ЛитМир - Электронная Библиотека

— Она уже никогда сюда не вернется, — наконец сказал он. — Но все равно благодарю тебя за твою искренность.

Оливия грустно улыбнулась и отвернулась. Когда лакей выкатил из комнаты ее коляску, Дамиен лег и задумался над тем, что сестра сказала о мести. Безусловно, вкус ее не сладок, а горек, подумал он, а в случае с Ванессой судьба вообще сыграла с ним злую шутку. Он стремился отомстить за поступок ее брата, но в результате сам стал жертвой несчастной любви. Провидение проделало с ним свой излюбленный и старый как мир фокус, заманив в сети, раскинутые проказником Амуром, который не преминул поразить своей стрелой его сердце.

Поэты, воспевшие неукротимую силу любви, правы, подумал Дамиен, глядя в потолок. Любовь способна потрясти до основания даже самого отъявленного повесу и негодяя.

Сколько бессонных ночей он провел, мечтая о любви, но не осмеливаясь признаться себе в этом! И вот она пришла к нему и принесла с собой новые страдания, доселе неведомые ему, считавшему себя закоренелым циником и развратником. Томление ни на миг не покидало его чресла, мысли были заняты в основном Ванессой. Он засыпал, думая о ней, и просыпался, видя ее прекрасный образ. Она заполнила собой его сны, пленила его сердце. В ней он видел свой идеал, и только ей одной было дано унять его беспокойство и заглушить душевную боль…

Только она была способна утолить его вожделение, ради обладания Ванессой Дамиен был готов пожертвовать своей свободой. Более того, он мечтал стать ее преданным рабом. Как же ему ее вернуть? Возможно ли исправить свою ошибку и начать все сначала? Услышит ли Господь его мольбу? Поможет ли ему завоевать ее любовь?

Дамиен всем сердцем, хотел стать другим человеком, но не знал, что ему нужно для этого предпринять. Холодные и себялюбивые родители не могли служить ему примером. Лишенный их ласки и внимания в детстве, он вырос дебоширом и повесой, необузданным самовлюбленным эгоистом и распутником. В конце концов он утратил вкус к жизни, так и не найдя смысла своего существования.

Но теперь Дамиен чувствовал, что он может исправиться и стать другим человеком. Он задался целью доказать Ванессе, что нет правил без исключения и что даже закоренелые распутники могут преобразиться благодаря волшебной силе любви.

В сердце Дамиена появилась надежда, что он сможет добиться от Ванессы взаимности, сумеет воскресить в ней однажды уже вспыхнувшее подлинное чувство. Ему хотелось верить, что свершится чудо и он, который чуть было не погубил ее, обретет в ней спасение.

Глава 20

Сидя вместе со своими сестрами и матушкой в утренней гостиной, Ванесса мысленно была далека от их насущных забот, которые они обсуждали, ловко управляясь с вышиванием. В душе Ванессы поселилась пугающая пустота.

Минула неделя, с тех пор как она вернулась в родовое имение Ратерфордов, но отчаяние, охватившее ее в день отъезда из усадьбы барона Синклера, так и не покинуло ее. Письмо, которое недавно прислал ей Обри, усугубило ее мрачное настроение. Она запомнила его слово в слово и не раз восстанавливала в памяти. Вот и сейчас хорошо заученный текст вновь всплыл у нее перед мысленным взором:

«Дорогая сестра! Я уверен, что тебе не хотелось бы узнать об исходе дуэли от постороннего человека, поэтому беру эту миссию на себя. Умоляю, не волнуйся чрезмерно, но он был серьезно ранен в плечо, и врач извлек из него пулю. Лорд Синклер, к изумлению своих друзей, промахнулся, так что граф Клун не получил даже царапины в этом поединке.

Очевидно, барон должен полностью поправиться, но я могу судить только по слухам, поскольку меня не пускают в его усадьбу. К сожалению, мои личные обстоятельства не изменились, о чем тебе тоже сообщаю. Преданный тебе брат Обри».

Ванессе живо представился раненый Дамиен, лежащий в луже крови, и она вздрогнула и зажмурилась. Кошмары продолжали преследовать ее по ночам, несмотря на то что в своем втором письме брат сообщал, что барон выздоравливает даже быстрее, чем это ожидалось.

Самой Ванессе не удавалось так же быстро оправиться от своих душевных ран. Она так и не сумела залечить в своем сердце боль, причиненную любовью к Дамиену. Расставание с ним забрало все ее силы. Более решительного поступка она еще никогда не совершала.

Стоило только ей взглянуть на розу, как ей вспоминался Дамиен, а в сердце возникала боль утраты…

— Прибыла почта! — воскликнула Шарлотта, возвращая Ванессу из мира грез в жестокую реальность.

Спустя минуту в гостиную вошла горничная и, сделав реверанс, сказала:

— Вам письмо, миледи.

— Благодарю, — ответила Ванесса, покосившись на печать с оттиском герба Синклеров, и сердце ее сладко заныло. Она торопливо вскрыла письмо и, развернув его, начала разбирать каракули Оливии, что удавалось ей с большим трудом, так как ей мешали чернильные кляксы и бесчисленные восклицательные знаки. Явно пребывая в сильнейшем волнении, Оливия сообщала своей подруге следующее:

«Моя дорогая и любимая Ванесса! Знаю, что тебе будет в это трудно поверить, но Дамиен смягчился и благословил нас с твоим братом на брак! Он сказал, что желает мне счастья, и теперь я самая счастливая девушка на свете! Отныне я могу называть тебя сестрой! Надеюсь, ты понимаешь, как я возбуждена. Я с трудом держу в руке перо от волнения. Несомненно, Дамиен изменил свое мнение только благодаря твоему благотворному влиянию. Он всегда придавал большое значение всем твоим высказываниям.

Мы еще не обговаривали с Обри все детали нашей предстоящей свадьбы, как-то: где именно она состоится и где на первых порах мы будем жить, однако я полагаю, что все разрешится до наступления зимы. Следовательно, скоро мы с тобой непременно увидимся в вашем имении. Надеюсь, что твоя матушка не станет сердиться, получив титул вдовствующей виконтессы. Я буду с нетерпением ждать нашей встречи. Еще раз сердечно благодарю тебя, Ванесса, за твое участие во всей этой истории».

На глазах у Ванессы навернулись слезы радости.

— Что с тобой? — спросила, заметив их, Шарлотта. — Надеюсь, новости не слишком печальные?

Ванесса посмотрела на сестру затуманенным взглядом и, запинаясь от волнения, ответила:

— Напротив, новость радостная! Обри женится на Оливии Синклер.

— Потрясающе! — воскликнула Фанни.

— Как, мой сын женится? — переспросила их матушка Грейс. — Я впервые слышу, что он знаком с этой девицей. Почему мне не сказали, что он сватается к ней?

— Ему не хотелось волновать вас прежде времени, мама, — заверила ее Шарлотта, — и обнадеживать нас без веских на то оснований. Это будет великолепная партия! Ты должна помнить, что нам писала о мисс Синклер Ванесса в своих письмах.

Ванесса была признательна сестре за находчивость, сама она была не в состоянии поддерживать беседу. Улучив удобный момент, она под благовидным предлогом оставила своих родственников и уединилась в спальне. Но и там ее волнение ничуть не уменьшилось. Ее переполняли самые разные чувства. В первую очередь радость за Оливию, затем — любопытство. Ей с трудом верилось, что Дамиен так радикально изменился. Неужели этому действительно способствовала она? Неужели он все-таки принял близко к сердцу брошенные ею ему упреки? Неужели он всерьез воспринял ее пожелания и предостережения? Означает ли это, что Дамиен преобразился?

Нет, решила Ванесса, глупо и наивно делать далеко идущие предположения на основе одного доброго поступка. Она заставила себя успокоиться и не тешить себя неоправданной надеждой, ведь горькая истина, открывшаяся ей накануне дуэли, осталась неизменной. Как и прежде, Дамиен ее не любил. То, что он дал согласие на бракосочетание Оливии и Обри, еще не доказывало, что в нем проснулись глубокие чувства к ней.

Она правильно поступила, потому что жизнь в браке с равнодушным к ней человеком стала бы для нее адом. Лучше остаться одинокой, чем превратиться в бесправную рабыню безнравственного деспота-мужа. Придя к такому умозаключению, Ванесса едва не разрыдалась от отчаяния. Сердце ее тоскливо заныло, и она судорожно вздохнула, пытаясь восстановить свободное и ровное дыхание.

61
{"b":"8169","o":1}