ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хизер отшатнулась. Ноги не держали ее. Уинни заверяла, что заботливый любовник сделает все, чтобы ей было хорошо. Но посчитает ли Слоан, что она стоит его забот? В его нестерпимо блестящих, слегка прищуренных глазах невозможно ничего прочитать.

И когда он шагнул к ней, все существо Хизер содрогнулось от непроизвольного, первобытного, неосознанного страха.

Слоан замер на месте. Господи, этот вид обиженной девочки, ясные огромные глаза, чуть дрожащий рот. Он полночи грезил о мягкости и сладости ее губ.

Едва не выругавшись, он стиснул зубы, пытаясь не обращать внимания на ноющую тяжесть в чреслах. Он может просто овладеть ею, без тени нежности, без малейших эмоций. Без всякого признака страсти. Короткое безразличное совокупление. По обязанности, так сказать. Или сделать ее первую близость с мужчиной запомнившейся на всю жизнь.

Но похоже, выбора нет. Он не может ранить Хизер. Не желает, чтобы его боялись.

– Я не сделаю ничего такого, что могло бы повредить тебе, – сдавленно прошептал Слоан, стараясь не шевелиться, давая ей время привыкнуть к наготе их тел. В конце концов, до этого вечера она ни разу не видела голого мужчину, да еще охваченного столь безумным желанием. Именно желание пульсировало в паху, почти нестерпимая боль, и все же он упрямо пытался его подавить. Не следует торопиться. Нельзя обращаться с герцогиней Эшфорд как с салунной шлюхой. Она совсем не похожа на откровенно чувственных женщин-шайеннок, с их свободными нравами. Они готовы были лечь с мужчиной по первому зову и спаривались под открытым небом и на глазах у всех, как дикие животные.

Только когда Хизер немного успокоилась, Слоан позволил себе шевельнуться. На этот раз он молча откинул парчовое покрывало, под которым оказались кремовые атласные простыни, взял ее за руку и подвел к кровати. Хизер едва передвигала ноги, и Слоан ощущал, как дрожат ее тонкие пальцы. Но Хизер не сопротивлялась и, . когда он приподнял простыню, покорно легла в постель. Последовав ее примеру, Слоан отвязал шнур, придерживавший полог. Занавес упал, отгородив супругов от всего мира и погрузив в полумрак. Повернувшись на бок, Слоан созерцал золотисто-красные отблески, бросаемые на кожу Хизер алой парчой. Широко раскрытыми, бездонными глазами она молча настороженно наблюдала за мужем, прижимая простыню к груди.

– Надеюсь, вы не боитесь меня, герцогиня?

– Наверное… немного…

– Не нужно. Ни к чему. Вы были правы: я не из тех, кто обижает женщин.

– Разве что ненамеренно. Неосознанно-нежная улыбка коснулась его губ.

– Даю слово, что не отважусь ни на что без вашего разрешения. Ну а теперь перевернитесь на бок и постарайтесь расслабиться.

– Что?!

– Повернитесь спиной.

Хизер на секунду недоуменно уставилась на него, но тут же послушно исполнила повеление. Его руки обхватили ее, притягивая ближе, в теплую ложбину его тела. Хизер задохнулась от неожиданного ощущения, прижимаясь к мускулистой груди, ощущая жар, исходивший от него, считая гулкие удары сердца.

Он долго держал ее так, покачивая, словно малого ребенка. Но Хизер никак не могла расслабиться и вздрогнула, когда он погладил ее живот.

– Тебе больно?

– Н-нет.

Продолжая ласкать ее, он припал губами к чувствительному месту на затылке.

– А так?

– Нет.

Широкая ладонь накрыла ее грудь.

– А так?

Хизер ощутила, как набух и отвердел сосок.

– Мне не больно.

– Я рад. И стараюсь, чтобы тебе было хорошо.

Он оказался бесконечно терпелив, и Хизер наконец немного успокоилась. Слоан коснулся ее плеча, безмолвно приказывая перевернуться на спину, и девушка как во сне повиновалась без единого слова протеста. Он отобрал у нее конец простыни, и его губы отыскали ямочку между ключицами. Но когда его рот сомкнулся на тугом соске, Хизер охнула и вцепилась в его плечи.

– Хочу, чтобы ты знала, – пробормотал он, лаская языком полную грудь, – сколько наслаждения может дать тебе твое тело.

Для Хизер постепенно открывался новый мир. Невыразимые ощущения пронизывали ее, еще больше усиливающиеся от бесстыдного прикосновения его жарких, жестких, возбуждающих губ. Она и не подозревала, как чувствительны могут быть женские груди. Никогда не испытывала такой жестокой боли внизу живота.

Слоан на мгновение отстранился, обжигая ее страстным, почти исступленным взглядом. Должно быть, она ошибалась, считая его равнодушным. Просто он слишком хорошо умеет скрывать свои чувства. Но под маской безразличия пылает буйное пламя. Его примитивная чувственность сильнее самого волшебного любовного напитка. Но все же он не сделал ни одного грубого движения и по-своему бережен с ней… даже деликатен, а пальцы нашли особый, невероятно волнующий ритм. Откуда-то хлынувшее тепло разлилось по телу и отчасти растопило страх.

Под его завораживающим взглядом Хизер не дрогнула, когда широкая ладонь скользнула дальше и коснулась золотистых завитков внизу живота. По ее спине прошел колкий озноб. При виде недоумевающего лица жены Слоан улыбнулся и осторожно развел ее бедра.

– Откройся мне, милая.

И стал ласкать сомкнутые складки, пока они не повлажнели, а ее смущение не уступило место всевозрастающей иссушающей жажде. Но когда он навис над ней, Хизер снова застыла.

– Не пугайся, все хорошо, все в порядке, – едва слышно шептал он бессмысленные, ласковые слова, пока она не успокоилась. Но его плоть настойчиво пульсировала у входа в тесный грот, хотя Слоан оставался неподвижным, позволяя ей привыкнуть к давлению его орудия страсти, готовя к неминуемому вторжению.

Хизер, почти теряя сознание, таяла от прикосновения его обнаженной груди. Она страшилась неведомой угрозы, но что-то настойчиво влекло ее к этому человеку. Ее женская суть жаждала мужского обладания.

Закрыв глаза, она бесстыдно потянулась к мужу, чтобы согреться в его пламени.

Слоан молча боролся с бушующим в нем пламенем, заливавшим багряной пеленой окружающий мир. Как давно он не касался женщины!

Вынуждая себя не торопиться, он опустился на нее и начал входить в тесную расщелину. Иисусе сладчайший, до чего же она тесная и тугая!

Хизер встрепенулась и широко раскрыла полные ужаса глаза. Слоан видел, как ей больно, но неумолимо рванулся вперед, заглушив ее крик огненным поцелуем, и вонзился до конца. Несколько секунд он не шевелился, ожидая, пока боль пройдет, вытесненная утонченным наслаждением.

Хизер тяжело дышала, но постепенно пришла в себя и слегка расслабилась.

– Все в порядке? – глухо спросил он.

Хизер кивнула, удивляясь, что способна связно думать. Слоан неотрывно и нежно смотрел на нее. Хизер нерешительно подняла бедра и заметила, что он поморщился.

– Я… я не знаю, что делать, – растерянно прошептала она.

– Обхвати меня ногами.

Она молча повиновалась.

– Вот так, солнышко, а теперь попробуй двигаться вместе со мной.

И он, приподнявшись, вошел еще глубже.

Хизер, прильнув к нему, застонала. Боль ушла, оставив лишь острое наслаждение. Он уносил ее туда, где она никогда не была раньше. В сверкающие, недостижимые, пугающие высоты.

– Не сопротивляйся, – попросил он, когда она попыталась отстраниться. – Пусть это произойдет.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

16
{"b":"8163","o":1}