ЛитМир - Электронная Библиотека

– Нет, не сдерживайся, милая. Я хочу слышать каждый твой стон.

Она вынудила себя не шевелиться, когда язык снова нашел ее. Подобно темному огню он дразнил и лизал, постепенно возбуждая ее. И через несколько мгновений ее бедра уже напрягались, выгибаясь под огненной пыткой.

Постыдное наслаждение росло и копилось, пока Каро не лишилась остатков разума. Она металась словно в лихорадке. Собственное тело больше ей не принадлежало.

И когда первые судороги сотрясли ее, она попыталась отодвинуться, уйти от палящей жары, но он по-прежнему твердо удерживал ее бедра, не давая ей возможности ускользнуть. И продолжал ублажать ее, хотя ощущение неподвижности было почти парализующим.

Ее затрясло, когда язык скользнул внутрь еще глубже. Каро безумно вскрикнула.

– Да, кричи для меня, кричи громче, любимая, – хрипло попросил Макс.

Каро беспомощно повиновалась. К этому времени она извивалась, отдаваясь волнам наслаждения, столь утонченного и непереносимого, что, казалось, она вот-вот взорвется изнутри. Наконец он поцеловал ее в последний раз, впиваясь губами в нежную плоть, воспламеняя в ней огненную бурю. Потрясенная, Каро снова изогнулась, напрягаясь из последних сил, и рухнула с головой в море безумного наслаждения.

А когда немного опомнилась, поняла, что Макс лижет ее отвердевшие соски, усиливая медленно отступающее блаженство.

Не в силах пошевелиться, она лежала с закрытыми глазами, тяжело дыша, облизывая пересохшие губы. Потом он снова стал осыпать поцелуями ее раскрасневшееся лицо, и она ощущала его удовлетворение. Удовлетворение мужчины, подарившего своей женщине утонченный экстаз.

Прошло еще несколько долгих моментов, прежде чем он потянулся к мешочку у кровати. Смочив уксусом губку, он раздвинул ее бедра и просунул губку в глубины лона. И к удивлению Каро, снова лег на спину, не делая попыток поцеловать ее. Она сама не знала, почему поняла, что на этот раз он предоставляет ей свободу действий. И поэтому приподнялась и жадно оглядела его, восхищаясь игрой упругих мышц на бронзовых плечах и груди. Повинуясь неодолимому порыву коснуться его, она дала себе волю. Его кожа казалась сырым шелком, плоть была упругой и трепещущей под его ладонью.

Каро счастливо вздохнула, второй раз в жизни ощутив истинный смысл своей женской власти. Но когда попыталась погладить его, Макс перехватил ее руку.

– Знаешь, что значат для меня твои прикосновения? – хрипло спросил он.

Наверное, то же самое, что его прикосновения – для нее… словно она факел, ждущий первой искры. И Каро была уверена, что он чувствует то же самое. Она ощутила пульсирующее напряжение его тела, когда он привлек ее к себе, так что она распростерлась на нем.

Жар, ошеломляющий и первобытный, охватил их, и она почувствовала нетерпеливое подрагивание его плоти у врат своего лона.

– Макс, пожалуйста…

Второй просьбы не потребовалось. Он немедленно перевернулся, подмяв ее под себя. Она наслаждалась его тяжестью, уверенной силой его тела, заставившей ее ощущать себя хрупкой, женственной и непривычно беспомощной. И его пылкий взгляд окончательно лишил ее воли.

Не отрывая от нее глаз, он коленом развел ее бедра. Но когда ее веки опустились, тихо приказал:

– Нет. Смотри на меня. Я хочу видеть твои глаза.

Медленно раздвигая складки ее лона своей твердостью, он напряг ягодицы и стал медленно входить в нее. Когда ее дыхание пресеклось, он на миг замер, и Каро, заикаясь, стала молить его не останавливаться. Но он не послушался, и тогда она подняла бедра, безмолвно побуждая его овладеть ею. Не дожидаясь дальнейших поощрений, он стал входить глубже, пока ее жаркая влажная плоть не поглотила его. Он снова застыл, давая ее телу время привыкнуть к его проникновению. Каро тоже не шевелилась, наслаждаясь сладостным ощущением заполненности.

В его глазах сверкали огонь и нежность, и она не могла на него наглядеться.

Он снова стал двигаться, медленно, мощно. Грудь задевала ее напряженные соски, а тяжелые бедра придавливали к кровати все сильнее. Его плоть проникала до самого основания, и вскоре пламя, которое, казалось, только что потухло, стало разгораться с новой силой. Когда он вышел из нее в следующий раз, внутренние мышцы инстинктивно сжали великолепный мощный фаллос. Макс задрожал, стараясь справиться с собой, и с нежным ободрением показал ей, как двигаться, чтобы каждый выпад совпадал с ее свистящими вздохами. Они стали единым целым, выгибаясь в слаженном ритме. Скоро она уже то ли плакала, то ли просила… Он наклонил голову, и ее губы раскрылись, принимая его жаркий дерзкий язык. Каро исступленно вернула ему поцелуй, одержимая его прикосновением, запахом и вкусом. Лихорадка его обладания, настойчивость губ казались небесным блаженством.

Его губы продолжали мучительную пытку, вознося ее к неведомым ранее высотам. Тело пульсировало настойчивой потребностью, такой сильной, что Каро сходила с ума. Он заразил ее лихорадкой этой потребности. Дикой, неистовой, яростной.

И желание Макса был столь же велико. Он восторгался ее стонами, опьянялся беспомощной реакцией. Ему хотелось врезаться все сильнее и глубже, и больше он не мог сдерживаться. Куда девались нежность и неторопливость его ласк! Он брал ее, брал безжалостно, врываясь победителем в покоренную крепость, и Каро царапала его спину, отвечая на буйство насилием.

Когда она вскрикнула, он поймал губами жалобный звук, жадно целуя ее, упиваясь криками обезумевшей женщины. И содрогнулся в сладостных спазмах, рыча и задыхаясь. Последний жестокий выпад – и все было кончено. Экстаз, первобытный и ослепляющий, накрыл обоих раскаленным взрывом, сотрясшим тела.

Макс бессильно обмяк на ней, хрипло прошептав ее имя, слыша хаотическое биение ее сердца, лихорадочное эхо стука его собственного, ощущая повлажневшую от жары и ярости его обладания кожу, раскрасневшуюся от только что пережитого блаженства.

– Я совсем с ума сошла, – прошептала она.

Именно то, что чувствовал он сам, находясь в ней, – полную свободу, безумное желание брать и владеть. Других мыслей у него не было…

Наконец, найдя в себе силы отодвинуться от нее, он поцеловал ее в лоб и прижал к себе. И долго лежал молча, потрясенный только что пережитым наслаждением. Такого взрыва страсти, как этот, он не испытывал никогда в жизни. Бездумно потерялся в Каро, как ни разу не терялся ни в одной женщине.

А теперь снова жаждал того же самого. И хотя понимал, что она слишком неопытна для такого накала, его непослушная плоть уже начала восставать и пульсировать. Он хотел ее. Хотел снова. Еще яростнее прежнего.

И одновременно желал просто держать ее в объятиях. Насладиться моментом покоя, теплом ее тела, роскошными волосами, рассыпанными по его груди.

Макс крепче сжал руки, зная, что ни за что не отпустит ее после этой ночи.

– Я мечтал об этом, – повторил он неверным голосом, все еще не придя в себя после того, что сейчас произошло.

Каро прерывисто вздохнула, все еще блуждая в густом тумане наслаждения. Она тоже мечтала о Максе. Столько раз… Н о реальность оказалась куда лучше грез.

– Когда я не мог уснуть, – пробормотал он, – думал о тебе. – Он играл прядью ее волос, позволяя локону обвиваться вокруг пальцев. – В моем воображении ты гладила мне лоб, чтобы помочь уснуть.

Немного очнувшись от прекрасных видений, Каро приподнялась на локте и отвела с его лба локон смоляных волос.

– Вот так? – спросила она, нежно гладя его по лбу.

Глаза Макса закрылись, и с губ сорвался тихий блаженный звук, нечто среднее между вздохом и стоном.

– Именно…

Каро уставилась на него, сбитая с толку и немного обиженная.

– Макс! Ты действительно хочешь спать?

Макс с тихим смехом открыл глаза.

– Нет, я пытался напомнить себе о твоей неопытности.

– Я крепче, чем кажусь.

– Это точно.

Он притянул Каро к себе, обнял и, не пытаясь ласкать, просто прижал губы к ее волосам.

– Одной ночи мне мало, – объявил он наконец. – Этого совершенно недостаточно. И для тебя, думаю, тоже.

34
{"b":"8165","o":1}