ЛитМир - Электронная Библиотека

— Тоже теряешь голову в подобных ситуациях…? — печальным голосом предположил Рэн. — Ты очень добрая, Сильвия, и… — Внезапно его тело напряглось, и при виде выражения его глаз Сильвию вновь охватило возбуждение. — И боюсь, сейчас ты еще раз убедишься, как сильно у меня съезжает крыша. — Со слабым стоном он взял ее за руку и приложил ее ладонь к своему телу. — Смотри.

С замиранием сердца Сильвия почувствовала, как восстает его плоть под ее пальцами.

— Боже, Сильвия, Сильвия, — воскликнул Рэн, и их тела вновь слились в единое целое.

Был уже ясный день, когда Сильвия наконец проснулась. Открыв глаза, она залилась краской при виде смотрящего на нее Рэна.

— Ты давно не спишь? — спросила она, нервно вцепившись в простыню. Ее румянец стал еще гуще, когда она вспомнила события прошлой ночи.

— Давно. Мне уже твой храп начал надоедать, — непочтительно ответил Рэн.

— Храп? Я никогда не храплю, — возмутилась Сильвия, в гневе отбрасывая одеяло.

— Нет? Значит, ты сопела… — поддразнил ее Рэн.

— Я не соплю! Никогда в жизни, — продолжала спорить Сильвия.

— Да, да, конечно, — согласился Рэн. Веселье в его глазах сменилось напряженностью, когда он склонился к Сильвии и прошептал ей на ухо, коснувшись пальцами соска:

— Когда я трогаю тебя здесь, ты издаешь такой тихий горловой звук, и…

— Нет. Нет, не хочу даже слушать, — воскликнула Сильвия.

Прошлой ночью они с Рэном занимались любовью… прошлой ночью она нарушила все правила, все законы здравого смысла, которые сама же клялась соблюдать, и…

Прошлой ночью, охваченная любовью и желанием, она мечтала зачать ребенка. Сильвию бросило в дрожь. Рассудок подсказывал ей, что еще рано делать выводы, но откуда-то она знала, чувствовала, что носит под сердцем ребенка Рэна.

Ее глаза заволокло слезами, слезами любви к ребенку, который станет для нее смыслом жизни и никогда не узнает своего отца. Сильвия уже решила, что этот ребенок будет принадлежать только ей одной, Рэн никогда не узнает о его существовании.

— Ты плачешь. — Ей почудился упрек в голосе Рэна, и она торопливо смахнула слезу. — Прости за прошлую ночь, — буркнул Рэн. — Я понимаю… Трудно любить мужчину, который…

— Не любит меня в ответ, — всхлипывая, подсказала Сильвия. Раньше она считала невыносимыми его злость и презрение, но терпеть его жалость еще тяжелее. — Да, — согласилась она. — Но я уже женщина, Рэн, а не ребенок. И если я предпочитаю любить не того человека, то это мой выбор и мое право. Прошлой ночью я хотела только твоего сочувствия, — резко добавила она, вскинув голову.

— Прошлая ночь не должна была случиться, — тихо сказал Рэн, — но я…

— Не сдержался, — беспечным тоном подытожила Сильвия. — Да, ты уже говорил это. Видимо нам обоим следует… забыть…

Говоря, Сильвия отводила глаза. Она прекрасно понимала, что лжет, что у нее есть очень веская причина не забывать, но не могла поделиться этим с Рэном.

— Я… вернусь в свою комнату, чтобы одеться до прихода миссис Эллиот, — с достоинством произнесла Сильвия, и добавила, — Я хочу, чтобы ты отвернулся, Рэн, когда я буду вылезать из кровати…

Рэн взглянул на нее так, что она покраснела.

— Да, я знаю, ты уже это видел… Но это было прошлой ночью, — отрезала Сильвия. — То было тогда… а это сейчас; все изменилось…

— Да, наверное, — нехотя согласился Рэн и, к ее облегчению, отвернулся. Сильвия слезла с кровати, натянула ночнушку и, не оглядываясь, распахнула дверь спальни. Потому что, если бы она оглянулась…

Прошлая ночь была самой удивительной, самой чудесной в ее жизни, но она закончилась. Вскоре, с согласия Ллойда, Сильвия покинет Хавертон-Холл, и никто кроме нее не узнает, что, уезжая от Рэна, она увезет с собой его маленькую и очень дорогую частичку.

Десятая глава

— Простите за беспокойство, но Рэн сказал, что вы хотели кофе.

Выдавив благодарную улыбку, Сильвия взяла поднос из рук домработницы.

Она проработала в библиотеке все утро, мучительно продираясь сквозь счета и сметы. Но даже теперь, не позавтракав и зная, что пора бы уже проголодаться, единственным голодом, который чувствовала Сильвия, был голод по любви Рэна. А он ясно дал ей понять, что на его любовь можно не рассчитывать.

Полчаса спустя Сильвия спускалась по лестнице, намереваясь отправиться в Хавертон-Холл, как вдруг ее мобильник зазвонил. К удивлению Сильвии, она услышала в трубке голос Ллойда.

— Ллойд, я не ожидала, что ты сегодня позвонишь. Думала, ты будешь… занят.

— Что ж, я тоже так думал, — несчастным голосом отозвался Ллойд. — Как говорится, седина в бороду, бес в ребро. Но все равно, это было забавно и стоило потраченных денег.

По его тону Сильвия сразу поняла, что Ллойд очень быстро разочаровался в Вики.

— Я буду скучать по тебе, детка, когда уеду в Нью-Йорк, — признался он со свойственной ему теплотой.

— Я тоже буду скучать по тебе, — искренне ответила Сильвия. — Ллойд, мне надо с тобой поговорить, — шепотом добавила она. — Это… это… Я не могу здесь оставаться… Я… Я хочу вернуться в Нью-Йорк…

Прикусив нижнюю губу, Сильвия изо всех сил старалась сохранить самообладание. Ллойд очень удивится. Она не хотела вот так его ошарашить. Сильвия намеревалась подождать, подобрать нужные аргументы и только тогда поговорить с ним спокойно и сдержанно. А в результате она обрушила на него все свои чувства, поддавшись жгучему желанию избавиться от боли, причиняемой Рэном.

— Слушай, детка, похоже, ты расстроена. Что случилось? — с тревогой спросил Ллойд.

— Я не могу обсуждать это по телефону. Мне нужно увидеться с тобой… Ой, Ллойд, мне так жаль… — Сильвия сглотнула, почувствовав, что вот-вот разрыдается.

— Не надо, — мягко сказал Ллойд и добавил, — Я приеду, как только смогу, и мы все обсудим.

— Ой, Ллойд, — всхлипнула Сильвия.

Вполне в духе Ллойда бросить все дела и помчаться на помощь, — размышляла Сильвия, отключив телефон. Она знала, что Ллойд ее поймет, но все равно чувствовала себя виноватой.

Дверь кабинета была открыта, и Рэн выглянул в коридор именно в тот момент, когда Сильвия проходила мимо. Судя по взгляду, брошенному на мобильник в ее руке, он слышал ее разговор с Ллойдом.

— Ллойд возвращается, — хриплым голосом сказала Сильвия.

— Да, я понял, — равнодушно ответил Рэн, но Сильвии почудился в его голосе легкий оттенок раздражения. Она не решалась взглянуть на него. Нежные объятия Рэна прошлой ночью казались ей плодом воспаленного воображения; все ушло.

— Я… должна съездить в Хавертон, — дрожащим голосом сообщила Сильвия.

Рэн проводил ее взглядом. Ее страдания разрывали ему сердце. Прошлой ночью Сильвия обратилась к нему за сочувствием, за простым человеческим сочувствием. Она любила другого мужчину, мужчину, который променял ее на первую встречную.

Понимает ли Ллойд, что он натворил, или он искренне верит, что богатство дает ему право плевать на чувства близких ему людей? Неужели он считает пустяком ту боль, которую причинил Сильвии?

Вчера он бросил ее ради другой, а сегодня, видите ли, возвращается.

«Мне нужно увидеться с тобой», — услышал Рэн ее сбивчивый шепот и закрыл глаза при звуках предательски дрогнувшего голоса. Он все знал об этом неудержимом желании, знал задолго до того, как заключил Сильвию в свои объятия, сгорая от ярости и страсти, нарушив все обещания, которые давал себе, и обнаружил, со смесью боли, радости и стыда, что оказался ее первым любовником.

«Уэйн давно меня уговаривал найти кого-нибудь, чтобы стать женщиной», — насмешливо заявила она, и ушла от него к Уэйну, бросив ради него все — свою семью, учебу и даже, как иногда казалось Рэну, свои жизненные принципы.

Но затем она все же передумала и упросила Алекса помочь ей вернуться к нормальной жизни.

Рэн провожал ее в аэропорт вместе с Алексом и его молодой женой — внезапное решение, слабость, которую он не мог себе простить.

23
{"b":"8175","o":1}