ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Есть возможность, как же! Можно подумать, кто-нибудь из нас умеет обращаться с этим тер'ангриалом. Ты что, забыла, как я чуть не погибла, когда решила проверить его в действии? Да еще и судно едва не потопила. Мы могли пойти ко дну, так и не добравшись до Танчико, вот была бы потеха.

— Какая нам нужда в разящем огне, — заметила Лиандрин. — Если мы сможем накинуть узду на Возрожденного Дракона, остерегаться придется Отрекшимся, а не нам… — Неожиданно она осеклась, осознав, что в помещении находится кто-то посторонний. Гилдин копошилась в углу, протирая резной стул с низкой спинкой. — А ты что здесь делаешь? — возмущенно воскликнула Лиандрин.

— Пыль вытираю, — спокойно ответила служанка, выпрямляясь. — Вы же мне сами велели.

Лиандрин едва не хлестнула ее Единой Силой. Еле сдержалась, и вовремя. Гилдин не знала, что они Айз Седай, и не должна была знать. Да и вряд ли она успела услышать что-то важное.

— Ступай к повару, — с холодной яростью в голосе произнесла Лиандрин, — и передай, что тебя велено отхлестать ремнем. Да как следует. И пока не вытрешь всю пыль, будешь сидеть голодная! — Из-за этой нахалки Лиандрин вновь сбилась на простонародную речь, что разозлило ее еще больше.

Мариллин встала, потерлась носом о нос рыжей кошки и вручила ее Гилдин.

— Когда повар покончит с тобой, скажи, чтобы он покормил кошку сметаной. Да пусть отрежет ей баранинки, только немного и помягче. У бедной кошечки зубки не больно хороши.

Гилдин смотрела на Мариллин не моргая, губы ее были сжаты.

— Ты чего-то не поняла? — спросила Мариллин.

— Все поняла, — процедила сквозь зубы служанка. Может, до нее и впрямь не сразу доходит. В конце концов, что взять с прислужницы — она ведь им не ровня. После того как Гилдин с кошкой на руках вышла из комнаты, Лиандрин выждала минуту, а потом рывком распахнула дверь. В коридоре никого не было. Служанка не подслушивала. Лиандрин не доверяла этой Гилдин, как, впрочем, и всем остальным.

— Мы должны заботиться только о том, что касается нас напрямую, — промолвила она, плотно прикрыв дверь. — Элдрит, нашла ты что-нибудь важное в книгах?

Пухленькая женщина встрепенулась и, в первый раз оторвавшись от потрепанного пожелтевшего манускрипта, обвела взглядом комнату. Кажется, она даже удивилась, увидев перед собой Лиандрин.

— Что? Важное? Нет, похоже, пока нет. Попасть в Королевское Книгохранилище непросто, и если я вздумаю вырвать страницу-другую, об этом сразу станет известно библиотекарям. А если бы мне пришло в голову отделаться от библиотекаря, я бы вовсе ничего не смогла там отыскать. Не книгохранилище, а настоящий лабиринт. Ну а эту книжицу я откопала в лавке, рядом с королевским дворцом. Довольно интересный трактат о…

Обняв саидар, Лиандрин смела манускрипт на пол.

— Если он не о том, как можно управлять Рандом, пусть хоть сгорит! Насчет того, что мы ищем, ты что-нибудь разузнала?

Элдрит рассеянно уставилась на разбросанные по полу листы:

— Ну, как сказать… Оно находится в Панаршем Дворце…

— Тоже мне новость! Об этом ты еще два дня назад говорила…

— …и это должен быть тер'ангриал. Чтобы взять под контроль человека, способного направлять Силу, необходимо Силу и использовать, причем строго определенным способом, а значит, нужен тер'ангриал. Скорее всего мы найдем его среди тех диковин, что выставлены на обозрение в Панаршем Дворце или там же в хранилищах.

— Это все известно, а можешь ты сказать хоть что-нибудь новенькое? — Усилием воли Лиандрин заставила себя говорить спокойно. — Ну хоть что-нибудь?

Элдрит неуверенно заморгала:

— Ну… вообще-то… Нет, ничего.

— Ну и ничего страшного, — заметила Мариллин. — Через несколько дней они тут обретут своего драгоценного Панарха, тогда мы начнем поиски. Мы проверим все до последнего подсвечника и непременно найдем то, что нам нужно. Удача не за горами, Лиандрин. Вот увидишь, мы наденем на Ранда ал'Тора поводок и научим его служить, подавать лапу и приносить палку.

— Точно, — с довольным видом поддакнула Элдрит, — наденем поводок.

Лиандрин очень надеялась, что так и случится. Она уже устала ждать, устала скрываться. Люди должны склонить перед ней колени. Так было обещано. Ради этого она презрела прежние обеты и принесла новые.

* * *

Едва Эгинин через кухонную дверь вошла в свой маленький домик, она почувствовала присутствие постороннего, но не подала виду. Сбросив маску и кинув на стол джутовый мешок, она направилась прямиком к камину, рядом с которым стояло ведерко с водой. Наклонившись якобы за черпаком, она просунула руку в потайную щель, где был припрятан маленький, не более фута длиной, всегда заряженный арбалет. Стрелял он недалеко, но острый стальной наконечник стрелы был смазан мгновенно действующим смертельным ядом.

В углу комнаты стоял светловолосый, голубоглазый мужчина средних лет, привлекательный, хотя, на взгляд Эгинин, слишком худощавый. Арбалет он, конечно же, заметил, но ничуть не обеспокоился. Несомненно, через забранное железной решеткой окно он видел, как она пересекала маленький дворик.

— Ты считаешь, что я опасен? — спросил незнакомец.

Она, разумеется, узнала говор своей родины, но арбалета не опустила.

— Кто ты такой?

Вместо ответа он медленно — значит, помнил, что находится под прицелом, — запустил два пальца в поясной кошель и извлек оттуда нечто маленькое и плоское. Эгинин знаком велела ему положить предмет на стол и отойти.

Когда незваный гость вернулся в свой угол, она подошла поближе и, не спуская с него глаз и не отводя самострела, взяла оставленную вещицу. Это была оправленная в золото костяная пластинка с гравировкой в виде башни и ворона. Глазами ворона служили черные сапфиры. Ворон служил символом императорской фамилии, а Башня Воронов — Имперской службы справедливости.

— Обычно этого бывает достаточно, — промолвила Эгинин, — но мы находимся далеко от Шончан, и в здешних краях надо быть начеку. Есть у тебя другие доказательства?

Молча улыбаясь, он снял кафтан, развязал шнурки и стянул рубаху. На каждом его плече была татуировка — такая же, как и изображение на пластинке. Такую татуировку имело большинство Взыскующих Истину. Похитить пластинку Взыскующего, конечно, возможно, но никто не стал бы помечать себя этими знаками. Носить воронов означало быть собственностью императорской семьи. Согласно преданию, лет триста назад одна глупая парочка — молодой лорд и леди, — перепив вина, сделали себе ради шутки такие татуировки. Когда об этом узнала Императрица, виновных призвали ко Двору Девяти Лун и заставили драить полы, обратив в пожизненных рабов, принадлежащих императорскому дому. Возможно, этот Взыскующий был их потомком.

— Приношу свои извинения, Взыскующий Истину, — сказала она, опуская арбалет. — Что привело тебя ко мне?

Имени Эгинин не спрашивала — он все равно назвал бы вымышленное. Пока Взыскующий неторопливо одевался, она держала его знак в руке. Он не спешил, что было тонким напоминанием о том, кто есть кто. Она — капитан корабля, а он всего лишь раб, орудие в руках власти. Но в качестве Взыскующего этот раб обладал огромными полномочиями. Ему надлежало повиноваться беспрекословно. По закону он был вправе послать Эгинин за веревкой, а потом связать ее перед допросом, и отказ от ответа, не говоря уже о попытке скрыться от Взыскующего, считался государственным преступлением. Эгинин никогда в жизни не нарушала законов и, уж конечно, не злоумышляла против Хрустального Трона. Но мало ли какие вопросы станет задавать этот человек и каких ответов потребует… Канторин далеко, а вот арбалет у нее под рукой. Безумная мысль. Смертельно опасная мысль.

— По воле Императрицы я нахожусь на службе у Верховной Леди Сюрот и Коринне и, согласно ее велению, проверяю, как идут дела у посланных ею в эти края агентов, — сказал Взыскующий Истину.

Проверяет? Что тут проверять, да еще Взыскующему?

— От моряков с курьерских судов я об этом не слышала, — промолвила Эгинин.

177
{"b":"8202","o":1}