ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Прекрати! – кричал во всю мочь салдэйец. Кровь, струившаяся из раны на голове, заливала ему лицо. – Прекрати сейчас же! Ты убиваешь своих!

Ранд обернулся, и одного взгляда хватило, чтобы понять ошеломляющую, страшную правду. Молнии били во все стороны, без разбора. Одна, прямо на его глазах, угодила в склон, где стояли люди Денхарада: оттуда донеслись истошные крики и конское ржание. Айлил и Анайелла спешились и пытались удержать в поводу испуганно вырывавшихся лошадей. Флинн склонился над кем-то, лежавшим рядом с убитым конем.

Ранд отпустил саидин. Несколько мгновений Сила еще струилась в нем, потом поток истончился и сошел на нет. Голова закружилась, на миг его взору предстали два Калландора. Ударила последняя молния, и все стихло, не считая шума дождя и доносившихся со склона криков.

Башир слез с него, и Ранд без посторонней помощи поднялся на дрожащие ноги. Зрение восстановилось. Салдэйец посматривал на Ранда как на бешеного льва, поглаживая пальцами рукоять меча, а Анайелла, увидев вставшего с земли «милорда Дракона», тут же лишилась чувств. Ее лошадь ускакала прочь. Айлил все еще удерживала свою, искоса поглядывая на Ранда. Калландор валялся на земле: Ранд не был уверен, что осмелится поднять клинок. Во всяком случае, сейчас.

Флинн выпрямился, молча покачивая головой. Пошатываясь, Ранд подошел к нему и встал над телом лежавшего навзничь Джонана Эдли: невидящие, вытаращенные словно в ужасе глаза уставились в небо, откуда лился дождь, в равномерно-равнодушном шуме которого слышались стоны раненых.

Скольких же еще я сгубил, гадал Ранд. Скольких Спутников? Защитников? Скольких еще?..

Плотная завеса дождя полностью скрыла холмы, на которых находилась армия Шончан. Удалось ли ему поразить их всех, нанося удары вслепую? Или же они остались там, целые и невредимые, со своими дамани! Дожидались, когда он перебьет собственных сподвижников...

– Установи охранение, какое сочтешь нужным, – приказал Ранд Баширу голосом, в котором звучала сталь. Ибо ему надлежало иметь стальное сердце. – Как только прибудут Грегорин и все прочие, мы Переместимся туда, где оставили обоз. Без промедления.

Башир молча кивнул и исчез за пеленой дождя.

Меня постигла неудача, отрешенно думал Ранд. Я Возрожденный Дракон, но меня впервые постигла неудача.

Я никогда не терпел поражений! – внезапно взъярился в его голове Льюс Тэрин. Никто не в силах победить меня! Я – Повелитель Утра! Никто меня не победит!

Ранд даже не пытался его унять. Усевшись под дождем на землю, он вертел в руках Корону Мечей и смотрел на валявшийся в грязи Калландор.

* * *

Абалдар Йулан плакал, радуясь, что идущий дождь скрывает слезы на его щеках. Кто-то должен был отдать приказ. Кому-то потом придется приносить извинения Императрице, да живет она вечно, а еще раньше, наверное, придется извиняться перед Сюрот. Но причиной слез было не это. И даже не то, что он стоял над телом погибшего друга. Оторвав рукав, Йулан прикрыл лицо Мираджа, чтобы в глаза не попала вода, и бросил стоявшим рядом:

– Разошлите приказ отступать.

Многие вздрогнули. Уже во второй раз Непобедимая Армия потерпела на этих берегах сокрушительное поражение. И Йулан подозревал, что плачет не он один.

Глава 25

Нежеланное возвращение

Сидя за золоченым письменным столом, Элайда рассеянно вертела в руке потемневшую от времени костяную фигурку – изображение диковинной птицы с клювом длиной с туловище – и, слегка забавляясь, слушала стоявших перед ней женщин. Шесть Восседающих от шести Айя хмуро поглядывали одна на другую, переступали бархатными туфельками по расцвеченному яркими узорами ковру, теребили расшитые шали так, что подрагивала бахрома, и более всего походили на гурьбу сварливых служанок, которые и рады бы оттягать друг дружку за волосы, но не решаются поступить так на глазах у хозяйки. Фасетчатые оконные стекла заиндевели, почти скрыв от взора густо валивший снег, однако порой снаружи доносилось завывание леденящего ветра. Но Элайда холода не чувствовала, и не только благодаря горевшим в беломраморном камине толстым поленьям. Душу согревало другое: знали эти женщины или нет – ну, Духара, конечно, знала, да, наверное, и другие – она действительно являлась их хозяйкой. Размеренно тикали искусно сработанные золотые часы, изготовленные по заказу Семейле. Мечта Семейле непременно воплотится в жизнь: Башня восстановит былое величие. Разумеется, под властью прозорливой и мудрой Элайды до Аврини а’Ройхан.

– Все эти толки о тер’ангриалах, якобы способных «контролировать» женщин, умеющих направлять Силу, – не более чем пустые слухи, – говорила Велина холодным и резким, но по-девичьи высоким, а потому не вязавшимся с ее орлиным носом и острым взглядом голосом. Восседающая от Белых являла собой истинный образец Белой сестры во всем, за исключением свирепой внешности. Даже ее простое, снежно-белое платье, казалось, источало холод. – Предметов схожего назначения было найдено очень немного, считанные единицы. Рассуждая логически, можно прийти к выводу – даже найди кто-то один или, что уж вовсе невероятно, несколько таких тер’ангриалов, это дало бы возможность «обуздать» не более двух-трех женщин. Следовательно, рассказы о так называемых Шончан полны нелепых преувеличений. Если женщины «на поводках» и существуют, то они не могут направлять. Вне всякого сомнения. Не спорю, эти люди и впрямь захватили Эбу Дар, Амадор, а возможно, и другие земли, но совершенно очевидно: они действуют по указке Ранда ал’Тора, который, видимо, хочет нагнать страху на все народы, чтобы собрать побольше приверженцев. Точно так же он использует этого Пророка. Простая логика, и ничего больше.

– Приятно слышать, Велина, что ты по крайней мере не отрицаешь захвата Амадора и Эбу Дар, – язвительно заметила Шеван. Костлявая Коричневая Восседающая не уступала ростом большинству мужчин, и даже густая шапка курчавых волос не могла придать миловидности ее резко очерченному лицу с острым подбородком. Она говорила, то поправляя шаль, то разглаживая шелковую юбку цвета темного золота, и в голосе женщины звучала нескрываемая насмешка. – Я бы не взяла на себя смелость судить, что может быть, а чего не может. Например, не так давно решительно все «знали» – помешать женщине направлять может только щит, свитый сестрой. Но вот выясняется, что существует простенькая травка, вилочник, попив чайку из которой, любая из нас не сможет направлять несколько часов. Открытие полезное, пока дело касается неуправляемых дичков и им подобных, но, как мне думается, не слишком порадовавшее тех, которые полагали, будто им все известно. А? Так почему же не допустить, что кто-то заново научился изготовлять тер’ангриалы!

Элайда поджала губы. У ее не было ни малейшего желания «допускать» недопустимое. Коли уж за три тысячи лет ни одна сестра в Башне не раскрыла секрет изготовления тер’ангриалов, то обсуждать такую возможность попросту глупо. А неуместное упоминание о корне вилочника вызывало только досаду. Несмотря на все ее старания, секрет опасной травы каким-то образом становился известным каждой послушнице, едва прибывшей в Башню. Хотя это знание и вправду никого не радовало. Какой сестре приятно сознавать, что она может оказаться беззащитной перед кем угодно, у кого найдется чуток травки да кипяток для заварки? Многие – это было видно по Восседающим – считали корень вилочника чуть ли не худшим из ядов.

Стоило помянуть проклятую траву, и в огромных, темных глазах Духары появилось тревожное выражение: она напряглась, вцепившись в темную, самого темного из мыслимых оттенков красного цвета, юбку. Седоре сглотнула и сжала пальцами только что врученную ей Элайдой тисненую кожаную папку, хотя обычно круглолицая Желтая держалась с холодным изяществом. А Андайя поежилась! Поежилась и судорожно затянула окаймленную серой бахромой шаль.

128
{"b":"8195","o":1}