ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Это можно истолковать как угодно. Иллиан под властью Саммаэля, безусловно, потерянный город. Стоит Ранду поднять на войну копья Тира, сковать Саммаэля – и все сбудется слово в слово. Древнее предание о Возрожденном Драконе. Но он не желает понять это. У него даже есть список на древнем наречии, как будто он хоть слово понимает. А пока он гоняется за призраками, Саммаэль, Равин или Ланфир могут вцепиться ему в горло, прежде чем я сумею убедить его в том, что он совершает ошибку.

– Но он в отчаянии. – Мягкий тон Найнив не предназначался для Морейн, в чем Илэйн была уверена. Таким тоном Найнив говорила о Ранде. – Он в отчаянии и пытается найти верный путь.

– Я тоже в отчаянии, – жестко отрезала Морейн. – Всю свою жизнь я посвятила тому, чтобы найти его, и не допущу, чтобы он не исполнил предначертанного, покуда в силах этому воспрепятствовать. Я отчаялась настолько, что… – Морейн осеклась и поджала губы. – Я сделаю то, что должна, вот и весь сказ.

– Нет, не весь, – резко возразила Эгвейн. – Что именно вы собираетесь предпринять?

– У тебя есть другие заботы, – заявила Айз Седай. – Твое дело – Черная Айя…

– Ну уж нет! – неожиданно возвысила голос Илэйн. Она с такой силой вцепилась в подол синей юбки, что костяшки пальцев побелели от напряжения. – Вы храните много тайн, Морейн, но этой должны поделиться с нами. Что вы собираетесь с ним делать? – Илэйн чувствовала, что в случае необходимости готова вытрясти правду из Айз Седай.

– Делать с ним? Ничего. Ну ладно, особой причины держать это в секрете от вас нет. Вы знаете место, которое в Тире называют Великим хранилищем?

Как ни странно, жители Тира, боявшиеся всего, что имело отношение к Силе, хранили в Твердыне коллекцию связанных с ней предметов. Коллекция эта уступала лишь собранию, имевшемуся в Белой Башне. Очевидно, это произошло из-за того, что волей-неволей им приходилось на протяжении столетий хранить Калландор. Так, во всяком случае, полагала Илэйн. Среди множества предметов Меч-Который-не-Меч казался не столь пугающе грозным. Однако жители Тира никогда не выставляли свои приобретения напоказ. Великое хранилище представляло собой ряд битком набитых казематов, расположенных в самом глубоком подземелье. Впервые оказавшись там, Илэйн подивилась тому, что дверные замки проржавели, а некоторые двери попросту сгнили.

– Мы провели там целый день, – сказала Найнив, – хотели проверить, не прихватила ли что-нибудь оттуда Лиандрин со своими сообщницами. Но кажется, они ничего не взяли. Там все было покрыто пылью и плесенью. Чтобы переправить это в Башню, потребуется десяток речных судов. Может, там разберутся, что к чему, а мне это определенно не под силу. – Стремление уколоть Морейн было столь велико, что Найнив не сдержалась и добавила: – Когда бы вы уделяли нам побольше внимания, то сами бы прекрасно все это знали.

Морейн оставила колкость без внимания. Казалось, она была поглощена собственными мыслями, и слова ее прозвучали как размышление вслух:

– Там, в хранилище, есть один особенный тер’ангриал. С виду он похож на малость скособоченную дверную раму, но сделан из краснокамня. Если я не смогу убедить Ранда принять какое-либо решение, мне, возможно, придется пройти сквозь эту дверь. – Маленький блестящий голубой камешек дрогнул у нее на лбу. Очевидно, такая затея была ей не по душе.

При упоминании о тер’ангриале Эгвейн непроизвольно коснулась пальцами своего корсажа. Там, в собственноручно пришитом маленьком кармашке, она хранила каменное кольцо. Это был тер’ангриал – хоть и маленький, но очень сильный. Всего три женщины, в том числе и Илэйн, знали, что у Эгвейн есть это сокровище. Морейн о нем не знала.

Чудны́ми вещами были эти тер’ангриалы. Подобно ангриалам и са’ангриалам, они представляли собой реликты Эпохи легенд, но встречались гораздо чаще. Тер’ангриал был предназначен не для преумножения Единой Силы, а для ее использования, причем в какой-либо одной определенной области. Однако ныне, пользуясь тер’ангриалами, люди порой не были уверены, что используют предмет по его истинному назначению. Клятвенный жезл, на котором приносили Три клятвы женщины, возводимые в сан Айз Седай, был тер’ангриалом, который эти клятвы вплавлял в кости и плоть. В другом тер’ангриале послушница проходила последнее испытание, перед тем как получить кольцо и стать принятой. Из самых глубин сердца исторгал он потаенные страхи – так, что они, казалось, воплощались в реальность. А возможно, он перемещал посвящаемую в такой мир, где они и впрямь были реальны. Необычайные вещи случались с тер’ангриалами. Многие из тех женщин, кто изучал их или использовал, оказались выжжены, убиты или просто исчезли.

– Я видела этот дверной проем, – сказала Илэйн, – в самом дальнем каземате, в конце подвала. У меня лампа погасла, и я три раза упала, прежде чем выбралась оттуда. – Илэйн смутилась и слегка покраснела. – Там, внутри, я боялась направлять Силу, не решилась даже засветить лампу. Большая часть того, что там лежит, показалась мне обычной рухлядью – по-моему, они прибирали все, что, как им казалось, имеет отношение к Силе, – но я подумала, что если начну направлять, то могу ненароком привести в действие какую-нибудь штуковину, и кто знает, что бы из этого вышло.

– А если бы, споткнувшись в темноте, ты упала как раз сквозь этот дверной проем? – скривившись, проговорила Морейн. – Имея с ним дело, вовсе не обязательно направлять, достаточно пройти сквозь него.

– Но зачем? – спросила Найнив.

– Чтобы получить ответы. Три ответа, все правдивые, о прошлом, настоящем и будущем.

Илэйн тут же пришла на ум детская сказка про Байли под холмом, конечно же, из-за этих трех ответов. Вторая мысль явилась почти сразу следом за первой, и не к ней одной. Эгвейн и Найнив открыли рты, но она их опередила:

– Морейн, но ведь так можно решить нашу задачу. Почему бы не спросить, правду ли говорят Джойя и Амико? Или выяснить, где скрывается Лиандрин. Узнать имена женщин из Черной Айя, оставшихся в Башне…

– Мы можем разузнать, что за опасность подстерегает Ранда, – вставила Эгвейн, а Найнив добавила:

– Почему вы не рассказали нам об этом прежде? Почему заставили нас без конца выслушивать эти истории, в то время как мы могли бы давно уже с этим разделаться?

Айз Седай вздрогнула и всплеснула руками:

– Вы, все трое, опрометчиво рветесь туда, куда и Лан во главе сотни Стражей отправился бы с опаской. Как вы думаете, почему я не прошла через ту дверь? Ведь я давно уже могла бы узнать, что должен сделать Ранд, чтобы уцелеть и победить, как ему одолеть Отрекшихся и Темного, как научиться управлять Силой и отсрочить безумие до того, как он исполнит предначертанное. – Уперев руки в бока, она ждала, пока они сообразят. Три женщины хранили молчание. – Существуют правила пользования этим тер’ангриалом, – продолжала Морейн, – и он опасен. Никто не может пройти сквозь дверь больше одного раза. Всякий может задать три вопроса – но только три – и уйти сможет, лишь выслушав три ответа. Тех, кто задает пустяковые вопросы, тер’ангриал наказывает: но то, что для одного пустяк, для другого, возможно, очень серьезно. Впрочем, важно другое: нельзя задавать вопросы, касающиеся Тени, – это чревато страшными последствиями. Если спросить про Черную Айя, можно лишиться рассудка или вас выкинет мертвыми, а то вы и вовсе сгинете без следа. Что же до Ранда… Сомневаюсь, что можно придумать такой вопрос про Возрожденного Дракона, который никак не касался бы Тени. Поняли теперь? Иногда стоит помедлить да поразмыслить.

– Откуда вы все это знаете? – требовательно спросила Найнив. Подбоченясь, она пристально смотрела на Айз Седай. – Благородные лорды никогда не допускали сестер в хранилище. А судя по плесени, эти штуковины упрятали туда добрую сотню лет назад.

– Сдается мне, куда больше, – невозмутимо отозвалась Морейн. – Лет триста минуло с тех пор, как они перестали собирать подобные вещи, а этим тер’ангриалом они обзавелись незадолго до того. Прежде им владели Первенствующие Майена и пользовались его ответами, чтобы противостоять притязаниям Тира. Они-то и позволяли Айз Седай изучать тер’ангриал, но тайно, ибо опасались раздражать Тир.

38
{"b":"8202","o":1}