ЛитМир - Электронная Библиотека

– Дочь моя, никому не хочется видеть тебя и Агельмара выставленными перед народом как Приспешников Темного. Я помогу тебе, но ты тоже должна помочь.

– П-помочь вам? – Амалиса поднесла руки к вискам; она выглядела сбитой с толку. – Пожалуйста, Лиандрин Седай, я не... понимаю. Все так... Это все...

Умение Лиандрин не отличалось совершенством – Лиандрин никогда не удавалось заставить других сделать то, чего она хочет, – хотя и пыталась; о, как она старалась добиться этого! Но она могла заставить захотеть верить ей, захотеть стать убежденными в ее правоте более всего прочего.

– Повинуйся, дочь моя. Повинуйся и правдиво отвечай на мои вопросы, и я обещаю: никто не заикнется ни о тебе, ни об Агельмаре как о Друзьях Темного. Вас не проволокут нагими по улицам, чтобы после кнутами выгнать из города, если народ раньше не разорвет вас на части. Я не позволю этому случиться. Тебе понятно?

– Да, Лиандрин Седай, да. Я сделаю как вы скажете и честно отвечу вам.

Лиандрин выпрямилась, глядя на шайнарку сверху вниз. Леди Амалиса продолжала стоять на коленях, с лицом искренним и по-детски открытым, как у ребенка, ожидающего от более сильного и мудрого утешения и помощи. Лиандрин видела во всем этом некую справедливость. Она никогда не понимала, почему Айз Седай достаточно приветствовать простым поклоном или реверансом, когда мужчины и женщины преклоняют колени перед королями и королевами. Какая королева обладает силой вроде моей? Губы Лиандрин гневно искривились, и Амалиса вся затрепетала.

– Успокойся, дочь моя, не тревожься. Я пришла не наказывать, а помочь тебе. Будут наказаны лишь те, кто заслуживает того. Правду, одну лишь правду говори мне.

– Лишь правду, Лиандрин Седай. Только правду, клянусь в этом моим Родом и честью.

– Морейн явилась в Фал Дара вместе с Приспешником Тьмы.

Амалиса была чересчур испугана, чтобы выказать удивление.

– О нет, Лиандрин Седай. Нет. Тот человек пришел позже. Теперь он в подземелье.

– Позже, говоришь? Но ведь верно, что она часто разговаривает с ним? Она часто бывает с этим Другом Темного? Наедине?

– И-иногда, Лиандрин Седай. Только иногда. Она хочет выяснить, почему он пришел сюда. Морейн Седай... – Лиандрин резко подняла руку, и Амалиса осеклась, проглотив слова, что собиралась произнести.

– Морейн сопровождали трое молодых мужчин. Это я знаю. Где они? Я была в их комнатах, и их не нашли.

– Я... я не знаю, Лиандрин Седай. С виду они славные ребята. Не думаете же вы, что они – Приспешники Тьмы?

– Не Приспешники Тьмы, нет. Хуже. Куда опаснее Друзей Темного, дочь моя. От них грозит опасность всему миру. Их нужно отыскать. Ты отдашь слугам распоряжение обшарить крепость, этим же пусть займутся твои дамы и ты сама. Осмотреть надо все закоулки и щелочки. За исполнением проследишь сама. Сама! И никому и словом не обмолвишься, кроме тех, кого назову я. Больше знать не должен никто. Никто. Этих молодых мужчин нужно будет тайно вывезти из Фал Дара и доставить в Тар Валон. В совершеннейшей тайне.

– Как прикажете, Лиандрин Седай. Но мне непонятна такая скрытность. Здесь никто не станет чинить препятствия Айз Седай.

– А о Черных Айя ты слышала?

Глаза Амалисы распахнулись, она отшатнулась от Лиандрин, подняв руки, словно защищаясь от удара.

– М-мерзкий слух, Лиандрин Седай! М-мерзкий и гнусный. Н-нет Айз Седай, которые с-служат Темному. Я этому не верю. Вы должны мне верить! Светом клянусь, я не верю этому! Своей честью и своим Родом клянусь...

Лиандрин невозмутимо молчала, наблюдая за тем, как в тишине, воцарившейся вслед за последними словами, шайнарку покидает еще остававшаяся сила духа. Было известно, что Айз Седай очень сердятся, впадают в крайний гнев на тех, кто хотя бы упомянет о Черных Айя, – но гораздо в меньшей степени, чем гневаются на тех, кто говорит, что верит в их неподтвержденное существование. После такого вопроса Амалиса, с волей, уже смятой тем маленьким детским трюком, станет глиной в руках Лиандрин. Еще только один удар.

– Черные Айя, дитя мое, существуют. Они есть, и в стенах Фал Дара – тоже. – Амалиса стояла на коленях с раскрытым ртом. Черные Айя. Айз Седай, которые к тому же и Приспешники Тьмы. Услышать такое – столь же ужасно, как и то, будто сам Темный появился в крепости Фал Дара. Но теперь для Лиандрин идти на попятную было невозможно. – Любая из Айз Седай, мимо которой ты пройдешь по коридору, может оказаться Черной сестрой. В этом я готова поклясться. Я не могу сказать тебе, кто из них в точности, но на мою защиту можешь рассчитывать. Если ты идешь в Свете и послушна мне.

– Буду послушна, – хрипло прошептала Амалиса. – Буду. Пожалуйста. Лиандрин Седай, пожалуйста, скажите, что вы защитите моего брата и моих придворных...

– Кто заслуживает защиты, тот получит мое покровительство. Беспокойся о себе, дочь моя. И думай лишь о том, что я приказала тебе. Только об этом. С этим связана судьба мира, дочь моя. Обо всем остальном можешь забыть.

– Да, Лиандрин Седай. Да. Да!

Лиандрин развернулась и пересекла комнату, оглянулась она лишь у двери. Амалиса по-прежнему стояла на коленях, по-прежнему с тревогой глядя на Айз Седай.

– Встаньте, миледи Амалиса, – Лиандрин постаралась, чтобы голос звучал полюбезнее, с едва ощутимым намеком на издевку. Сестра, как же! И дня бы в послушницах не протянула. А ведь она обладает властью приказывать другим.– Встаньте. – Амалиса выпрямилась, медленно, скованно, рывками, словно провела несколько часов связанной по рукам и ногам. Когда она наконец поднялась с колен, Лиандрин произнесла – и сталь вновь зазвучала в полную силу: – И если вы обманете ожидания мира, если подведете меня, то позавидуете тому жалкому Другу Темного, что сидит в темнице.

Глянув на лицо Амалисы, Лиандрин решила, что из-за недостатка рвения со стороны шайнарки неудача не грозит.

Захлопнув за собой дверь, Лиандрин вдруг почувствовала, как защипало кожу. Затаив дыхание, она крутанулась на каблуках, вглядываясь в оба конца тускло освещенного коридора. Пусто. За бойницами темнела глубокая ночь. В коридоре было пусто, однако она чувствовала на себе взгляд. Пустой коридор, тени дрожат между лампами на стенах, дразня и обманывая. Лиандрин обеспокоенно передернула плечами, затем решительно зашагала по коридору. Воображение разыгралось. Больше ничего.

Уже поздняя ночь, и до рассвета предстоит многое сделать. Приказы были точны и недвусмысленны.

* * *

В любой час дня и ночи подземелье тонуло во мраке, черном и вязком, как смола, если только кто-нибудь не приносил лампу, но Падан Фейн, сидящий на краешке топчана, всматривался в темноту с улыбкой на лице. Он слышал, как ворочаются и бормочут от привидевшихся во сне кошмаров двое других узников. Падан Фейн чего-то ждал, чего-то такого, что он дожидался уже долго. Слишком долго. Но теперь ожиданию конец.

Дверь, ведущая в караулку, отворилась, пролив поток света, в котором неясно вырисовывалась возникшая в дверном проеме фигура.

Фейн встал.

– Ты! Не тебя я ожидал. – Он потянулся, с небрежностью, которой вовсе не испытывал. Кровь быстрее побежала по жилам; Фейну показалось, что он, если попытается, может одним прыжком перемахнуть через всю крепость. – Сюрпризы для всех, да? Ну ладно. Дело за полночь, а я хочу иногда и поспать.

Когда лампа оказалась в камере, Фейн поднял голову, ухмыляясь чему-то незримому, но уже ощущаемому сквозь каменные своды подземелья.

– Еще не кончилось, – прошептал он. – Битва никогда не кончится.

Глава 6

ТЕМНОЕ ПРОРОЧЕСТВО

Под яростными ударами снаружи сотрясалась дверь дома; тяжелый засов прыгал в скобах. За окном возле двери двигался тяжеломордый силуэт троллока. Везде были окна, и еще больше смутных фигур за ними. Хотя и не совсем смутных. Ранд вполне различал их.

Окна, с отчаянием подумал юноша. Он попятился от двери, обеими руками сжимая перед собой меч. Даже если выдержит дверь, они могут вломиться в окна. Почему они не пытаются влезть в окна?

27
{"b":"8200","o":1}