ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты голоден? — прошептала она, вдруг задохнувшись.

— Да, но хочу я не пищи.

Нежнейший румянец, заливший ей щеки, подсказал ему, что она испытывает такое же предвкушение наслаждения, что и он. Джулиан протянул ей флягу с вином и дал сделать лишь один глоток, только затем, чтобы слизать вино с ее губ. Блейз засмеялась грудным смехом и отодвинулась от него.

— Не будем спешить.

— Будем, любимая. — Он взял ее руку в свою и прижал к паху, чтобы она ощутила его возбуждение. — Я хочу тебя.

— Ты будешь обладать мною… в свое время. — Она улыбнулась ему обворожительной улыбкой.

Не отрывая глаз от его лица, она принялась расстегивать сюртук, жилет, потом медленно подняла кверху сорочку.

«Это тоже часть ее плана», — подумал Джулиан, наслаждаясь тем, как прохладные пальчики Блейз поглаживают его обнаженную грудь. Соблазнение. Она соблазняет его. Он не хотел портить удовольствие ни ей, ни себе. Хотел только одного — наслаждаться необыкновенным ощущением. Джулиан закрыл глаза.

Тонкими пальцами Блейз изучала его тело, свободно и с любопытством, словно котенок. Она заново открывала ощущение его кожи, сильные мускулы у него на груди, твердость его мужских сосков, плоский упругий живот.

Пальцы Блейз чуть заметно задрожали, когда она дошла до пуговиц на бриджах, выдавая тщательно скрываемое волнение. И вот уже она обнажила золотистый пушок в нижней части его живота и его увеличившуюся, окрепшую плоть. От зрелища мужского начала у нее захватило дух. Но Блейз смело спустила бриджи ниже, обнажив его бедра и шрам. С нежными словами сочувствия она наклонилась и прижалась к ране губами, словно надеялась так исцелить ее. У Джулиана вырвался хриплый, резко оборвавшийся стон удовольствия, когда Блейз крепко зажала в ладони его набухшую мужскую плоть.

Следуя своим порывам, не задумываясь, хорошо это или плохо, она ласкала ее, дразнила и возбуждала, подвергая сладостной пытке, поглаживала и сжимала длинный твердый ствол, нежно теребила пальцами мешочек под ним, пока Джулиану не показалось, что он вот-вот взорвется.

— Блейз… — Он нетерпеливо зажал ей руки, пытаясь остановить ее, предотвратить неизбежное.

Она осторожно освободилась от его рук и убрала их.

— Нет, — пробормотала она упрямо. — Ты всегда делаешь это со мной. Я хочу доставить тебе такое же наслаждение.

Она устроилась поудобнее и склонилась над ним. Губы ее прикоснулись к его твердой плоти, нежно целуя каждую ее клеточку. Джулиан лежал, не шевелясь, его тело напряглось до предела.

Осмелев, Блейз высунула язык и принялась ласкать его плоть языком. Она целовала ее и раньше, но никогда не заходила так далеко, желая доставить ему наслаждение. Когда же он шумно втянул воздух, Блейз решила пойти еще дальше, в мир запретных страстей и неведомых чувств, повинуясь только своему женскому чутью, ведомая любовью и страстью, пусть еще не очень умело.

Джулиан по-прежнему лежал неподвижно, пока она ласкала его плоть языком. Он боялся пошевелиться, только руки его непроизвольно опустились ей на голову, подсказывая, что делать. Легчайшими поцелуями, нежными движениями языка по разгоряченной шелковистой коже Блейз доставляла ему неземное блаженство. Она и сама наслаждалась ответом его тела и своей властью над ним. Действовала смело, не стыдясь, и Джулиан, искусный в усладах любви и постигший все тонкости этого занятия, отдался ей во власть.

А потом Блейз взяла головку его разгоряченной плоти в рот.

Она услышала хриплый стон, вырвавшийся у него, и едва не закричала от радости. Она почувствоваласебя всесильной в своей женственности и сначала осторожно, потом все увереннее; дразня и возбуждая, повела Джулиана по сладостному пути — от страстного желания до исступления, как много раз проделывал он с ней.

Джулиан зажмурился и застонал. Когда она мгновение спустя подняла голову, пытаясь заглянуть ему в лицо, она увидела на нем одну страсть.

— Ты засыпаешь? — спросила она чуть осевшим голосом, в котором явно слышался смех, прекрасно зная, что ему сейчас не до сна, что он возбужден настолько, насколько вообще может быть возбужден мужчина.

— Нет, моя плутовка, — почти прохрипел Джулиан. Он испытывал величайшее из наслаждений, купался в чувственной роскоши ее обожания, в этой сладостно-огненной пытке, в которую превратились ее ласки. Он ощущал ее каждым нервом, каждым мускулом, каждой своей клеточкой, чувства его обострились, подобно лезвию бритвы.

Но то, что он испытывал, было намного больше, чем просто плотское наслаждение. Ему казалось, что до встречи с Блейз, до сегодняшнего дня он вовсе не жил. Как прекрасно снова вернуться к жизни, заново ощутить ее радости!.. Врздух наполнил его легкие, сердце забилось сильнее. Желание сводило с ума. Прохладный ветерок пролетел там, где только что ее горячие губы и влажный язык ласкали его разгоряченную плоть. Томление души и опустошенность, в которых он пребывал все это время, исчезли. Он снова ощутил себя полным сил и энергии.

Его лицо исказили сладостная боль и наслаждение, когда Блейз опять склонилась над ним. Бедра его непроизвольно двинулись ей настречу, тело задрожало от возбуждения.

Однако очень скоро Блейз попалась в сети, которые сама же расставила. Она была уже не в состоянии справиться с собственными чувствами. Дыхание ее участилось, тело стало горячим, оно пылало. Скоро ее, так же как и Джулиана, начала бить лихорадочная дрожь.

Она вздрогнула от неожиданности, когда он вдруг схватил ее за плечи и повалил на спину.

Потом, не задумываясь над тем, что может испортить дорогую ткань, он торопливо поднял юбки. Блейз испытывала то же нетерпение. Она была уже готова принять его. Глаза Джулиана потемнели, его пальцы быстро нашли влажный бугорок у нее между ног и принялись ласкать его.

— Джулиан, прошу… возьми меня, — умоляла Блейз, всхлипывая от переполнявших ее чувств.

Дрожа всем телом, Джулиан со стоном прильнул к ее губам и раздвинул ей ноги. Он вошел в нее резко и глубоко, заполнив всю и до конца. Боже правый, она так нужна ему! Нужна, как воздух.

Он услышал, как она вскрикнула, но тело ее тотчас приняло его, плотно обжав его плоть. Не обращая внимания на боль в бедре, он подсунул руки под ее ягодицы, стараясь поплотнее прижать к себе.

«Сладкая моя цыганка, как глубоко я могу войти в тебя?» — подумал Джулиан.

Забыв обо всем на свете, Блейз подняла свои длинные ноги и сомкнула их у него на спине, стараясь как можно плотнее прижаться к нему. Ее частое дыхание подсказало ему, что она уже почти достигла экстаза.

Когда Джулиан ворвался в нее снова, Блейз показалось, что ее охватило пламя. Она вцепилась в него, потрясенная неведомым доселе ощущением. Тело Джулиана сотрясалось, его семя потоком хлынуло в жаркую глубину Блейз.

Ничего не видя, едва дыша, Блейз грудью почувствовала, как внезапно потяжелело тело Джулиана, но она не противилась этому. Не размыкая ног у него на спине, она обвила его руками, продолжая ощущать в себе его плоть и наслаждаясь волшебной близостью слияния.

— Я люблю тебя, — бормотала она беззвучно, — я люблю тебя.

Он был еще не готов к ее признанию, но она поняла, что ждать оставалось недолго. Блейз довольно вздохнула и уткнулась лицом ему в плечо, пряча улыбку удовлетворенной женщины. Она почувствовала, что на этот раз страсть Джулиана была иной. Сегодня он отдал ей частичку себя, пусть совсем маленькую, но теперь у Блейз появилась надежда, что настанет день, и Джулиан отдаст ей гораздо больше.

Глава 21

— Цыгане должны уйти, милорд, — настаивал священник двумя днями позже. — Они устроили нечто невообразимое, это просто возмутительно! — Он показал рукой на гнедого жеребца, который стоял в конюшне Линден-Парка. Темно-коричневые чулочки на ногах скакуна были серыми от налипшей грязи, а гнедая грива стала темно-каштановой.

— Вот именно, — поддержал его возмущенный сквайр Рэтклифф. — Мало того, что прямо с пастбища у меня увели коня, так еще и одежду с одного из моих людей сняли обманом. Это уж слишком!

72
{"b":"8164","o":1}