ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты что, спятила? Ты хоть соображаешь, что несешь?

— Вполне, — бросила ему в лицо Луиза. — А почему бы и нет?

До того, как Гарет успел ее остановить, девушка, резко развернувшись, рванулась в спальню.

Из окон спальни открывался чудесный вид на деревню с красными крышами и горным пейзажем позади. Но Луизе было не до этого. С широко раскрытыми глазами она смотрела на поднявшегося вслед за ней Гарета.

— Ты уронила вот это, — сказал он хрипловатым голосом, протягивая девушке лифчик купальника.

Луиза автоматически протянула руку, но тут же остановилась, парализованная его взглядом.

— Держись подальше от Джованни, Луиза, серьезно произнес Гарет. — Он не…

— Он не… что? — снова взвилась девушка. — Мне все равно, что «он не». Мне важно только то, что он… Ведь он мужчина… разве не так? И он может… И вообще мне смертельно надоело слышать, что… я еще ребенок… я хочу стать женщиной. И я знаю как ею стать. Мне нужен лишь секс, — вызывающе заявила она. — И неважно, с кем… если я не могу быть с Саулом… если я не буду с ним, то буду с кем-то другим… все равно с кем…

— Я не верю, — решительно возразил Гарет. — Ты просто не соображаешь, что несешь…

— Прекратите меня учить! — завопила Луиза, теряя контроль над своими чувствами, негодуя на его до отвращения нежелательное присутствие. — Я знаю, что делаю…

— Нет, не знаешь, — резко оборвал Гарет. — И я тебе докажу.

Не дав девушке сообразить, в чем дело, Гарет захлопнул дверь и начал медленно приближаться к своей перепуганной студентке. Луизу охватила паника, леденящая кровь сковала ее вены, но она не намеревалась показывать ему, что испугалась, что сдалась.

— Я распрощался со своей невинностью в обществе подруги моей сестры, — услышала она холодный голос начинающего расстегивать рубашку Гарета. — Ей было двадцать, а мне семнадцать.

Луиза не могла оторвать от него взгляд, от его рубашки… рук… С замиранием сердца Луиза наблюдала, как он расстегнул рубашку и швырнул ее на пол. Так же спокойно Гарет потянулся к ремню.

В волнении Луиза облизнула свои вдруг пересохшие губы.

— Что-то не так? — насмешливо спросил Гарет. — Еще не передумала?

— Вы не можете… вы не сделаете этого. Вы просто не отдаете себе отчета… — шептала она дрожащими губами.

— Очень даже могу и сделаю. Ты же хотела лишиться девственности. И тебе все равно с кем. Я в твоем распоряжении, Луиза, и можешь быть уверена, я тебе помогу. В конце концов, я не хуже Джованни… Впрочем, тебе же все равно, правда? И прошу прощения, но твои удивительные обнаженные груди такие сексапильные. Ты знаешь, все мы, мужики, одинаковы, беззаботно продолжал он. — Едва завидев парочку таких аппетитных, дерзко обнаженных грудок, начинаем фантазировать. Примерять их под свои руки, воображая их вкус и представляя реакцию их обладательницы, когда она увидит… Что с тобой, Луиза? Я тебя смущаю? участливо спросил он, услышав слабый стон шокированной девушки. — В конце концов, не ты ли утверждала, что готова заняться этим с первым встречным? А я, как уже говорил, просто переполнен желанием… Просто переполнен… Вот, потрогай, — скомандовал он, беря ее за руку.

Оцепеневшая от благоговейного ужаса Луиза уставилась на учителя. Что он себе позволяет… как он смеет? Ведь он ее преподаватель. Преподаватель… Луиза закрыла глаза, но тут же открыла их снова, не в состоянии отделаться от его образа, каким она увидела его, когда он вылезал из бассейна своей виллы. Тогда она смотрела на него другими глазами и видела в нем не только преподавателя. Вот и сейчас ее пронзили те же ощущения.

— А вы… вы ее любили? Подругу вашей сестры? — выдавила Луиза, стараясь оторвать свой испуганный взгляд от лица Гарета. Она не смела взглянуть на его тело. А Гарет тем временем уже избавляется от остальной одежды, решила Луиза.

— Думаю, да, — равнодушно ответил он. — Но в семнадцать-то лет… А мне было лишь семнадцать. Что-то не так, Луиза… Ты уже передумала?

Странно, почему он еще в брюках? С рубашкой он справился гораздо быстрее.

Какую-то долю секунды Луиза колебалась, а не забрать ли свои слова обратно? Но гордость, ее» злейший враг, так и не позволила ей уступить. Уступить, сдаться… и кому?… Нет… Нет, ни за что. К тому же… к тому же она знала, и знала наверняка, что он блефует и никогда не посмеет… Что ж, надо подыграть, и она справится не хуже его, даже лучше.

Вновь обретя уверенность, девушка гордо вскинула голову и твердо заявила:

— Нет. Не передумала.

Луиза поджала губки и заставила себя смотреть на него, намеренно задерживая взгляд на бронзовом торсе. Быстро окинув взглядом остальные части тела, благо все еще в одежде, посмотрела ему в лицо и пренебрежительно заявила:

— Ну, до Джованни вам, конечно, далеко… хотя, впрочем, и вы сойдете.

Кажется, она задела его за живое. Гарет заиграл желваками, но Луиза твердо решила держаться до победного.

— По-хорошему, у меня есть все основания перекинуть тебя через колено и…

Широко распахнув глаза и приказав себе не краснеть, Луиза насмешливо спросила:

— О, это какая-то новая поза? Ну конечно, ведь у меня не так много опыта, как у вас…

— Ты действительно этого хочешь, Луиза? — спросил он.

Но девушка и не думала сдаваться.

— Допустим… Кстати, вы можете не волноваться, беременность мне не грозит — я на пилюлях…

Врач прописал их несколько месяцев назад, когда из-за эмоциональной травмы менструальный цикл Луизы дал сбой.

— Очень предусмотрительно, — отрезал Гарет. — Постаралась для Саула, да? А ты меня удивляешь. Я был склонен предполагать, что, намеренно спровоцировав «инцидент», подобный нашему, заставив его дать тебе и будущему ребенку свое имя, у тебя было бы больше шансов избежать самой большой трагедии в личной жизни.

Луиза побагровела.

— Да как вы смеете?! — выпалила она, импульсивно приближаясь к нему. — Я никогда не опущусь до этого!

— Луиза, — устало произнес мужчина, заключая ее лицо в свои ладони.

Что он еще задумал? Что-нибудь неприятное, и есть только один стопроцентный способ его остановить. Не раздумывая о последствиях своего поступка, гонимая лишь одним желанием — заставить его замолчать и не позволить снова сыпать соль на не зажившую еще рану, быстро сократив дистанцию, Луиза припала к нему губами и прошептала:

— Не надо лекций, профессор. Сейчас это не важно. Я хочу…

Луиза так и не закончила предложение… Из груди мужчины вырвался глубокий стон, и она оказалась в его могучих объятиях. Завладев ее губами, Гарет принялся неистово целовать девушку. О таких поцелуях Луиза знала лишь понаслышке.

Она, конечно, знала, что люди целуются, и, как могла догадываться, именно так. Когда-то она мечтала о подобном поцелуе с Саулом, поцелуе, интимности и мужской силы… Луиза доверчиво прижалась к сильному, и горячему мужскому торсу своими обнаженными грудями. Она не противилась Гарету, заключившему в ладони ее лицо и нежно ласкавшему ее губы, настойчиво овладевая ими. Фантазия и реальность. Что ж, одно дело — наблюдать за кем-то, кто оглашает воздух дикими воплями, летя на огромной скорости развлекательного аттракциона, а другое — испытать это самой.

Но никакой, даже самый высокоскоростной, восхитительный аттракцион не мог сравниться с тем, что она чувствует сейчас, подумала Луиза, уступая неизведанным ощущениям и удивительным открытиям, о существовании которых даже не подозревала.

Она не могла контролировать ответные реакции своего тела, пробужденного чувственными ласками и жаждущего новых ощущений. Ее груди и набухшие соски болезненно томились в ожидании, предвкушая обещанное наслаждение.

Луиза отважно старалась сопротивляться нахлынувшим эмоциям, отчаянно преодолевая головокружение и всплески желания. Но все напрасно, борьба между рассудком и разбушевавшимися гормонами была явно неравной. Обессилевшая от ласк девушка прибегла к единственному надежному средству. Неистово вонзив ногти в твердые мускулы предплечий Гарета, девушка повисла на его руке, ища поддержки.

12
{"b":"8180","o":1}