ЛитМир - Электронная Библиотека

Он не забыл приказать, чтобы всё в них было наготове.

Так же, как и в часовне.

Он посмотрел сверху вниз на Каро и улыбнулся. На этот раз её глаза были закрыты. Она наверняка дуется. Но кому, как не Саймону, лучше всех известны способы заставить эти милые губки улыбаться! Он изучил их ещё много-много лет назад!

Услышав стук копыт, из парадного им навстречу выбежали слуги. Знакомые лица, из его особняка в Лондоне. Он заранее отправил на север нескольких своих лакеев.

Ловко соскочив на землю с Каро на руках, он строго заглянул ей в лицо. Не хватало ещё, чтобы она устроила сейчас сцену! Впрочем, со сценами или нет, он всё равно на ней женится, С той минуты как Саймон покинул парижский особняк Лувуа, он ни разу не поколебался в принятом решении. И уж если ему действительно невдомёк, что такое настоящая любовь, с безумной страстью он знаком отлично. Бешеное желание обладать ею поглотило все его мысли, лишило его душевного покоя и чуть не заставило окончательно спиться.

Итак, он провёл в седле трое суток, он мёрз и страдал на этих жутких зимних дорогах.

Он распинался, как дурак, в замке Незертон.

И все ради женщины, которая воротит от него нос.

В некотором смысле ему повезло, что Каро забралась так далеко от Лондона.

Друзья без малейшего сожаления подняли бы его на смех, пронюхай они о таком успешном сватовстве.

Тогда как во всех городских клубах стали бы заключаться пари по поводу предполагаемой даты рождения их первенца, а охочие до сплетен кумушки не поленились бы по пять раз пересчитать сроки на пальцах: зачали ребёнка до брака или после? Впрочем, эту возможность у них всё равно никто не отнимет. Он с досадой поморщился, утомившись от этих неприятных мыслей.

Парадная дверь распахнулась, и на крыльцо торопливо вышел дворецкий, положив конец его размышлениям.

Приблизившись к ним, этот пожилой мужчина с неподдельной тревогой спросил:

– Леди нездорова, милорд?

Саймон и сам был бы не прочь это узнать: его насторожила непривычная молчаливость Кэролайн. Она даже перестала вырываться.

– Она просто слишком устала, – сказал Саймон, втихомолку надеясь, что она не опровергнет его слова каким-нибудь сногсшибательным заявлением.

– Да, я устала, – подтвердила Кэролайн. Она по-прежнему пылала жаждой мести, но понимала, что старый дворецкий ни в чём не виноват, и не хотела ставить в неловкое положение прислугу.

– Пожалуй, нам стоит войти внутрь и согреться, – заметил Саймон, направляясь к парадной двери. – Кстати, я – Харгрейв, – добавил он, обращаясь к дворецкому, семенившему рядом.

– Так мы и поняли, милорд. Ваша светлость, позвольте представиться: я – Итон, а вот это моя жена, миссис Хоппер, – проговорил он на ходу, кивая в сторону женщины, замешкавшейся у входа. – Она служила экономкой у виконта Мэнли более двадцати лет.

Саймон на миг задержался у двери и ободряюще улыбнулся полной женщине, присевшей в низком реверансе.

– Надеюсь, вы и мне послужите верой и правдой. Полагаю, все прежние слуги остались на местах?

– Да, сэр. – Из голоса Итона волшебным образом улетучились испуганные дрожащие нотки.

– Хорошо. Превосходно. Ну что ж, показывай дорогу. – Саймон улыбнулся ещё раз, с удовольствием обратив внимание на то, какое облегчение читалось на лицах экономки и дворецкого. Ему следовало с самого начала предупредить Гора, чтобы он успокоил слуг и пообещал, что все они останутся на своих местах. На миг Саймону даже стало неловко за свою беспечность.

– Да, сэр, вот сюда, сэр. Мы выполнили все, как вы приказали. Соблаговолите следовать за мной, сэр.

Кэролайн чувствовала себя безвольной куклой, а скорее просто частью багажа, чьё мнение никого не интересует. Если она попытается сейчас поставить Саймона на место, разразится жуткая сцена, и от этого всем станет ещё хуже. Слуги их совершенно не знают. Судя по всему, Саймон вообще явился сюда впервые. Вряд ли Кэролайн может рассчитывать на чью-то помощь: она видела, как важно было для дворецкого сохранить за собой это место. Наверняка старик прослужил в этом доме всю свою жизнь.

И кому, как не ей, судить о том, что чувствует человек, лишённый крыши над головой и вынужденный искать новую службу.

Но разве она, Кэролайн, обязана жертвовать своей свободой и становиться женой их хозяина ради того, чтобы им не пришлось сниматься с обжитого места? Или, если уж на то пошло, могут ли повлиять её поступки на авторитет Саймона перед его челядью? Помешает ли это задуманной им свадьбе?

Увы, ответ напрашивался сам собой.

Стараясь сохранять рассудительность и не поддаваться панике, Кэролайн прикинула про себя, что она могла бы предпринять.

– Ты будешь вести себя прилично? – шёпотом спросил Саймон, перенеся её через порог своего нового дома.

– А у меня есть выбор? – ответила она таким же шёпотом.

– Хорошая девочка. – И он опустил её на пол с таким видом, будто нисколько не сомневался в её покорности.

– Размечтался! – прошипела она, а вслух капризно произнесла: – Я ужасно проголодалась!

Саймон покосился на неё, не скрывая подозрения, но получил в ответ ослепительную улыбку.

– Чего тебе угодно, моя радость? – Его голос мог показаться мягче шелка, но в тёмных глазах затаилась тревога.

– Кексов, – сказала она. – И горячего чаю – для начала.

Столь откровенный намёк на то, что предвидится некое загадочное продолжение, только усугубил его тревогу.

– Мы выпьем чаю в моих покоях. – Пожалуй, будет нелишним затащить её подальше в дом. – А мне подайте бренди!

– Да, сэр, пожалуйте сюда! – Дворецкий с низким поклоном повёл Саймона и Кэролайн к широкой лестнице.

Хозяйские покои состояли из нескольких просторных комнат, в каждой из которых жарко пылал камин. Здесь недавно поменяли обстановку; вся мебель была совершенно новая. Возможно, это – помимо карточных долгов виконта Мэнли – также стало причиной его финансовых затруднений. Итон провёл господ по всем комнатам, попутно закрыл шторы на окнах, низко поклонился и оставил их вдвоём, пообещав, что чай будет подан в самое ближайшее время.

Кэролайн так и стояла посреди гостиной, закутанная в его дорожную накидку, свисавшую до самого пола. Саймон медленно подошёл к ней, раздвинул складки тяжёлого влажного сукна и снял накидку с её плеч. Осторожно провёл пальцем по бледной щеке и заметил:

– У тебя усталый вид.

– Ничего удивительного – после двух недель непрерывных балов и вечеринок. – Это дерзкое признание явно было рассчитано на то, чтобы спровоцировать его гнев. Удар попал в цель, но Саймон ответил не сразу. Он бросил накидку на стул и только после этого повернулся к ней:

– Возможно, я буду не так требователен, как твой смазливый любитель оперы. – Его взгляд налился холодной яростью. – Или он тоже способен дрючить тебя всю ночь напролёт?

Под его убийственным взглядом до Кэролайн дошло, что она перегнула палку.

– Откуда мне знать? – В её голосе послышалась растерянность. – Он поцеловал меня, только и всего.

– И ты всерьёз надеешься, что я тебе поверю? Может быть, я бы поверил, когда тебе было четырнадцать… нет, тринадцать лет! – Его низкий голос был полон презрения. – Но мы с тобой отлично знаем, как ты охоча до мужиков, верно?

– Не настолько охоча, как ты до баб! – возмутилась Кэролайн. Разве не Саймон разбудил в ней эту охоту? – Кто был у тебя первой? Твоя нянька или всё-таки гувернантка? Что-то я запамятовала!

– Обе. – Он ехидно усмехнулся. – Что заставляет меня с удвоенным подозрением относиться к гувернанткам! – Он протянул руку и погладил её по шее. – Придётся следить за тобой в оба, когда мы поженимся, – Его длинные пальцы медленно сомкнулись на её шее. – Потому что я слишком хорошо тебя знаю, – добавил он шёпотом, прежде чем оставить её шею в покое. Потеребил рукав лазурного бархатного платья и продолжил вполне нормальным голосом, как будто не было предупреждений и смертельной угрозы: – Я купил кое-что вместо этого наряда. Надеюсь, свадебное платье тебе понравится.

36
{"b":"8156","o":1}