ЛитМир - Электронная Библиотека

Она вздохнула почти с облегчением, когда они остановили лошадей на лугу и Джейк наконец заговорил.

— Райан — мой сын. — Это было утверждение, а не вопрос.

— Джейк, ты не понимаешь…

— Черт побери, Кэт, отвечай мне! — Джейк пригвоздил ее к месту злобно прищуренными глазами. — Скажи мне правду. Ты говорила, что твоему сыну «скоро будет три года», но ведь он старше, верно?

— Он довольно рослый для своих лет, но…

— Проклятие, значит, все это время ты лгала мне! Кэтлин содрогнулась, увидев, в какую ярость он пришел, и жалея, что не может опровергнуть обвинения. Казалось, Джейк был готов ударить ее: его челюсти сжались, пальцы в перчатках стиснули поводья. Но боль в глазах…

— Он мой сын, правда? — спросил он срывающимся голосом.

— Да, — беззвучно шевельнулись губы Кэтлин. Но Джейк услышал ее. Покачивая головой в изумлении и неверии, он медленно и неуверенно сполз с седла, чувствуя себя хрупким, как стекло, опасаясь разбиться от неосторожного движения.

Долгое время он стоял, повернувшись к Кэтлин спиной.

— А я ничего не знал, — наконец с дрожью прошептал он.

Он был отцом ребенка Кэтлин, сына, о существовании которого не подозревал. К нему он бешено ревновал Кэтлин — за то, что ребенок завладел ее любовью и преданностью. Только по чистейшей случайности он увидел Райана. Если бы тете Кэтлин не пришло в голову привезти мальчика в Колорадо, он никогда не раскрыл бы тайну, которую Кэтлин хранила от него четыре долгих, тягостных года.

Джейк крепко зажмурился, чувствуя поднимающуюся в нем волну боли и обиды. Все это время Кэт лгала ему…

Растерянный, оскорбленный и разъяренный ее обманом, Джейк круто повернулся и посмотрел на нее.

— Почему? — гневно выпалил он. — Почему ты не сказала мне? Зачем прятала от меня моего сына?

Эти слова стали для нее невыносимой пыткой. Не в силах вынести дикую боль, которая отражалась в зеленых глубинах глаз Джейка, Кэтлин потупилась.

— Я… прости, но я… — Она осеклась. Превозмогая боль, сжимающую ей горло, она заставила себя продолжать. Она должна объясниться. Заставить Джейка понять, что у нее были свои причины. — Мне очень жаль, Джейк… это правда… Я не хотела причинять тебе боль, но у меня не было выбора — я боялась за Райана. Я только хотела защитить его…

— Защитить от меня?

— Да… — Непрошеные слезы покатились по ее щекам. — Прошу тебя, постарайся понять…

— Сейчас я понимаю только одно. — Его лицо помрачнело в новом приливе ярости. — Черт побери, Кэт, ты не имела никакого права прятать его от меня! Я пропустил три года жизни моего сына! Разве это можно оправдать?

Кэтлин не могла сдержать рыданий.

— Но ты же исчез, Джейк! Я думала, ты убил моего брата!

— Вот уже несколько недель ты знаешь, что я невиновен! Что же помешало тебе открыть правду на этот раз?

— Та же самая причина — я не могу выйти за тебя замуж. — Кэтлин всхлипнула. — Я не осмелилась рисковать, Джейк. Райану не нужен отец, который раньше был преступником. А твое прошлое… Я боялась, что ты не сможешь расстаться с ним, даже если захочешь.

— Кэт, но ведь он… мой сын. Моя плоть и кровь.

Боль Джейка рвала ей душу, вызывала мучительные угрызения совести. Кэтлин понимала, какие чувства должен испытывать Джейк. Если бы у нее отняли сына, она обезумела бы от горя, она была бы способна убить всякого, кто встал бы между ней и ребенком. Джейк обвинял ее в том, что она прятала от него сына. Он считал, что она предала его, а она только пыталась защитить свое дитя. Но глаза Джейка светились такой болью, что Кэтлин невольно потянулась к нему…

Но Джейк резко отвернулся от нее. Близость Кэтлин казалась ему невыносимой. Он с отчаянием понял, что цена, которую он заплатил, оказалась гораздо выше, чем он предполагал.

— Господи, подумать только, сколько лет я потерял… — хрипло прошептал он. — Я так и не увидел, как он растет…

От горечи и ярости слезы подступали к его глазам, ему хотелось разрыдаться. Он считал адом прошедшие четыре года пустоты… безрадостного и беззаконного существования, в котором не было ничего, кроме крови и насилия. Но на самом деле ад заключался совсем в другом: все это время у него рос сын, о существовании которого он и не подозревал. Эта мысль стала для Джейка невыносимой пыткой. Он прерывисто вздохнул, и глухой стон вырвался из глубины его груди.

Кэтлин видела, как его плечи поникли, слышала сдавленный звук и понимала, что этот сильный человек с трудом держит себя в руках.

Слезы душили ее. Кэтлин видела, как страдает Джейк. Не выдержав, она спустилась с седла и бросилась к нему, робко потянувшись к руке. Джейк вздрогнул и отдернул руку.

— Будь он проклят! — выпалил Джейк, сжав кулаки. — Будь проклят этот ублюдок! Если бы он еще был жив…

Кэтлин зажмурилась, понимая, что Джейк говорит о ее отце. Он был вправе ненавидеть Адама Кингсли.

— Джейк… мне так жаль… — прошептала она еле слышно.

Он вздохнул и поднес руку к лицу.

— Твой отец знал? — наконец спросил он, и этот негромкий вопрос изумил Кэтлин.

Торопливо смахнув слезы со щек, она выпрямилась, пытаясь овладеть собой.

— Что я была беременна? Да, знал. Мне пришлось сказать ему. Через месяц после твоего исчезновения я поняла, что ношу твоего ребенка… Папа был просто в бешенстве.

— Он не бил тебя? — допытывался Джейк, впившись в нее взглядом.

— Нет… ни разу, Только отрекся от меня и отослал в Сент-Луис, к своей сестре. Тетя Уинни приняла меня… без нотаций и осуждения. Она знала правду, но я… говорила всем, что я вдова, и придумала фамилию, чтобы защитить свою репутацию и будущее неродившегося ребенка. Мой сын не должен был отвечать за мои грехи, он не заслуживал страданий. Мне было… вовсе не трудно сделать вид, что я скорблю о смерти мужа. Для меня ты был мертв. Я и не надеялась когда-нибудь вновь увидеть тебя.

Джейк развернулся к ней.

— Значит, ты никогда не была замужем? — Нет.

— И… больше никого не любила?

— Нет. Никогда и никого… кроме тебя. Сердце Джейка на миг замерло, едва он услышал признание Кэтлин. Ее глаза были переполнены болью так, что Джейк невольно шагнул к ней. Только теперь он понял, что ей пришлось пережить — одинокой, перепуганной и скорбящей. Он думал только о собственной боли, считал, что его предали, но и Кэтлин пришлось многое выстрадать.

— А этот портрет Хьюза, который я видел у тебя в спальне…

— Я нашла его в лавке в Денвере, но не знала имени этого человека. Еще до прибытия в Сент-Луис я сочинила историю о нем — чтобы дать Райану имя. Чтобы его не считали внебрачным ребенком.

Джейк стиснул челюсти. Но спустя минуту его лицо смягчилось.

— Мой сын… — благоговейно пробормотал он и, к удивлению Кэтлин, осторожно приложил ладонь к ее животу. — Как это было? Как он родился?

Кэтлин принужденно улыбнулась, вспоминая трудные роды, которые ей пришлось вынести.

— Это было мучительно и вместе с тем чудесно. Мне не верилось, что я дала жизнь этому крохотному существу. А он был… частицей тебя. — Слезы вновь затуманили ее глаза, и Кэтлин печально взглянула на Джейка.

— Жаль, что меня там не было, — прошептал он и протянул руку, чтобы смахнуть слезы со щеки Кэтлин кончиками пальцев. От этого нежного жеста у нее чуть не разорвалось сердце.

— Я хотела, чтобы ты был рядом.

— Теперь уже слишком поздно… Ты выйдешь за меня замуж, как только я найду священника.

Кэтлин похолодела, на ее лицо набежала тень.

— Джейк, я… не знаю, будет ли это решение разумным.

— О чем ты говоришь?

— Твое… прошлое — оно по-прежнему угрожает благополучию нашего сына. Насилие…

Джейк вскинул глаза так, словно Кэтлин ударила его.

— Теперь тебе не удастся прятать Райана от меня.

Ей захотелось отвернуться — но не от Джейка, а от боли, которую причинила она ему.

— Я и не хочу прятать его, но… ничто не изменилось…

— Еще как изменилось! Теперь я знаю о сыне.

— Пусть так, но я все равно должна думать прежде всего о нем, разве ты не понимаешь? В Сент-Луисе ему будет безопаснее…

54
{"b":"8167","o":1}