ЛитМир - Электронная Библиотека

— Дамиен! — взмолилась Ванесса. Он медленно лизнул ее всей шершавой поверхностью своего длинного языка, и она затряслась в экстазе, не стерпев этих сладчайших мучений. Сок брызнул из ее горячего лона ему в лицо, промежность свело судорогой. Дамиен распрямился и, не торопясь, вошел в нее.

Перед глазами у Ванессы поплыли оранжевые круги. Она дико взвыла и, выгнувшись дугой, принялась двигаться в одном темпе с ним. Дамиен вдохновенно работал торсом, издавая дикие крики и рычание. Наконец Ванессу словно бы пронзило молнией, и она затрепетала в его объятиях. Барон потерял самообладание и впал в экстаз, мощный и ослепительный. Они обнялись и вместе провалились в сладостное забытье…

Когда же они вернулись в реальность, то обнаружили, что не хотят разжимать объятия, и, прижавшись друг к другу, задремали. Отдохнув, Дамиен перекатился на спину и почувствовал что кожа на спине саднит, поцарапанная Ванессой в экстазе. Он усмехнулся, вспомнив, как пронзительно и дико она кричала. Значит, он довел ее до исступления и на этот раз, полностью удовлетворив все ее тайные вожделения. Но при этом и сам он испытал райское наслаждение.

Значит, он заблуждался, надеясь, что со временем насытится ею! Следовательно, ему не удалось избавиться от наваждения. Его страсть не угасла, а вспыхнула с удвоенной силой. План его провалился, не исполненный и наполовину. Ванесса не насыщала его, а лишь пробуждала в нем сексуальный голод, причем такой, какого он еще никогда не испытывал. Ему хотелось снова и снова овладевать ею, слипаться с ней в одно целое, превратиться в ее наваждение.

Дамиен мысленно чертыхнулся и решил, что пора вывезти Ванессу в Лондон. Чем быстрее она найдет там себе нового покровителя, тем скорее сам он обретет покой. Ему было не впервой сбывать с рук любовницу, так что он расстанется с ней без особых огорчений, как и с ее предшественницами.

Он умышленно не стал строить догадок о том, что почувствует, узнав, что Ванесса наконец-то отдалась другому.

Ведь именно к этому все и шло с самого начала их странной сделки. Он обучит ее искусству обольщения и, благословив напоследок, пожелает ей счастья с новым любовником, способным по достоинству оценить все ее добродетели.

Глава 14

Все было окончательно решено: в Лондон они отправлялись в следующий понедельник, поскольку, как сказал Ванессе Дамиен, в этот день ему требовалось лично присутствовать при завершении одной важной сделки. Ванесса же в это время получала возможность пройтись по магазинам и пополнить свой гардероб. Оливия с воодушевлением поддержала эту идею.

Как ни настаивала Ванесса на том, чтобы она тоже поехала с ними в Лондон, Оливия упорно отказывалась, утверждая, что еще не готова к утомительному путешествию за пределы родных пенатов. По секрету она призналась своей компаньонке, что ей хочется отдохнуть от назойливой опеки брата и насладиться покоем в одиночестве.

Ванессе оставалось лишь утешаться соображениями, что в конце лета ей все равно придется расстаться с Оливией. К тому же в Лондоне барон намеревался пробыть всего несколько дней, и эта непродолжительная разлука могла стать своеобразной проверкой готовности Оливии к самостоятельной жизни.

Нужно было предупредить о своем отъезде брата и попросить его воздержаться от рандеву с Оливией на недельку-другую. Но брат вот уже несколько дней как не появлялся, вероятно, опасаясь случайно встретиться с Дамиеном. Впрочем, подумала Ванесса, его исчезновение могло объясняться тем, что он наконец-то обрел душевное равновесие и перестал испытывать потребность униженно вымаливать у девушки прощение.

Брат объявился накануне отъезда Ванессы из усадьбы, когда она, уединившись после полудня в парке, читала книгу в тени развесистого вяза. К счастью, вокруг не было ни души.

— Где ты пропадал? — спросила Ванесса у брата, как только он сел рядом с ней на скамейку. — Я подумала, что ты уехал домой.

— Как могла ты предположить такое, сестра? — с укором воскликнул Обри. — Просто я не мог выкроить ни одной свободной минуты. Ведь я поступил на службу.

— Ты меня разыгрываешь? — с недоверием спросила Ванесса.

Обри вздохнул и развел руками.

— Очень жаль, что родная сестра перестала мне верить, но я, видимо, заслуживаю того своим ужасным поведением. Нет, дорогая Ванесса, я говорю вполне серьезно: теперь я служу одному богатому господину по имени Джонас Гудвайн. Он недавно купил имение Брантли-Холл, а в скором времени получит титул баронета. Я обучаю его джентльменским манерам.

Ванесса всплеснула руками: услышанное поразило ее не меньше, чем признание Обри в любви к Оливии.

— Я выступаю в роли его личного секретаря, — продолжал свой невероятный рассказ. — На деле же мои обязанности сводятся к даче мистеру Гудвайну полезных житейских советов. Ему льстит, что у него в услужении находится виконт. Что с тобой, сестричка? Почему ты вытаращила глаза? Что в этом удивительного?

— И ты еще спрашиваешь! — возмущенно воскликнула Ванесса, поборов оторопь. — Какой черт дернул тебя пойти и лакеи?

— Откровенно говоря, мне надоело бездельничать, — признался брат, сделав серьезное лицо. — Все напасти, свалившиеся на меня, возникли от праздности. Не могу же я вечно рассчитывать только на тебя, мне давно пора самому зарабатывать на жизнь. Нынешняя служба меня устраивает, за свои труды я получаю хорошее вознаграждение. Если так пойдет и дальше, то в скором времени я расплачусь со всеми своими кредиторами.

Он потупился и, понизив голос, добавил: — Я не могу себе простить, что вынудил тебя стать содержанкой барона Синклера. Я понимаю, что мне никогда не искупить свою вину перед тобой, Ванесса, но обещаю приложить все усилия, чтобы доказать тебе, что ты не зря пошла на такую жертву.

От волнения Ванесс едва не пустила слезу умиления. У нее запершило в горле. Наконец-то ее беспутный братец взялся за ум! Его намерения заслуживали похвалы. Но вот надолго ли ему хватит терпения вести добропорядочную жизнь?

— Надеюсь, что со временем у тебя все наладится, — произнесла наконец она.

— Я постараюсь добиться расположения Оливии. Усадьба Брантли-Холл находится всего в десяти милях отсюда, так что я смогу иногда навещать ее, хотя бы тайно, до тех пор, пока об этом не проведает барон или же она сама не велит мне исчезнуть с ее глаз.

— Кстати, Обри, — спохватилась Ванесса, — я чуть было не забыла предупредить тебя, что завтра мы с бароном уезжаем в Лондон.

Обри нахмурился, всерьез встревоженный этим известием.

— Не кажется ли тебе, Ванесса, что это опрометчивый шаг? В Лондоне твоя тайная связь с Дамиеном может стать явной, и тогда тебе не миновать сплетен. Что скажут люди, увидев тебя в обществе Князя Порока?

— Но я остановлюсь в своем доме! И потом, в Лондоне мы пробудем всего несколько дней, пока барон не уладит свои дела. Мне кажется, что тебе лучше пока воздержаться от встреч с Оливией, во всяком случае, до моего возвращения.

— Почему? — Обри удивленно вскинул брови.

— До сегодняшнего дня, мой дорогой братец, я не противилась вашим встречам, поскольку сама на них присутствовала, — ответила, глядя в его потемневшие карие глаза, Ванесса. — Мне казалось, что ваши тайные свидания благотворно сказываются на ее здоровье. Но я бы не хотела, чтобы ты вновь ненароком ее обидел, оставшись с ней наедине. Ты и без того причинил ей много вреда. Я не хочу рисковать.

— Значит, я не пользуюсь твоим доверием, сестра? — с искренним сожалением, граничащим с душевной болью, воскликнул Обри. — Я люблю Оливию и вырву себе сердце, если снова ее обижу.

Ванесса встревоженно и подозрительно посмотрела на брата, не на шутку озабоченная такой клятвой. Да вполне ли он здоров? Не помутился ли у него рассудок? А может быть, он действительно влюблен в Оливию? Если так, то имеет ли она право вмешиваться в их отношения? Не навредит ли она их счастью?

— А что говорит об этом Оливия? — спросил Обри.

— Мы не обсуждали это в последнее время.

45
{"b":"8169","o":1}