ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мельница. Авторизованная биография группы
О чём молчит лёд? О жизни и карьере великого тренера
Дикие пекари. Как испечь хлеб на закваске с нуля у себя дома
Стратегия воздействия
Иным путем. Вихри враждебные. Жаркая осень 1904 года
Как вырастить экопродукты. Все о здоровом питании от рождения до 100 лет
Таинственный язык мёда
Триггер
Доктор Сердце. Советы кардиолога, которые помогут сохранить здоровье

– Люди напуганы, Мать. Они не желают покидать дома без особой надобности и даже в случае необходимости делают это крайне неохотно. Они утверждают, что видели, как по улицам разгуливают мертвые.

– Это так? – тихо поинтересовалась Элайда. Кровь застыла в жилах. – Есть сестры, которые видели то же самое?

– Из Красной Айя, насколько я знаю, нет. – Остальные будут беседовать с ней как с Хранительницей, не станут откровенничать и делиться секретами. Как же, о Свет, это исправить? – Но люди на улицах заявляют об этом с уверенностью. Они видели то, что видели.

Элайда медленно отложила страницу в сторону. Очень хотелось поежиться. Вот как. Она прочитала все, что имело хоть малейшее отношение к Последней Битве, даже те исследования и Пророчества, которые были настолько древними, что никто не удосужился перевести их с Древнего Наречия, – покрытые пылью, они хранились в самых дальних углах библиотеки. Юный Ал’Тор был предвестником, но теперь, видимо, Тармон Гай’дон куда ближе, чем все могли предположить. Некоторые из тех древних Пророчеств, сделанных еще на заре существования Башни, гласили, что появление мертвых на улице – первый знак истончения Реальности, Темный набирает силу. Дальше будет только хуже.

– Пусть Гвардейцы, если понадобится, силой вытащат всех способных работать из домов, – спокойно проговорила она. – Я хочу, чтобы улицы были расчищены. И начало этому должно быть положено уже сегодня. Сегодня!

Светлые брови собеседницы удивленно изогнулись, – ледяное самообладание Тарны дало трещину! – но, конечно же, она ответила лишь:

– Как прикажете, Мать.

Элайда внешне осталась спокойной, но только внешне. То, что должно случиться, – случится. А она все еще не добралась до мальчишки Ал’Тора. Причем однажды он был почти у нее в руках! Если бы она тогда знала. Эта проклятая Алвиарин и ее треклятое провозглашение, что все, кто попытается приблизиться к нему, будут подвергнуты анафеме. Элайда отменила бы это провозглашение, но это стало бы свидетельством ее слабости, тем более что многое из того, что уже произошло, не так-то просто исправить. И все же скоро в ее распоряжении окажется Илэйн, а Королевский Дом Андора – ключ к победе в Тармон Гай’дон. Это она предсказала много лет назад. А вот читать новости о том, что по Тарабону пронеслась волна восстаний против Шончан, было весьма радостно. Значит, вокруг не только заросли терновника, который так и норовит уколоть ее побольнее.

Проглядывая следующий доклад, она поморщилась. Сложно найти того, кому нравится канализация, но это одна из жизненно важных артерий города. Остальные две – товарообмен и водопровод. Без канализации Тар Валон станет добычей для заразы, которая дотянет свои щупальца до всего, что станут делать сестры, не говоря уже о том, что вонять будет почище, чем сейчас на улицах, и так заваленных гниющим мусором. Торговля и без того приостановлена, однако вода подается с верхней части реки в водонапорные башни и распределяется по городским фонтанам, среди них встречаются и простые, и изысканной отделки, которые доступны всем. Но вот теперь, судя по всему, в нижней части реки засорились канализационные стоки. Обмакнув перо в чернильницу, Престол Амерлин написала поперек страницы: Я требую, чтобы все было очищено к завтрашнему дню, – и поставила под этим свою подпись. Если у клерков есть голова на плечах, то рабочие уже должны быть в пути. Однако, как показывает опыт, клеркам часто недостает этого важного органа.

Следующий листок заставил изумленно поднять брови уже Элайду:

– Крысы в Башне?

Вот это уже серьезно! Это должно было лежать на самом верху!

– Отправь кого-нибудь проверить Охранные Плетения, Тарна!

Эти плетения были созданы еще во времена основания Башни, но за тысячелетия они могли потерять силу. Сколько из этих крыс – шпионы Темного?

В дверь постучали. Через мгновение в кабинет вошла пухленькая Принятая по имени Анемара, которая тотчас раскинула свои полосатые юбки в реверансе:

– Если вам будет угодно, Мать, Фелана Седай и Нигайн Седай привели к вам женщину, которую они обнаружили разгуливающей по Башне. Они говорят, что она хочет обратиться с прошением к Престолу Амерлин.

– Скажи, пусть она подождет. Налей ей чаю, Анемара, – резко ответила Тарна. – Мать сейчас занята…

– Нет-нет, – перебила ее Элайда. – Пусть войдут, дитя мое. Пусть войдут.

Уже давно никто не обращался к ней с прошением. Она вознамерилась удовлетворить его во что бы то ни стало. Если это не чепуха какая-нибудь, конечно. Возможно, тогда поток просителей возобновится. И уже давно даже сестры не приходили к ней без приглашения. И быть может, две Коричневые тоже положат конец этому.

Но в комнату вошла лишь одна женщина и аккуратно закрыла за собой дверь. Если судить по ее шелковому платью для верховой езды и добротному плащу, то перед ними знатная дама или преуспевающая купчиха, о чем говорит ее манера уверенно держаться. Элайда была убеждена, что никогда раньше не видела эту даму, но что-то было знакомое в этих чертах, в этом лице, обрамленном белокурыми – даже светлее, чем у Тарны, – волосами.

Элайда встала и вышла из-за стола, протянув руки навстречу посетительнице. На лице Айз Седай светилась непривычная улыбка. Все это вместе должно было выглядеть очень гостеприимно.

– Насколько я знаю, у тебя есть ко мне прошение, дочь моя. Тарна, налей ей чаю.

Серебряный чайник, стоявший на серебряном подносе на столике сбоку, еще не должен был остыть.

– Прошение было только прикрытием, которое я выдумала для них, чтобы пробраться к вам живой, Мать, – произнесла женщина с тарабонским акцентом. Она присела в реверансе, а ее лицо вдруг стало лицом Беонин Маринайе.

Обняв саидар, Тарна сплела вокруг непрошеной гостьи щит, а Элайда ограничилась тем, что уперла руки в бока.

– Сказать, что я удивлена тем, что ты осмелилась показать мне лицо, было бы преуменьшением, Беонин.

– Мне удалось стать частью того, что вы называете управляющим советом Салидара, – спокойно ответила Серая. – Выяснив, что они просто заседают и ничего не предпринимают, я распустила слух, что среди них много ваших тайных приспешников. Сестры стали посматривать друг на друга с подозрением. Я полагала, что уже многие готовы вернуться в Башню, но тут появились новые Восседающие, помимо тех, что из Голубой Айя. Позже я выяснила, что они избрали собственный Совет Башни, и управляющий совет был расформирован. И все же я продолжала делать, что могла. Я знаю, вы приказывали мне оставаться с ними до тех пор, пока они все не будут готовы вернуться, но это должно случиться уже в ближайшие дни. Если мне будет позволено высказать свое мнение, Мать, не испытывать Эгвейн – замечательная мысль. С одной стороны, у нее талант открывать новые плетения, в этом она сильнее и Илэйн Траканд, и Найнив ал’Мира. С другой стороны, до ее появления Лилейн и Романда боролись за право называться Амерлин. А раз Эгвейн жива, они могут продолжать свой спор, в котором, конечно же, никто не сможет победить, верно? А в остальном, мне кажется, что и остальные сестры вскоре последуют моему примеру. Через неделю-две Лилейн и Романда окажутся одни, окруженные остатками так называемого Совета.

– А откуда ты знаешь, что девчонку ал’Вир не пытали? – поинтересовалась Элайда. – И откуда ты знаешь, что она вообще жива? Сними с нее щит, Тарна!

Тарна подчинилась, и Беонин поблагодарила ее кивком. Очень сдержанным, правда. Огромные серо-голубые глаза придавали лицу Беонин немного наивное выражение, но это не мешало ей быть невозмутимой особой. Эта невозмутимость, самозабвенное служение закону и амбиции, которых у нее было немало, – все это заставило Элайду отправить за покинувшими Башню сестрами именно ее. А она все провалила! Да, она посеяла среди мятежниц мелкие разногласия, но не сделала ровным счетом ничего из того, что ожидала от нее Элайда. Ничего! Что ж, придется ей пожинать плоды своего поражения.

– Ах да, Эгвейн, значит. Она может войти в Тел’аран’риод просто погрузившись в сон, Мать. Я тоже там была и видела ее, но мне было не обойтись без тер’ангриала. Мне не удалось добыть ни одного из тех, что есть у мятежниц. В любом случае она разговаривала с Суан Санчей во сне, так это было заявлено. Но, скорее всего, все происходило в Мире Сновидений. Эгвейн утверждает, что она в плену, но не говорит где и запрещает предпринимать попытки ее спасти. Можно я налью себе чаю?

42
{"b":"8191","o":1}