ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она задрожала и обхватила себя руками, пытаясь согреться. Яркая луна отбрасывала в лабиринт причудливые тени. Эти зеленые стены наверняка футов десять высотой, подумала Талла, пытаясь подавить панику. Сколько же она будет бродить здесь одна?

Если это чей-то розыгрыш, то довольно жестокий. Кто ее так сильно не любит, что решил подвергнуть такому наказанию? Неужели… Талла вздрогнула, но на сей раз не от холода. Луиза! Вот почему ей показалось, что она узнала голос. Это была Луиза. Именно она заманила ее в лабиринт и бросила. Но почему? Рано или поздно кто-нибудь догадается, что она пропала. Рано или поздно… Сколько же времени понадобится на то, чтобы отыскать ее? Лабиринт вряд ли особенно привлекателен для гостей маскарада, с ужасом подумала Талла. Вряд ли кому-нибудь придет в голову искать ее здесь, а если придет, то в самую последнюю очередь… Тело ее обмякло, она вдруг ослабла.

Сол снова и снова хмуро окидывал взором танцевальную площадку. Прошло уже полчаса с тех пор, как ему удалось наконец отделаться от коллег по работе. И хотя он старательно разыскивал Таллу, ее нигде не было. Когда он спросил о ее исчезновении у Оливии, та с удивлением посмотрела на него — она считала, что Талла с ним. Коллеги Таллы в ответ на его расспросы качали головой и смотрели ему вслед, подозревая, что они с Таллой поссорились.

— Сол!

Он сердито поглядел на подбегавшую к нему Луизу и в последний миг ловко увернулся от ее объятий.

— Луиза, а ты что здесь делаешь? — с вызовом спросил он.

Девушка посмотрела на него томным взглядом, который усердно отрабатывала перед зеркалом. Большинство сокурсников давали Луизе понять, что она довольно симпатична, и назначали ей свидания, однако все они были ей безразличны.

— Ты даже не сказал, как хорошо я выгляжу, — упрекнула Луиза, проигнорировав вопрос, и чуть отступила от него, демонстрируя свой наряд. Ей нравилось, что тугой корсет приподнял и выставил напоказ ее груди, придавая им полноту. Появилась даже ложбинка, которой обычно Луиза не могла похвастаться. Однако на Сола не произвело впечатления обилие обнаженной плоти, и он даже не взглянул на декольте.

А как недавно он смотрел на Таллу! Луиза долго наблюдала за ними, надежно спрятавшись под маской и оставаясь в тени.

— Ты кого-то ищешь? — лукаво спросила она Сола и, воспользовавшись моментом, подошла и взяла его под руку.

— Да… Таллу, — отрывисто ответил он. — Ты ее не видела?

Луиза почувствовала, что он попытался отодвинуться от нее, и ее затопила ярость, уничтожая последние угрызения совести. Никакая опасность не грозит этой Талле. Кто-нибудь из работников лорда Эстли, в чьи обязанности входит проверять лабиринт, обязательно обойдет его в конце вечера, если она сама оттуда не выберется. Ночь теплая, и Талла не простудится. Надо было лишь на некоторое время вывести ее из игры. Едва скрывая торжество, Луиза пожала плечами и будничным тоном проговорила:

— Да вообще-то я…

— Где? — спросил Сол, не давая ей закончить. Глаза его горели.

— Э-э, минут двадцать назад или около того, — ответила Луиза. — Она с кем-то танцевала. Я…

— Танцевала? — На лице Сола отразилось недоумение. Он уже несколько раз обошел танцевальную площадку, пытаясь отыскать Таллу, но не заметил ее.

— Да… с высоким мужчиной в парике, — начала импровизировать Луиза. — Они над чем-то смеялись, а потом пошли к автостоянке.

— Что?! — прогремел Сол.

Чудесно. Ее план удался даже лучше, чем она предполагала. Луиза ликовала. Властным и собственническим жестом она положила ладонь на руку Сола. Потом прильнула к нему и тихо произнесла:

— Сожалею, Сол, но мне показалось, что они так увлечены друг другом…

Ободренная явным успехом своих козней, Луиза не заметила, что Сол увидел светлую атласную сумочку, которую она засунула в карман своей накидки, когда Талла обронила ее. Заманить врага в ловушку и встать между нею и Солом — это одно. Но нанести Талле материальный ущерб — это совершенно иное дело.

Луиза хотела возвратить сумочку после бала, когда Сол убедится, что Талла ему больше не нужна.

Занятая коварными мыслишками, Луиза даже не обратила внимания, как Сол протянул руку и вытащил сумочку у нее из кармана.

— Где ты ее взяла? — сурово спросил он. Луиза почувствовала, как жаркий румянец заливает ей щеки.

— Луиза, — мрачно предупредил Сол, — я знаю, что это сумочка Таллы. А теперь скажи, откуда она у тебя?

Прошло минут десять, когда он наконец вытянул из нее всю правду и оставил под присмотром Оливии. На робкий вопрос Оливии, что случилось, Сол лишь покачал головой:

— Сейчас нет времени рассказывать. Просто последи за Луизой, ладно? А что до тебя, моя девочка, — жестко предостерег он Луизу, — тебе повезло, что ты не моя дочь и у меня нет на тебя никакого права. Потому что, если бы оно у меня было… Ты утверждаешь, что ты женщина, а ведешь себя как безответственный, глупый ребенок. Именно так я тебя и воспринимаю.

Каким-то образом Луизе удалось сдержать слезы, хотя они готовы были брызнуть из глаз. Она вдруг почувствовала, что совсем не знает Сола, словно он был незнакомцем, суровым, властным человеком, который показался ей непривлекательным и нудным, как преподаватель… Как ее университетский преподаватель.

Она даже представила себе реакцию профессора Симмондса, если бы он каким-нибудь образом узнал о ее сегодняшней проделке. Разумеется, он никогда об этом не узнает. Луиза усилием воли прогнала слезы. Оливия наблюдала за ней со смешанным чувством жалости и раздражения.

— А ты знаешь, Сол прав, — мягко сказала она девушке. — Пора тебе взрослеть.

— Я и так взрослая, — вяло огрызнулась Луиза, и в этот же миг поняла, что в сердце у нее образовалась болезненная пустота — в том месте, где жила ее любовь к Солу. Ей хотелось убежать от родственников, от унизительной сцены, и больше всего — от Сола. Она поняла, что не хочет проводить остаток лета в Хэслвиче. Ни за что…

Всего десять минут потребовалось Солу, чтобы добежать до лабиринта, и он без колебаний вошел в него. Его отец и нынешний граф были ровесниками, в детстве Сол вместе с братом приезжали в этот замок с родителями, играли в лабиринте вместе с детьми графа, и Сол, с его быстрым аналитическим умом, быстро постиг запутанную схему лабиринта. Он надеялся, что запомнил все повороты, иначе придется бросить поиски и пойти в замок, чтобы взять у кого-нибудь карту лабиринта.

Талла смахнула слезы: очередная аллея вновь завершилась тупиком.

Ей было холодно, она устала и, что хуже всего, начала пугаться мерещившихся ей в темноте призраков. Не может же она погибнуть здесь от холода и голода! Кто-то ведь подстригает эти безупречно ровные зеленые стены, и, кроме того, Луиза хочет погубить их отношения с Солом, а не ее саму… Если бы Луиза знала правду…

Талла закрыла глаза. Надо немного отдохнуть, а потом она снова попытается найти выход.

Она напряглась. Ей послышалось, что кто-то — Сол? — зовет ее по имени. Она была настолько обессилена, что отозвалась лишь через несколько секунд.

— Сол… Я здесь!.. Здесь!.. — закричала она и побежала по темному зеленому проспекту, ведомая желанием, чтобы ее спасли, и не кто-нибудь, а именно Сол.

И вдруг он возник из темноты и остановился в конце туннеля.

— Сол!

Не колеблясь, Талла подбежала к нему и бросилась в его объятия.

Слава Богу, Сол здесь! Слава Богу! Она знала, что в конце концов кто-нибудь хватится и начнет искать ее. Конечно, и все же… все же… Она понимала, что в любом случае разволновалась бы, кто бы ее ни спас, но из-за того, что это сделал Сол, она не сдержала чувств. В объятиях Сола она могла позволить себе заплакать, дрожа от холода и усталости, и раствориться в его тепле, в его крепких надежных руках.

— Ох, Сол, я так рада, что это ты, — выпалила она, не в состоянии сдерживать себя. — Я так счастлива, что ты нашел меня!

— Я тоже, — услышала она его такой родной голос, хриплый, словно ему что-то мешало говорить. — Я тоже.

26
{"b":"8177","o":1}