть с ней в эмансипацию.

Возле двери он задержался, прижал её спиной к толстым дубовым доскам и навалился всем телом, до крови целуя в губы. Он был так груб, что она задохнулась от боли. Но хуже всего было то, что его жестокий натиск разбудил в теле знакомое пламя желания. Она и сама не заметила, как её лоно стало влажным и готовым к близости.

Когда Саймон прервал поцелуй, она задыхалась уже не от боли, а от возбуждения.

– А теперь делай, что велено, – буркнул он. – И если это тебе так важно, – грубо добавил он, – то знай, что я тебя люблю!

– Но тебе вовсе ни к чему затевать всю эту мороку с женитьбой ради одного секса! – Тонкие брови игриво выгнулись дугой, а уголки губ приподнялись в завлекательной улыбке. – Опусти меня на пол, запри дверь, и у нас будет прекрасный секс прямо под этой картиной со знойным тосканским небом! – Если ей удастся задержать его достаточно долго, Уилл не выдержит и отправится на её поиски. А уж он не позволит уволочь её силком, как это бывало в тёмные века.

– Прости. Но я предпочитаю заниматься сексом у себя дома. – Саймон злорадно ухмыльнулся. – Хотя это была хорошая попытка!

Она вдруг выгнулась всем телом, пнула его что было сил и стала лупить по чему попало, чтобы вырваться на свободу. Не обращая внимания на её возню, Саймон перехватил её поудобнее, пинком распахнул дверь и вышел в коридор, нисколько не опасаясь, что их могут увидеть.

– За мной! – Он повелительно кивнул Обри, улучив момент между двумя её ударами.

И пустился бегом.

Он знал, что Кэролайн непременно будет кричать.

Он также знал, что это ему не помешает, поскольку они успеют выскочить наружу до того, как кто-то встанет у них на пути. Итак, он бежал что есть мочи, а Кэролайн что есть мочи звала на помощь. Он уже почти миновал переднюю, когда она испустила новую серию воплей, повергших в ступор находившихся там слуг. Надо ли говорить, что никому из челяди и в голову не пришло помешать столь высокородной особе, как его светлость герцог Харгрейв? Даже если бы он не был столь высокородным, достаточно было широких плеч и полыхавшего мрачной яростью взора, чтобы отбить охоту у особо отважных.

Шумная вечеринка в главном зале набирала обороты, и гости веселились вовсю, не имея ни малейшего понятия о том, что у них из-под носа похищают гувернантку замка Незертон. В то время как Уилл, доблестный джентльмен и вышколенный дипломат, терпеливо ждал свою даму в кабинете.

Предвидя своё возможное бегство, Саймон не разрешил расседлать Рыцаря и приказал конюху держать его под уздцы возле самого крыльца. Он мигом оказался в седле и усадил перед собой Кэролайн. С ней пришлось немного повозиться: достойная леди упорно пыталась ударить обидчика по голове. Саймон закутал её в свою накидку так, что она едва могла пошевелиться, и дал шпоры застоявшемуся жеребцу. Одной рукой он придерживал пленницу за полы накидки, а другой правил Рыцарем. В мгновение ока они оказались под стенами замка. Саймон не стал дожидаться священника: Обри и сам позаботится о себе.

Он кивнул страже у ворот как ни в чём не бывало, но при этом заранее вжал Кэролайн лицом в своё плечо, чтобы заглушить её крики. Саймона немного беспокоило то, что солдаты могут не признать его и пустить в ход оружие, но праздничный пунш, которым угостили всех в замке, сделал своё дело, и стража помахала ему в ответ с самым приветливым видом. Как только под копытами Рыцаря прогрохотали камни моста, Саймон пришпорил коня и отпустил голову Кэролайн.

Пусть себе вопит сколько влезет. Рыцарь резко взял с места в карьер, с каждым скачком удаляясь от замка.

И никому не пришло в голову пускаться за ними в погоню в ночь на Крещение.

Глава 22

Скачка до Кеттлстон-Холла была недолгой и на удивление молчаливой. Как только Кэролайн вывезли из замка, она осознала бесполезность своих криков. С таким же успехом она могла бы выть на луну. У неё и так саднило в горле от первого вопля, выпущенного во всю силу лёгких, – и какая от него была польза? И во всём, во всём был виноват Саймон, и только он. Ну кто ещё мог бы додуматься до этого смешного, бессмысленного, жестокого и чудовищно оскорбительного похищения?! Почему он не в состоянии вести себя так, как ведёт себя нормальный, воспитанный человек, когда ухаживает за дамой? Хотя, конечно, она хочет слишком многого от такого типа, как Саймон. В любом случае отныне только от неё зависит, скоро ли ей удастся вернуть свободу, и с этой целью она затихла в руках у Саймона, обдумывая свои плачевные возможности, если уж на то пошло.

Саймон уже получил то, что хотел, и его больше не волновало, будет Кэролайн кричать или нет. Но всё же ему стало значительно легче, когда она заткнулась. Он едва не потерял терпение, пока старался выдержать эти леденящие душу вопли. Учитывая обстоятельства их прибытия в Кеттлстон-Холл и её несравненное упрямство, он немного изменил расписание на этот день. Оставалось лишь надеяться, что все его приказания выполнены в точности, а Обри не составит труда догнать жеребца, идущего под двойным грузом. Как только они доберутся до дома, нужно ещё раз напомнить Обри, что придётся сократить венчание до самых необходимых пределов. Кэролайн слишком непредсказуема. Вот как сейчас. Он даже постарался заглянуть ей в лицо: уж не заснула ли его прекрасная пленница?

– Я составляю церемонию твоей казни, – проворковала она, наградив его томным взглядом из-под ресниц.

Ну да, безусловно, в определённом смысле её можно всё-таки считать предсказуемой.

Оставалось лишь уповать на то, что она сама пойдёт под венец, и её не потащат волоком.

Даже с учётом всех поворотов прихотливой горной дороги путь до Кеттлстон-Холла не занял много времени. Подъезжая к воротам, Саймон обратил внимание на свежие следы колёс и довольно улыбнулся. Отлично. Всё необходимое уже доставлено из Лондона.

Перед парадной дверью пылали яркие факелы, и весь дом был освещён в честь праздника. Саймон мельком взглянул на фасад: он сам впервые видел своё недавнее приобретение и с удовлетворением отметил, что особняк отличается изысканной чистотой и строгостью линий. Многие провинциальные архитекторы портили свои творения из самых лучших побуждений, украшая их сверх всякой меры. Но это квадратное здание из красного кирпича с двумя изящными крыльями производило впечатление элегантности и простоты. Саймон быстро пробежался взглядом по окнам трёх этажей, в каждом из которых мерцал свет от множества канделябров, и попытался угадать, на котором из них расположены господские покои.

35
{"b":"8156","o":1}