A
A
1
2
3
...
60
61
62
...
67

По данным опросов, которые проводят независимые социологические службы в Литве, многие граждане нашей республики не верят, что независимость и суверенитет, которых мы добились окончательно и бесповоротно, закрепили наше нынешнее положение. Многие считают, что мы сумеем продержаться лет пятнадцать-двадцать, до тех пор, пока окрепшая Россия снова не поглотит нашу маленькую страну. Это, если хотите, наше всегда вчерашнее завтра. И мы не хотим такого завтра.

Именно поэтому нам нужны документы на агентов Москвы. Нам необходимо знать, кто сотрудничал с КГБ, мы должны реально представлять степень угрозы людей, занимающих высшие государственные посты в нашей стране. У нас просто нет другого варианта, Дронго. Только самая острая необходимость заставила нас обратиться к вам.

Он замолчал, глядя в глаза Дронго. Это были глаза раненого зверя, который уже сознает, что не сумеет спастись от приближающегося охотника, и последним усилием воли пытается заставить себя встретить смерть достойно.

– Вы обязаны найти документы, – жестко сказал Хургинас, – это ваша главная задача. Вы получаете за это большие деньги.

– Не нужно так ставить вопрос, – поморщился Дронго.

– Подождите, Хургинас, – уже по-русски сказал Стасюлявичюс, – я думаю, мистер Дронго все отлично понимает. Нам нужны документы, и мы просим вас сделать все возможное, чтобы они не попали в руки представителей других спецслужб. Иначе наша независимость окажется под страшной угрозой.

– Я просто хочу напомнить, что он обещал нам достать эти документы, – запальчиво сказал Хургинас.

– Я никогда не обещал достать документы. Я обещал сделать все, что в моих силах. И сегодня уверяю вас, что делаю все возможное.

Хургинас хотел еще что-то сказать, но, заметив предостерегающий взгляд Стасюлявичюса, передумал. Только и спросил:

– Каким образом мы с вами свяжемся?

– Где вы собираетесь остановиться?

– Может, нам лучше самим поехать в Монте-Карло? – спросил Стасюлявичюс.

– Нет, не лучше. Там все окажутся на виду, и вы можете испортить все дело.

– В таком случае договорились, – согласился Стасюлявичюс, – мы ждем вашего звонка. Надеюсь, вы позвоните достаточно быстро, а то в этом отеле очень дорогие номера.

Он поднялся. Следом встал Хургинас. Уже провожая гостей, Дронго спросил:

– А почему вы ничего не говорили мне о контактах вашего человека с Сарычевым?

– Это наше внутреннее дело, – напряженным голосом сказал Хургинас. Он так и сказал – «внутреннее» вместо слова «личное». Впрочем, он говорил по-русски с сильным акцентом.

Они вышли из комнаты. Дронго посмотрел на часы. Половина третьего ночи. Он вышел из номера, прикрыв дверь. Обернулся и увидел сидевшую в холле Марианну. Она курила, глядя на него.

Он растерялся. Он действительно растерялся и не знал, что ему делать. Он просто стоял у двери и смотрел на нее. А она смотрела на него.

– Вы уезжаете? – спросила женщина чуть дрогнувшим голосом.

– Да, – сказал Дронго, сознавая, что никакие слова уже ничего не изменят.

– Я получила ваше письмо, – печально сказала она.

– Я хотел извиниться, – пробормотал он.

– У вас погиб товарищ? – спросила женщина.

– Да. Он умер прямо во время игры в казино.

– Странно. А мне сказали, что его отравили.

– Нет. Это ошибка. У него было больное сердце, – соврал Дронго. – Поэтому вы уезжаете?

– Нет. – Оправдываться не имело смысла, а говорить правду тем более.

Сам того не желая, он попал в капкан, поставленный обстоятельствами. Привыкшая к удовлетворению любого своего каприза, женщина не понимала, почему ее настойчивые домогательства отвергаются этим загадочным типом. И непонимание возбуждало еще больший интерес и желание разобраться в странном поведении этого непредсказуемого мужчины.

– Вы уезжаете из-за меня? Вам кажется, что я слишком настойчива? – чуть покраснев, спросила она.

– Конечно, нет, – тяжело вздохнул Дронго, – как вам такое могло прийти в голову! В другое время и при других обстоятельствах я считал бы себя самым счастливым из людей. Но сегодня я самый несчастный человек на земле, поскольку обстоятельства вынуждают вести себя подобным образом. Простите и поймите меня, если сможете.

Она смотрела на него, уже ни о чем не спрашивая. Потом вдруг поднялась с кресла.

– Подождите меня, – сказала она, – у меня в номере есть орхидеи. Я вам подарю. У вас останется память обо мне.

Она стремительно бросилась к своему номеру. Он стоял, застыв на месте. Через минуту она вернулась, протягивая ему цветок.

– Он уже засохший, поэтому не пахнет, но зато сохранится долгие годы, – словно оправдываясь, сказала она.

Дронго бережно взял цветок и положил его в небольшую сумку, которую обычно носил с собой.

– Я его сохраню, – пообещал он.

– У меня в Париже есть дом, – сказала она, – вот моя визитная карточка. Здесь указаны адрес и телефон. Если вы когда-нибудь будете в Париже, можете позвонить.

Он взял карточку, положил в карман. Потом наклонился, целуя ей руку. Женщина сделала какое-то движение, словно собираясь что-то сказать, но в коридоре появились ее телохранители, и она, собрав всю свою волю, просто улыбнулась ему на прощание.

– До свидания.

Он вдруг подумал, что может все бросить и просто остаться. Остаться в этом отеле еще на один день, еще на одну ночь. В конце концов, он живой человек и имеет право на обычную человеческую жизнь. Но если он останется здесь, то убийцы могут прийти и в «Негреско». И тогда следующей жертвой может стать эта молодая красивая женщина, которая ему так нравится.

Он прекрасно знал, как опасно заводить связи в его ситуации. Именно поэтому заставил себя улыбнуться еще раз. И направился к лифту.

Внизу, в холле отеля, его нетерпеливо ждал Хургинас. Увидев выходившего из лифта Дронго, он шагнул навстречу.

– Я подумал, вдруг вам понадобится какая-нибудь помощь, – негромко сказал Хургинас. – Может, вам нужно личное оружие для защиты? Я мог бы это организовать.

– Спасибо, – отдав свои вещи швейцару, Дронго направился к выходу, – я предпочитаю обходиться без оружия. Так спокойнее и надежнее.

– Да-да, конечно, – согласился Хургинас, идя следом.

У подъезда Дронго уже ожидало такси. Он обернулся, чтобы попрощаться с Хургинасом, и в этот момент тот крикнул:

– Ложитесь!

Из проезжающей мимо машины раздались выстрелы. Пять-шесть выстрелов. Хургинас толкнул Дронго и сам бросился на землю. Машина, из которой стрелял неизвестный, стремительно уносилась прочь. Дронго поднял голову и успел заметить пролетающий белый «Ниссан».

Он поднялся на ноги. Вокруг кричали и суетились люди.

– Уезжайте быстрее, – толкнул его к автомобилю Хургинас, – рядом с вами опасно даже стоять.

– Спасибо за ваш толчок. – Дронго протянул ему руку и после крепкого рукопожатия сел в машину. – В Монте-Карло, – велел он водителю такси.

Уже отъезжая, он увидел, как Хургинас что-то объясняет подъехавшим полицейским.

Глава 39

В Монако они приехали через полчаса. Туристическое бюро уже не работало, и Дронго попросил отвезти его в отель «Малибу», находившийся рядом со знаменитыми казино. Собственно, зданий казино было два. Одно, в виде величественного дворца, выходило на побережье и было платным. Но клиенты трех самых дорогих отелей Монте-Карло, включая «Малибу», не платили за вход, получая так называемые «золотые карточки гостей».

Второе казино, под названием «Кафе де Парис», находилось слева от большого здания. Сюда пускали бесплатно. Здесь играли в основном в покер, блэк джек и другие подобные игры. В вестибюле находились сувенирные магазинчики, торгующие разными поделками.

Приехав в отель «Малибу», он снял номер и позвонил по телефону в два других отеля, выясняя у портье, не проживает ли в них гость по фамилии Семенов. Ему повезло.

– Проживает, – любезно сообщил портье отеля «Эрмитаж», – на пятом этаже. Он прибыл сегодня днем.

61
{"b":"830","o":1}