ЛитМир - Электронная Библиотека

Стоял душный июньский вечер; зной был такой, что листья сохли на ветвях. Лорен бесцельно брела по плантации, не замечая дороги. До приезда Джейсона ей нечего было делать в Новом Орлеане — Кайл и Мэтью отлично управлялись с делами «Карлин лайн». Что касается ее собственного корабля, то «Мэтью Магрегор» уже давно был оснащен и отправился в свое первое под этим именем плавание.

Сердце Лорен разрывалось от тоски по Джейсону, и все-таки она была рада, что он уехал. Если бы она встретилась с ним лицом к лицу в тот день, когда впервые поняла, что носит его ребенка, она бы тут же выдала себя. И тем не менее все, что происходило в ее теле, казалось ей настоящим чудом.

Лишь когда Лорен неожиданно наткнулась на семейный склеп Бове, она поняла, что удалилась от дома на порядочное расстояние. Обычно ей удавалось держаться подальше от таких мест, где любому становится не по себе, но сейчас ей даже нравилось быть здесь.

Ей вспомнилось кладбище за домом Карлинов, где была похоронена Андреа, — однажды Джордж Барроуз, приведя Лорен на могилу, разразился причитаниями по поводу того, что на могильном камне не было ни имени, ни благословения.

На этом же кладбище похоронили мисс Фостер; Джонатан и Мэри Карлин тоже нашли здесь свой последний приют. Вспомнив, что думал Джейсон по поводу потери ею памяти, Лорен покачала головой. Она не могла быть свидетельницей смерти четы Карлин, ибо трагедия произошла до того, как она появилась в их доме. Пират Рафаэль захватил Андреа вместе с Мэри и Джонатаном, и зверское убийство родителей вместе с пережитыми ужасами повлияло на ум девочки.

Но может быть, она все же больше походила на свою бедную сводную сестру, чем думала, и Джейсон был прав, когда говорил, что в ее прошлом есть нечто, о чем она позабыла? Нечто столь ужасное, что ее разум не хочет возвращаться к этому?

Лорен всегда боялась закрытых помещений, но только после того, как она переехала в Карлин-Хаус, у нее начались ночные кошмары. Что, если была какая-то связь между ее страхом и этими странными грезами, в которых она слышала ужасающие крики и ей являлись мрачные призраки?

Ее сны всегда начинались одинаково: она стоит в темной комнате, одетая в одну ночную рубашку, и смотрит на полоску света, пробивающуюся из-за приоткрытой двери. Сделав несколько шагов, она распахивает дверь и видит смутные силуэты, очерченные светом. Пока она стоит в мерцающих бликах, парализованная ужасом, наступает мертвая тишина, которую вдруг прерывает вопль и слова, обращенные к ней, умоляющие ее бежать. Лорен подчиняется, она поворачивается и бежит во тьму, пытаясь спастись от ужаса, но крики следуют за ней вместе с призраками, их злобные лица и горестный визг вселяют в нее такой страх, что она не может сдвинуться с места. И тогда наконец она просыпается от собственного крика, а в ее ушах продолжают звучать все те же слова: «Беги! Беги!»

Закрытые темные помещения вызывали у нее такие же ощущения, а страшные образы и вопли ужаса лишали способности двигаться и что-либо соображать.

Вдруг Лорен похолодела. Стоя у склепа, она почувствовала, как что-то зашевелилось в ее памяти, будто валун у основания груды камней сдвинули с места. Тени в ее снах начали обретать форму. Лорен поняла, что в комнате были женщина и высокий мужчина. Но прежде чем она смогла кого-нибудь узнать, образы пропали.

Лорен сжала кулаки, негодуя на вспышки памяти, которые не давали ответов, но вызывали еще больше вопросов. Какую только цену не согласилась бы она заплатить, чтобы освободиться от малодушного страха, в котором прожила так долго! Может быть, Джейсон был прав? Если бы она узнала, что именно напугало ее когда-то, она смогла бы бороться со страхом? А если войти в склеп сейчас, пока над головой ярко сияет солнце и ее разум кажется таким ясным и проницательным?

Лорен сделала один нерешительный шаг в сторону двери, потом другой; ее сердце билось пугающе медленно, когда она положила руку на большое железное кольцо…

— Лорен!

Голос Джейсона раздался так неожиданно, что Лорен чуть не подскочила. Резко повернувшись, она увидела своего высокого темноволосого мужа, широкими шагами быстро преодолевавшего разделявшее их расстояние. Не дожидаясь, когда он подойдет, она подобрала юбки и побежала ему навстречу, забыв обо всем на свете от радости, что снова может обнять его.

Когда Лорен бросилась к нему с раскинутыми руками, Джейсон громко засмеялся и, подхватив, поднял ее высоко в воздух и стал кружить, пока она не взмолилась со смехом:

— Джейсон, поставь меня немедленно на землю, а то у меня уже голова идет кругом!

Он послушался, но прежде чем ноги Лорен коснулись земли, с силой прижал ее к груди, жадно целуя.

Искра, промелькнувшая между ними, была достаточно горяча, чтобы от нее разгорелся целый пожар. Когда Джейсон отодвинулся и заглянул ей в лицо, она увидела в его глазах желание, вспыхивавшее подобно лазурным языкам пламени. Лорен знала, что он ни за что не станет ждать, когда эти языки пламени превратятся в тлеющие угли.

Она была права. Джейсон, обдавая ей губы горячим дыханием, поднял ее на руки и понес к речушке, в которой она совсем недавно училась плавать. С довольным вздохом Лорен обвила его шею руками.

— Я так скучала, — прошептала она.

Джейсон прижал губы к ее волосам.

— И я не меньше, дорогая, уж поверь мне. Спасибо тебе за любезный прием — сегодня ты встречаешь меня куда сердечнее, чем в прошлый раз, когда я вернулся из Баратарии. Насколько я помню, тогда ты поручила Бове предложить мне «Карлин лайн», чтобы я оставил тебя в покое.

— А ты сказал, что хочешь и то и другое.

Джейсон с улыбкой посмотрел на ее прелестное лицо, горящее желанием.

— Теперь я хочу только тебя.

— А твоя поездка — она была удачной?

— Об этом я расскажу тебе позже.

Он легко положил конец дальнейшим разговорам, накрыв ее рот поцелуем.

К тому времени когда они достигли зарослей ивы на берегу реки, его поцелуи уже были требовательны, почти свирепы. Ло-рен была рада его нетерпению, принимая Джейсона с такой же страстностью. Она едва дождалась того момента, когда он нашел мягкий лоскут земли, заросший клевером, и уложил ее среди дикого гибискуса, синего ириса и пурпурной традесканции. А когда он лег рядом и прижался к ней всем телом, Лорен застонала, стараясь прижаться к нему еще теснее.

Пальцы Джейсона сразу же нащупали крючки ее платья, но он был слишком нетерпелив, чтобы добиться успеха. Тогда он немного отодвинулся, намереваясь приняться за дело с должным вниманием. Но теперь уже Лорен не хотела отпустить его. Она просунула пальцы в его каштановые волосы, прижимаясь губами к его губам.

Казалось, она была так же нетерпелива, как и он, и невольно развела ноги, как только он поднял ее юбки до талии. Со стоном наслаждения Джейсон увидел, что она готова принять его.

Пока руки Лорен лихорадочно бродили по его могучим плечам и спине, он расстегнул панталоны, взял ее за бедра и одним быстрым, безжалостным движением глубоко вошел в нее. Тяжело дыша, Лорен приподнялась, и ее плоть пылко отозвалась на это яростное проникновение.

Джейсон совсем перестал владеть собой, надавливая на ее тело с дикой, необузданной страстью, проникая в самые дальние ее глубины. Он даже не понимал, какие слова невольно вырываются у него, когда наконец извергся в нее.

Лорен со всем пылом отдалась иссушающему жару его любви; с каждым движением в ней увеличивалось глубокое, всеох-ватное напряжение. Оно росло, росло… И когда взорвалось, Лорен показалось, будто ее столкнули с края пропасти. Прижатая к земле, она лежала, распадаясь на миллион микроскопических частей.

И все-таки она пришла в себя раньше Джейсона, который, обмякнув, зарылся лицом в ее волосах; его дыхание все еще было тяжелым и прерывистым.

Лежа под ним, Лорен вспомнила хрипловатый крик, который издал Джейсон, прежде чем сделать последний рывок. Она улыбнулась, чувствуя, как сердце наполняется безграничной нежностью. Была ли она когда-нибудь так же счастлива? Джейсон вернулся целый и невредимый, и она снова в его ласковых, любящих объятиях, а дух их взаимной любви дал начало новой жизни глубоко внутри ее тела. Разве это не все, чего еще может желать женщина?

66
{"b":"8172","o":1}