ЛитМир - Электронная Библиотека

— Румянец на твоих щеках, — прошептал он, проводя пальцами по ее лицу и продолжая медленно двигаться назад, — и еще твои твердые маленькие сосочки. Ты, кажется, вовсе не против…

— Чтобы меня соблазнили, — закончила она его фразу.

На его лице появилась плутовская улыбка.

— Или того, чтобы тобой овладели.

Его откровенность ударила словно молния, его сильные, страстные объятия крепко сжимали ее, и она почувствовала, как по ее телу разливается пульсирующая, жаждущая наслаждения волна.

— Сейчас, дорогая, — прошептал он, нежно раздвигая ее ноги. — Ты почувствуешь его.

Он направил свой твердый клинок в ее пламенное лоно и затем ввел его медленным движением бедер.

Когда он прижал ее плотнее к стене, чтобы было удобнее, она крепко ухватилась за его плечи и застонала, выкрикнув его имя. Прежде чем он нашел удобный ритм, она испытала оргазм.

— Я так давно этим не занималась, — прошептала она в свое оправдание, не отрываясь от его тела.

— Хорошо, просто здорово, — пробормотал он, довольный тем, что она воздерживалась от сексуального общения в его отсутствие и в качестве награды за ее хорошее поведение задвигался еще энергичнее.

Флинну приятно было услышать признание Джо. Он никогда не думал, что настолько щепетилен. Ему захотелось доставить ей как можно больше удовольствия, захотелось сделать ее такой же счастливой, каким она сделала его, сказав о своем постоянстве. И когда она была на подходе к очередному страстному, неистовому оргазму, он вынес ее на балкон, потому что она уже ничего не замечала вокруг себя, отдавшись во власть своего ненасытного желания.

Солнце припекало их тела, внизу под ними спешили куда-то толпы людей, от соседей, если они находились на балконе в это время, их скрывали удобно расположенные деревья. Наружная стена служила хорошей опорой Флинну, который продолжал доставлять удовольствие своей жене.

Почти не обращая внимания на солнце, легкий ветерок и тепло, исходящее от каменной стены, Джо ощущала постоянную пульсацию в глубине своего тела, всем своим естеством чувствуя, как Флинн упруго входит в нее. Внутри нее все горело от страсти.

С закрытыми глазами, положив голову ему на плечо и прижавшись щекой к его шее, она не разжимала своих объятий, в то время как он плавно поднимал и опускал ее тело, крепко держа ее за бедра, в унисон со своим.

Изможденные, лишившиеся сил, довольные, они легли в шезлонг.

— Извини, — тяжело дыша, сказал он, когда она легла на него. — Мои руки меня подвели.

Она молча покачала головой, не в состоянии говорить.

Флинн потянулся и достал бутылку воды из корзины, наполненной фруктами и вином, которая стояла на маленьком столике. Открыв бутылку зубами, он вылил часть воды себе на голову, а другую на спину Джо.

— М-м… Еще, — прошептала она.

— Воды или секса? — проговорил он, жадно вдыхая воздух.

— Воды. — Она с большими усилиями подняла голову. — Из-за тебя нас вышлют из Флоренции.

По всему видно, что она дразнила его.

— Поблизости никого нет, по крайней мере три верх них этажа пустые, — оповестил он с хитрой улыбкой, выливая еще одну бутылку воды на их разгоряченные тела, — тем более что завтра мы уезжаем в Фисоль.

— Звучит обнадеживающе.

— Несколько минут назад тебе было вообще все равно.

Он явно подшучивал над ней.

— Мы же не можем трезво оценивать ситуацию в состоянии сильного возбуждения.

Он рассмеялся.

— Мне бы и не хотелось, чтобы ты оценивала ее трезво в такие моменты.

Она улыбнулась шаловливой улыбкой.

— Как удачно все сложилось.

— Я самый удачливый на свете, потому что снова нашел тебя.

Его голос внезапно стал серьезным, и она погладила его по голове, желая подбодрить.

— Спасибо, что ты приехал и нашел меня. Я даже и не знаю, что бы я без тебя делала.

— Я тоже не знаю, — мягко ответил он. — Я ушел в горы, после того как ты уехала. — Он обвел взглядом окружавшие их дома. — И понял, — он сделал паузу и вздохнул, — что я не могу жить без того, чтобы не видеть тебя рядом.

— Я рада, — просто ответила она.

Но его настроение заметно изменилось. Когда он смотрел на здания минуту назад, в его взгляде был страх, словно он внезапно осознал, где находится на самом деле.

— Ты, должно быть, скучаешь по дикой природе здесь, в городе.

— Иногда.

— Тогда тебе не подходит город, — она обвела рукой окружавшую их панораму, — с толпами людей и множеством экипажей.

— В Фисоле все будет по-другому.

— Или где-нибудь еще.

— Да. — Он слегка шлепнул ее по спине. — Возможно там, где деревья и горы.

— Так значит, ты бежишь не от жизни на ранчо?

Она посмотрела ему в глаза.

— Не совсем, — проговорил он, неуверенный в том, стоит ли рассказывать ей, поймет ли она, и вообще способен ли кто-либо понять, что представляет собой его жизнь.

— Без всяких сомнений, ты бежишь от бесконечных войн.

Он кивнул.

— В отличие от твоего отца я не сражаюсь за жизнь своего рода и не пытаюсь отстаивать старые традиции или защищать племенные земли. Я беру в руки оружие, чтобы спасти самого себя и свои земли, а я не уверен в том, стоит ли все это моей жизни. Я не смог даже обезопасить тебя, когда ты была на ранчо Сан-Ривер.

«И себя тоже», — подумал он, потому что его жизни угрожала большая опасность.

— В таком случае возвращаться не имеет никакого смысла. Я счастлива везде, лишь бы ты был рядом со мной, — прошептала Джо.

— Спасибо. На солнце так хорошо, правда?

— Да, чудесно, — согласилась она, понимая, что ему не хочется больше говорить о своих делах.

— Хочешь еще воды? — Он протянул бутылку воды.

— Есть еще кое-что, чего я хочу, — нежно произнесла она.

Его улыбка стала ужасно соблазнительной.

— Дай-ка я угадаю…

Они провели весь день в огромной позолоченной кровати, затем и весь вечер, а поздно ночью, кода все желания Джо были сполна удовлетворены, она уснула на руках у Флинна.

Он не знал, сможет ли он когда-нибудь уснуть таким же безмятежным сном. Он осторожно поднялся с кровати. В голове его роились беспокойные мысли. Выйдя на балкон, он долго простоял там при лунном свете, глядя на спящий город. Он вдыхал ароматный ночной воздух, бездумно считал редкие светившиеся окна соседних домов и пытался понять, сможет ли он здесь жить. Флинн не знал. Он много чего и не знал и не понимал, находясь далеко от родного дома.

Он стал таким же ранимым странником, как и его отец. Найдет ли он когда-нибудь спокойствие в другом доме, как сделал его отец? Вернется ли он в свое р'анчо, когда достигнет спокойствия духа? Возьмет ли он снова в руки шпаги, которые спрятал? Будет ли он снова сражаться — теперь, когда у него есть жена?

Постояв на балконе еще немного, он сел на кровать, облокотившись на спинку, и долго смотрел на женщину, которую любил.

Единственное он знал наверняка — он не смог бы без нее жить. Жизнь приобретала смысл только тогда, когда она была с ним.

Через несколько часов Джо проснулась и, приоткрыв глаза, поймала на себе его взгляд.

Он улыбался:

— Спи, спи.

— Почему ты не спишь? — пробормотала она сонным голосом, придвигаясь ближе к нему.

— Я наслаждаюсь твоим присутствием рядом со мной, — легко дотронулся он рукой до ее щеки. — Я лягу чуть позже.

— Не понимаю, как ты можешь не хотеть спать, — прошептала она, засыпая.

Он улыбнулся.

Если упражняешься в течение тысячи дней — это называется самодисциплинированием; если упражняешься десять тысяч дней — это называется самосовершенствованием. Это нужно понять самому, как говорил Мусаси.

Он был самураем.

Он мог не спать и охранять свою любимую женщину.

Эпилог

Молодожены провели год в Фисоле, после чего переехали в Париж, где у них родилась девочка. «Империя» больше не существовала, инвесторы распродали ее по частям. Макфи и Флинн приобрели новые земли; в Сан-Ривере наконец-то воцарился мир; Макфи высылал Флинну отчет каждый месяц, где бы тот ни находился.

49
{"b":"8158","o":1}