1
2
3
...
44
45
46
...
100

Тамберлайн кашлянул. Их посол, посредник и советник в течение многих лет в душе молился, чтобы мастерство не подвело его и теперь.

— Она приезжала в Нью-Йорк и на похоронах Джулии оплакивала тебя и твою семью, — напомнил он Артема-су. — Точно так же, как ты приезжал сюда, в Атланту, на похороны ее сына и мужа. Ваша дружба все еще существует.

Артемас вновь безучастно посмотрел на холодный, унылый пейзаж за окном.

— Сегодня все закончится, — выдавил он, — когда она поймет, зачем я приехал.

* * *

— Лили? Милая, пора вставать. Они будут здесь с минуты на минуту. Ты же не хочешь, чтобы тебя увидели в таком виде.

«Подняться. Притвориться, что ты сильная».

Лили пошевелилась, откинула неуверенным движением спутанные волосы. Погладила пухлую подушку, прижатую к груди. Открыв глаза, посмотрела на пони и ковбоев на наволочке. Они с Ричардом хотели купить Стивену шотландского пони в марте. Ричард уже обнес изгородью пять акров земли, спроектировал небольшой амбар. Она часами планировала конные пути.

Да. Если она не заставит себя сдвинуться, она будет смотреть на подушку до тех пор, пока сон снова не сморит ее.

— Я готова, — солгала Лили, принуждая себя подняться с кроватки Стивена. Окинув взглядом его небольшую спальню, Лили взяла себя в руки. Уйти, поскорее уйти отсюда! Она до сих пор не могла смириться с тем, что произошло, представить, что Стивена и Ричарда уже нет в живых. Она оцепенела.

Тетя Мод и сестры приехали к ней сразу же после сообщения о случившемся. Они были немногословны и казались старенькими и утомленными. Даже Маленькая Сис в своем ярко-красном свитере и красных джинсах, с седыми волосами, торчащими в разные стороны, выглядела очень постаревшей. Большая Сис тяжело опиралась на палку с ручкой в виде льва, которую Лили подарила ей на день рождения несколько лет назад. Она передвигалась как тень в своем синем джемпере большого размера и ситцевой блузке. Крепкая еще тетя Мод, впрочем, тоже слегка сдала и пыталась компенсировать это огромными плечами двубортного серого костюма.

Тем не менее она все еще верховодила. Сейчас она встала у кровати с одеждой Лили в руках — черным шерстяным жакетом с золотыми пуговицами и изящной юбкой в тон.

— А ну-ка снимем быстренько эти линялые джинсы и мятую рубашку, приведем в порядок волосы.

— Где Люпа? — Лили безумным взором окинула комнату. — Где она? Она была здесь, когда я легла.

— О черт, я совсем забыла, — откликнулась Маленькая Сис. — Я выпустила ее на улицу примерно час назад.

Лили соскочила с кровати и ринулась вниз по ступеням. Блестящий пол из твердых пород дерева, покрытый светлыми коврами, не издал ни звука. Ричард как-то говорил, что скрипучий пол вызывает некоторое неудобство. Он сам построил их жилище. Она пронеслась через фойе, где разместился бар, а на стенах висели акварели гор и ее старой фермы, воссозданные по фотографиям. Выбежав на широкое парадное крыльцо, она в отчаянии оглянулась. Нигде не было видно забавной желтой собаки, не было и грязных следов на половичке рядом с тяжелым креслом-качалкой.

Вернувшись в дом, она пересекла большой кабинет, зацепившись ногой за край камина, и подскочила к скользящим стеклянным дверям в зимний сад, где был разбит газон и росли огромные старые дубы. Она спроектировала его так, чтобы он радовал глаз в любо? время года.

Она потянула одну из створок и выскочила во двор под ледяной дождь.

— Люпа!

Большая грязная собака выскочила из-под крыши и медленно побежала по тропинке, грустно виляя лохматым золотым хвостом. Лили села на ступеньки и обхватила собаку за шею.

— Люпа, прости меня, прости! Почему ты не забежала с переднего крыльца?

У этой дворняги печально повисли уши, она уткнулась мордой в живот Лили. Собака Стивена тосковала, Лили укрывала ее собой от падающих капель. Так они и сидели под дождем, являя собой жалкую картину.

— Он здесь, — крикнула тетя Мод. — Лили, он только что приехал. Пожалуйста, вернись.

Лили бесстрастно махнула рукой и опять обхватила Люпу за шею.

Наконец, словно в тумане, она услышала какие-то звуки — тяжелые, медленные шаги, — кто-то приблизился и остановился. Люпа подняла голову и незлобно зарычала. Лили повернулась, дождь заливал ей глаза.

Артемас. Она ощутила лишь сочувствие. На его волевом лице застыло выражение тревоги и печали. Черное пальто было накинуто поверх костюма, дождь уже пригладил его волосы. Надо войти в дом, хотя бы ради него.

Он протянул руку. Она не отказалась от помощи. Его страдание передалось ей через рукопожатие, она сочувственно обняла его, он вздрогнул и крепко обнял. Лили склонила голову ему на плечо, он коснулся щекой ее шеи. В течение этого короткого момента желание стерло все остальное.

— Нет необходимости стоять здесь под дождем, — слабо сказала она и сделала шаг назад. — Люпа, сюда.

Собака не спеша вошла вслед за ними.

Мистер Тамберлайн, нахмурившись, стоял посреди комнаты. Мод и Большая Сис ожидали рядом. Все трое застыли в неловком молчании.

— Вот, — раздался голос Маленькой Сис, которая вынесла из кабинета полотенца.

Одно полотенце она накинула на голову Лили, другое протянула Артемасу. Он вытер лицо и руки, положил полотенце на камин. Маленькая Сис кивнула на его промокшее пальто, он сложил его и передал старушке без единого лишнего движения. Затем резко сказал:

— Я подожду здесь, пока Лили переоденется.

— В этом нет нужды, — ответила Лили.

Она прикрыла полотенцем плечи и уселась на мягкий голубой диван. Люпа вытянулась на коврике рядом.

Словно по команде Тамберлайн повернулся к Мод и сестрам:

— Я был бы очень признателен за чашку горячего чая.

— Можем предложить вам чего-нибудь и покрепче, — ответила Мод, бросив беспокойный взгляд на Артемаса.

Маленькая Сис взяла Тамберлайна под руку:

— Пойдемте с нами. Не секрет, что вы любите побаловаться коньячком.

— Какая проницательность! Благодарю вас.

Он в сопровождении троицы двинулся из кабинета. Артемас закрыл за ними высокие двойные двери. Теперь в комнату доносился только шум дождя по застекленной крыше. Кабинет с его высоким светлым потолком, большими диванами, фаянсовыми лампами, книжными шкафами и телевизором неожиданно стал слишком маленьким в его присутствии.

Лили почти не замечала его, пребывая в полной прострации. Он спиной ощущал это, все еще сжимая витиеватые дверные ручки.

— Мне всегда казалось, что твой дом выглядит очень красиво, — обронил он. — Именно так я себе и представлял — в нем чувствуются тепло и хозяйская рука.

Она встрепенулась и с трудом, срывающимся голосом произнесла:

— Ричард любил работать по дереву. У него есть… была… замечательная мастерская за домом. Эти двери он делал сам.

Артемас повернулся к Лили и застыл, не в силах скрыть боль. Его изнуренное лицо совсем не соответствовало элегантному покрою его костюма. Лили по-прежнему безучастно смотрела куда-то вдаль.

— Мне хотелось бы отложить этот разговор, — начал он. — Я хотел бы, чтобы он никогда не состоялся или состоялся бы не так скоро.

— Что? — спросила она рассеянно. Мысленно она все еще оставалась наверху, в спальне Стивена. Затем пронеслась за несколько секунд по всему дому. Он был пуст. В ней была такая же опустошенносты мать осталась без ребенка.

Он почувствовал, что чуть-чуть встревожил ее.

— Надо поговорить о том, что произошло и почему произошло. — На лице Артемаса появилась маска сдержанности.

— Какой-то несчастный случай. Не знаю. — Лили положила полотенце на колени, наблюдая, как с волос капает вода. — Я спрашивала себя. Каждый день, каждую ночь. Кричала в душевой, чтобы тетя Мод и сестры не услышали. Я не знаю.

— Значит, мы с тобой занимались одним и тем же.

— Адвокаты — адвокаты Ричарда и Фрэнка — уже пытались чего-то от меня добиться. Я позвоню им, когда немного приду в себя. А еще государственные следователи. И с ними я должна буду поговорить.

45
{"b":"83","o":1}