ЛитМир - Электронная Библиотека

В тот вечер, после ужина, цыгане собрались вокруг костра, как и в предыдущие вечера, чтобы послушать трогательные мелодии рыдающих скрипок. Блейз, как обычно, уселась подальше от него. И как обычно, Джулиан не мог оторвать от нее глаз.

Жена Миклоша, Исадора, подошла к Блейз и что-то сказала. В ответ Блейз только покачала головой. Исадора попробовала поднять ее, но Блейз спрятала руки за спину, не давая подхватить себя. Через мгновение к ним шаркающей походкой подошла Панна.

Джулиан с любопытством наблюдал за последовавшей сценой. Из-за музыки он не слышал слов, которые говорили женщины, но понял, что Блейз пытаются заставить сделать то, чего она делать не хочет.

Но вот музыка прекратилась, и Джулиан успел услышать последний отчаянный возглас девушки:

— Хорошо! — Блейз поднялась и присоединилась к танцующим вокруг костра.

Джулиан выпрямился и замер в предвкушении чего-то необыкновенного. В предыдущие вечера Блейз ни разу не принимала участия в танцах. Увиденное зачаровало его. Девушка была в ярком цыганском платье, но среди цыган смотрелась как бриллиант среди неограненных камней или ожерелий, которые так любят носить цыганки. Когда зазвучали первые звуки скрипки, Блейз подняла руки и начала медленно покачиваться.

Завораживающий танец начался в медленном чувственном ритме. Блейз избегала смотреть на Джулиана, но он не сводил с нее глаз. В золотых отблесках костра она казалась более застенчивой, чем другие исполнительницы танца, и, возможно, не столь раскованной, как настоящие цыганки, но танцевала она с не меньшим изяществом и была даже более соблазнительна.

Мелодия взмыла ввысь, танцоры убыстрили темп, и перед глазами Джулиана замелькали разноцветные юбки. Дикая красота танца подействовала на Джулиана, но Блейз заставила его забыть обо всем на свете. Жизнь и страсть, казалось, пели в ней, от быстрых движений девушка раскраснелась, капельки пота поблескивали у нее на лице. Она была похожа на женщину, с наслаждением занимающуюся любовью, — трепетную, страстную, исступленно влюбленную.

Джулиан почувствовал, как его бросает в жар, желание разгорелось в нем огромным костром. Он захотел ее с силой, граничащей с одержимостью. Хотел, чтобы она извивалась и задыхалась в любовной истоме. Хотел утонуть в сладостном тепле ее тела, забыть о прошлом, не думать о будущем. Хотел ее настолько сильно, что не мог больше ни о чем думать.

Танец заканчивался, танцоры радостно кружились под заключительные аккорды, забыв обо всем. Когда музыка смолкла, Блейз замерла, едва дыша, и вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд синих глаз. Она беспомощно посмотрела на Джулиана. В его горящих страстью глазах девушка прочитала такое сильное желание, что это испугало ее. Она непроизвольно сделала шаг назад. Очевидно, она совершила ошибку, когда по настоянию Панны согласилась принять участие в танце, чтобы доказать лорду Линдену, что она настоящая цыганка, а не случайный гость в таборе. Но ему, кажется, вообще все равно, кто она. Его горячий взгляд ласкал ее настолько ощутимо, что казалось, будто он касается ее.

Блейз невольно поежилась и сделала еще один шаг назад. Ее переполняло одно неодолимое желание — убежать, скрыться от этих глаз. Ей необходимо побыть одной, чтобы странные острые ощущения, внезапно нахлынувшие на нее, немного улеглись. Она бросилась бежать и растворилась в ночи.

Какое-то время Джулиан ошеломленно сидел, прикованный к месту. Музыка еще отдавалась у него в висках, когда он пришел в себя и отправился на поиски Блейз. Он не должен оставлять все как есть.

Джулиан отыскал ее неподалеку от лагеря на краю луга, освещенного серебристым светом луны. Она тихонько напевала что-то вполголоса, время от времени покачиваясь в такт доносящимся из лагеря звукам скрипок.

Он стоял и молча наблюдал за ней, не в первый раз задумавшись, уж не намеренно ли она сводит его с ума. Если это так, то она действует правильно. Он уже не в состоянии справиться со своим чувством. Она подвижна, как ртуть, и неуловима, как лунный свет. Он в жизни не встречал создания прелестнее.

Однако если бы он предоставил Блейз возможность оправдаться, она бы отмела все обвинения в том, что пытается завлечь его. Она не старалась поймать лорда Линдена в свои сети, наоборот, делала все, чтобы избежать этого. Она и сюда сейчас убежала, чтобы затеряться в темноте и прийти в себя, собраться с мыслями. Танец, который она только что исполнила, разбередил ей душу, пробудил в ней такие чувства, которых она еще никогда не испытывала. Чувственная, языческая музыка живым огнем продолжала струиться по ее венам, жар так и не отпустил ее. Она испытывала волнение, непостижимым образом перекликавшееся с возбуждением ночи, с обещанием страсти, которое она прочла в глазах виконта.

Когда Блейз услышала тихий шорох шагов в траве у себя за спиной, она замерла. Это мог быть только он. Никто из цыган по своей воле не уйдет от костра в ночь к феям и злым духам. Блейз невольно поежилась от страха.

— Я начал волноваться, когда вы не вернулись, — раздался совсем рядом тихий голос Джулиана.

Блейз не обернулась. Она боялась этой близости, во всяком случае, сейчас, когда все ее тело дышало неведомыми ранее ощущениями. Она каждой клеточкой чувствовала его близость и опасность, которую он представлял, знала, что не сможет устоять перед его чарами, понимала, что совершенно беззащитна. Сердце ее билось по-сумасшедшему. Она сделала робкую попытку уйти.

— Не уходите… пожалуйста.

Она застыла на месте, голос его прозвучал так нежно. С великим трудом, переводя дыхание и преодолевая спазм, сжавший ей горло, она ответила:

— Я… я уже говорила, милорд, вам нет нужды тревожиться за меня.

— Есть, есть нужда, и еще какая. — Он невесело усмехнулся. — Я уже не в состоянии справиться с этим чувством, я беспокоюсь за вас независимо от своего желания.

— Напрасно…

— Я ничего не могу с этим поделать. Я понял, у вас неприятности, и вы от кого-то скрываетесь.

— Я… я сама справлюсь с этим.

— А как же тот человек, который сегодня расспрашивал о вас?

— Цыгане меня не выдадут.

— По своей воле — нет. Но они не в состоянии дать вам защиту, какую предлагаю я вам. Я могу уберечь вас от неприятностей.

Блейз с ужасом поняла, что он придвинулся к ней. Это встревожило ее, натянуло нервы до предела, но что-либо сделать она не могла. Она застыла, как завороженная, когда почувствовала его у себя за спиной. Издалека доносились цыганские напевы под аккомпанемент скрипок и бубнов, и в такт этой дикой музыке билось сердце Блейз.

— А вы знаете, — внезапно с притворной живостью спросила она, — цыгане верят, что на лугах танцуют феи.

— Нет, — тихо ответил Джулиан, — меня сейчас вообще не интересует, во что верят цыгане. Я не допущу, чтобы вы опять сбили меня с толку и перевели разговор на другую тему.

Она ощутила жар, исходящий от него, еще за миг до того как он нежно обнял ее за талию. Блейз с шумом втянула воздух, ее раздирали необычные ощущения. Его близость, животное тепло, идущее от него, тихий властный голос — от всего этого она совершенно терялась. Блейз знала, что ей следует отойти от него, но она была не в состоянии сдвинуться с места.

— Я хочу заботиться о вас, — прошептал он ей в самое ухо. — Я хочу стать тем, к кому вы бы обращались за утешением и покровительством. Я хочу обнимать вас, любить. Назовите вашу цену, милая. Я сниму для вас дом, у вас будет экипаж, выезд — все, что хотите… Я готов на все, лишь бы вы остались со мной.

Удовольствие волной накатило на Блейз. Он притязает на нее, хочет владеть ею, стать ее любовником. Он станет великолепным любовником, в этом Блейз была уверена. Она поняла это еще тогда, когда он в первый раз поцеловал ее в гостинице.

Вспомнив тот страстный поцелуй, Блейз вздрогнула. Сладкая истома, с которой она не могла совладать, приятно разлилась по телу. Все, на что она была способна сейчас, — тихое, едва слышное «нет».

— Я хочу тебя, любовь моя, я никогда так никого не хотел… — Его завораживающий голос обволакивал ее, словно лунный свет, ласкал, как тайный поцелуй, обещающий неземные блаженства. К своему ужасу, она поняла, что больше не в состоянии противостоять предательской слабости, охватившей ее. Не в состоянии больше сопротивляться, она спиной прижалась к Джулиану, наслаждаясь теплом его тела, и ощутила бедром его напрягшуюся плоть. Она почувствовала удары его сердца, тяжелые и мощные, его горячее дыхание у себя на щеке. — …Я устал от войны, от горя. Мне нужен покой, твоя живость, твой смех, твоя близость. Мне нужна ты. — Его волшебный голос звучал у самого ее уха, его губы легко ласкали ее шею. — Ты станешь моим спасением…

24
{"b":"8164","o":1}