ЛитМир - Электронная Библиотека

Левой рукой Конан чуть вынул меч из ножен, так, чтобы стал виден полированный металл.

– Когда я был еще мальчишкой, я видел, как умер мой отец. С оружием в руках. Этим самым клинком я убил тех, кто это сделал. Есть еще вопросы? Стефано, выпучив глаза, замолк. Задыхаясь, он наконец произнес:

– Вот. Вот видишь, что он за человек. – Проскрипев табуретом, он поднялся. – Идем со мной, Ариана. Оставь его.

Ариана, демонстративно не замечая скульптора, придвинула свою чашку к киммерийцу.

– Не нальешь ли ты мне еще вина?

Стефано неуверенно посмотрел на них, сделал шаг назад и, прошипев: «Придержи язык!», торопливо скрылся, чуть не налетев на соседний стол.

– Ну что, будешь молчать? – тихо спросил Ариану Конан.

Казалось, она была погружена в созерцание вина.

– Судя по твоим рассказам, ты служишь тем, у кого есть золото. Всегда ли ты служишь тем, кто больше платит?

– Нет, не всегда, – ответил киммериец. – Порой я отказывался от золота, чтобы не выполнять несправедливых приказов. Но я люблю золото, – добавил он, вздохнув.

Ариана поднялась и запахнула плащ.

– Возможно…

Возможно, мы поговорим об этом позже. Они ждут, что я продолжу позировать.

– Ариана, – начал было Конан, но девушка перебила его.

– Стефано думал, что имеет на меня особые права, – сказала она быстро. – На самом деле нет. – И удалилась почти так же быстро, как Стефано.

Ругнувшись себе под нос, Конан закончил с вином и повернулся. Ариана как раз сбросила плащ и поднялась на стол. Через минуту их взгляды встретились. Она отвела глаза. И снова вернула взгляд. И снова. Грудь вздымалась в участившемся дыхании. На ее щеках появились красные пятна, разгоравшиеся все ярче и ярче. Неожиданно вскрикнув, она соскочила со стола, подхватила плащ, завернулась в него и убежала по лестнице. Киммериец удовлетворенно улыбнулся и налил еще вина. Похоже, дела не так плохи, как он думал.

На освободившееся место опустился Ордо.

– Слышал, что здесь говорят? – вкрадчиво спросил он. – Если бы здесь нашелся доносчик, многие головы украсили бы пики на городской стене. «За недозволенные намерения.»

Конан оглянулся. Никто не смотрел на них.

– А может, за восстание?

– Эти-то? – одноглазый сплюнул. – Да это все равно, что просто просить палача прийти и лишить их голов. Не то чтобы город не гудел от слухов и всевозможных разговоров. Но у этих шансов уцелеть не больше, чем у грудных младенцев.

– А если бы у них были деньги? Золото, чтобы нанять бойцов?

Ордо поперхнулся.

– Да откуда они его возьмут? Если бы хоть кто-нибудь из них имел богатого покровителя, он бы здесь не жил.

– Отец Арианы – лорд, – возразил Конан. – И она сказала мне, что есть и другие богачи, дающие деньги.

Осторожно подбирая слова, одноглазый спросил:

– Не хочешь ли ты сказать, что они действительно готовят восстание? Или тебе это только кажется?

– Да они – Стефано и Ариана – едва ли не открыто в этом признались.

– Начнем тогда с самого начала. Может быть, у них и есть какие-нибудь таланты, но таланта к бунту у них явно нет. Если только вчера они с тобой познакомились, а уже сегодня столько наболтали, то что они могли нарассказать другим? Помни, наши головы будут смотреться на городской стене нисколько не хуже, чем их головы.

Конан покачал своей головой. Ордо был прав – по крайней мере, в первом приближении.

– Мне здесь нравится, – только и сказал он.

– Тебе нравится эта девочка-поэтесса, – горячо упрекнул его Ордо. – Смотри, ты когда-нибудь погибнешь из-за женщины. Вспомни, что напророчил тебе тот слепец.

– Насколько я помню, ты тогда назвал его ослом, – рассмеялся Конан. – Пей, Ордо. Будем мечтать о своем собственном отряде.

– Пока я что-то не вижу золота, – кисло отозвался тот.

– Я найду золото, – сказал Конан, вложив в свои слова значительно больше убежденности, чем было у него на самом деле. Он понятия не имел, где взять столько денег. Но заранее составленные планы еще никому не мешали. Выигрыш нескольких дней может значить многое.

– Я найду деньги. Ты говорил, что мы могли бы…

Эээ…

Позаимствовать оружие на складах твоих контрабандистов. Оно в приемлемом состоянии? Видал я контрабандные кольчуги, настолько ржавые, что они рассыпались при первом дожде, и мечи, ломавшиеся от одного удара.

– Не беспокойся. Все отличного качества. Все, что душе угодно… Любой тип клинка там без труда можно обнаружить. Вендийские тульвары, иранистанские шаликиры, десятки разнообразных мачеров из коринфийских городов-государств. Штук пятьдесят того, сотню этого. Достаточно, чтобы вооружить пять-десять тысяч человек.

– Так много? – недоверчиво спросил Конан. – Почему же они держат так много мечей на складах? Зачем столь большое разнообразие? Мечи должны использоваться.

– Не спрашивай. Мне платят золотом, и я вожу, что меня попросят. Мне плевать, что они с ними потом делают, пусть хоть землю ими копают, лишь бы мне платили.

Ордо опрокинул кувшин над своей чашкой. Пара капель скатилась по стенке.

– Вина! – крикнул он, перекрыв шум. Воцарилась тишина.

Все посмотрели на них. Стройная девушка в таком же простом платье, как у Арианы, нерешительно подошла к ним и поставила на стол кувшин. Ордо покопался в поясе и брякнул о стол серебром.

– За вино. Остаток возьми себе, малышка.

Девушка недоуменно посмотрела на монету, весело рассмеялась и присела в насмешливом книксене. Вокруг медленно возобновилось говорение. Музыканты набрали громкость, и поэт продолжил свой разговор со стеной.

– Очаровашки, – заметил Ордо, наполняя чашу. – Но одеты, как храмовые девственницы.

Конан с трудом сдержал улыбку. Похоже, одноглазый вчера крепко выпил. Ну ничего, скоро он узнает, что за вино здесь не платят. А пока пусть жертвует за двоих.

– Подумай, Ордо. Столь странная коллекция оружия как раз то, что могли собрать эти художники.

– Ты снова о том же, – проворчал собеседник. – Во-первых, кто бы ни заправлял нашим делом, он вряд ли жаждет сбросить Гариана с трона. Эти дурацкие пошлины, может быть, и плохи – для бедных – но благодаря им мы имеем очень неплохую прибыль. Во-вторых… – лицо его помрачнело, белый шрам задергался. – Во-вторых, мы уже участвовали в одном восстании. Или ты забыл ту скачку к вендийской границе? Едва ушли от погони.

– Я все помню, – ответил Конан. – Но я пока и не предлагаю принять участие в восстании.

– Ничего не сказал, но много чего подумал, – пробурчал Ордо. – Ты романтический идиот, Конан. Ты всегда им был и, наверное, таким и останешься. Клянусь камнями Ханумана, тебе больше не удастся втянуть меня в заварушку. Лучше думай, как достать золото для нашего отряда.

– Я все время думаю о золоте, – ответил Конан. – Возможно, я уделяю ему слишком много внимания.

Ордо разочарованно вздохнул. Но от необходимости говорить что-либо Конан был избавлен появлением той самой девушки, что приносила им вино. Склонив голову набок, она одарила его таким взглядом – полу-вызов, полу-нерешительность – что Конану вдруг стало жарко.

– Как звать тебя, девочка? – спросил Ордо. – А ты вообще ничего себе. Сними эту хламиду, одень шелка – и тебя в любой таверне примут с распростертыми объятиями.

Тряхнув пышной гривой волос, девушка рассмеялась.

– Благодарю, добрый господин. Спасибо и за ваш щедрый вклад.

Ордо нахмурился, не понимая ее.

– Я – Керин, – продолжила она, не сводя взгляда с больших карих глаз киммерийца. – Если судить по ширине плеч, ты, должно быть, тот самый Конан, от котором мне рассказывала Ариана. Я пока работаю только с глиной, но надеюсь, что когда-нибудь мои работы будут отлиты и в бронзе. Не согласишься ли ты позировать для меня? У меня нет денег, чтобы заплатить тебе, но, может быть… – Полуоткрытый рот, взгляд ее глаз не оставляли сомнений в том, какого рода сделку она предлагает мускулистому варвару. Конан перестал ее слушать сразу после того, как она упомянула о позировании. Он вдруг представил себе Ариану, стоящую на столе. Он ощутил, как загорелось его лицо. Не могла же она… Она же не могла и в самом деле хотеть…

11
{"b":"8187","o":1}