ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Карильское проклятие. Возмездие
Urban Jungle. Как создать уютный интерьер с помощью растений
Путь самурая
Наизнанку. Лондон
Самогипноз. Как раскрыть свой потенциал, используя скрытые возможности разума
Т-34. Выход с боем
Большое собрание произведений. XXI век
Рой
Я – Спартак! Возмездие неизбежно
Содержание  
A
A

Монах я был молодой и впервые участвовал в суде инквизиции. Прожив почти всю жизнь за монастырскими стенами, я совсем не представлял себе внешнего мира и не знал, сколько зла один человек может принести другому.

— Подойди, — слабым голосом произнес Адемар Аквитанский, — подойди поближе, не бойся меня.

Тогда я подошел и сел прямо на земляной пол рядом с ним. В глаза бросились огромные раны от ожогов; плоть этого человека страдала безмерно.

— Говори, сын мой, — попросил я. — Я слушаю тебя.

— Я буду с тобой говорить, — пробормотал он, — ибо по глазам вижу, что ты добр и умеешь слушать.

* * *

Ставни в комнате были прикрыты, и было темно. Мы читали при слабом свете бра у изголовья, достаточном, чтобы видеть Серебряный свиток, изборожденный черными буквами, усиливаемыми светом луны. Время от времени я прерывал чтение, чтобы взглянуть на Джейн, молчаливо сидевшую рядом.

— Это случилось восемь лет назад, в год благодарения 1311-й, — начал Адемар Аквитанский. — Я решил покинуть Францию, желая погибнуть в Иерусалиме, подобно Югу де Вермандуа, брату короля Франции, графу Этьену де Блуа, де Гийому ле Шарпансье и герцогу Басс-Лоренскому, де Годфруа Булонскому с братьями Бодуэном и Евстахом, графом Булонским, которые все уехали в Иерусалим и атаковали город, возглавляя легион набожных воинов на белых конях, с белыми штандартами; всех их послал Христос, а на земле их вели святой Георгий, святой Меркурий и святой Деметриус. Благодаря им, преисполнившись их славой, я заранее готов был перенести песчаные бури, землетрясения и ураганы в этой святой войне, длившейся уже два столетия. Ричард Львиное Сердце, Саладин и двадцать два магистра Храма бились насмерть, дабы вырвать Святую Землю из рук врагов Христа.

Так они поступили с Антиохией, страшная осада, которой длилась больше года, но зато после этого турецкие города пали один за другим: Иконум, Гераклий, Мараш, а за ним Цесария.

Итак, с непокрытой головой, в белом плаще с красным крестом, благородный воин, опытный в военных искусствах, турнирах и охоте, я погрузился на корабль вместе с моими восемью лошадьми, конюхами. На мне была кольчуга до колен, у пояса висели шлем с забралом и тяжелый меч, с которым я не расставался даже на ложе. При мне были также топор, кинжал с широким клинком и длинная пика, которой издалека можно поразить врага. Вместе со мной были люди из другого братства, подобного нашему, но на белых плащах они носили кресты из позолоченного серебра; находились они под началом своего маршала, законом для которого был Устав братства. Будучи монахами, мы были связаны с нашими братьями и вышестоящими послушанием, которое согласно очень строгим правилам этого особого ордена должно быть беспрекословным, словно орден был Божественным; как сказал Господь: услышавший меня, да не ослушается. Так вот, не мешкая, твердо, не мучаясь душой и без задней мысли, я слепо пошел с этим орденом, так как не свою волю должен я выполнять на земле, а ту, которая предписана ему любовью к Богу, которая терпелива, услужлива, не ревнива, не вспыльчива и никогда не исчезает. Орден, членом которого я стал, был орден Храма.

Я решил навсегда связать свою жизнь с этим сообществом. Я пожил в Томаре, в Португалии, в самых значительных братствах тамплиеров. Именно там, в день моего посвящения, я принял Устав и подписался под ним. Я дал обязательство не обсуждать Устав, не толковать его, не противоречить и не нарушать. Сверх всего прочего в Уставе содержалось главное условие: секретность.

Мы плыли на корабле «Храм», направляясь в Яффу. За нами следовал целый флот: в этих местах бесчинствовали пираты. И весь этот флот плыл к Святой Земле: нефы большие и малые, крупные саламандры с двумя мачтами и шестью парусами, некоторые достигали тридцати метров в высоту! Кроме того, были галеры с гребцами, а также галиоты и много судов малого водоизмещения. Флотилия совершала длинный и опасный переход по незнакомым, дальним морям.

Адемар замолчал, легкая улыбка блуждала на его лице, отмеченном страданием. Он вспомнил о том счастливом времени плавания и надежды, и от этого воспоминания ему стало легче.

— Пиратов мы не встретили, но зато попали в страшный шторм в открытом море, — продолжил он. — Это нам многого стоило, но мы выстояли. И когда море успокоилось, я, глядя на ровную гладь, думал о Христе, о его детстве, жизни, о страстях Христовых. Я подумал о Храме, в котором мать его Мария узнала новость подле послушнического бассейна. Именно в Храме Марию представили у жертвенника всесожжения, и там ее благословили священники. Именно в Храм войта она, дабы совершить обряд очищения и отметить искупление новорожденного. Именно в Храме наставлял Иисус, и его величественной громадой любовался он с Елеонской горы.

Адемар остановился и, протянув мне руку, тихо попросил:

— Подвинься поближе, я боюсь, что нас подслушивают.

Я придвинулся. Сразу стали видны его глаза, блестевшие во тьме, глаза, наполненные жизнью на измученном лице.

— У тамплиеров есть тайна, которая переходит от учителей к ученикам. Мне рассказали такую историю.

Когда Иисус был еще ребенком, Иосиф и Мария взошли в Иерусалим, чтобы отправиться в Храм. День был торжественный, руководил всем Верховный жрец. Иисус увидел двенадцать жрецов, шедших с севера; на их головах были короны, на плечах — длинные узкие туники. Когда они подошли, распорядитель повернулся к северному фасаду Двора жрецов, к месту, предназначенному для жертвы. Он возложил руку на голову животного, потом жрец, совершавший жертвоприношение, перерезал животному горло ножом. И левиты собрали в сосуд кровь ягненка, а другие освежевали его. Кровь и мясо принесли жрецу, совершавшему жертвоприношение, и он положил немного мяса на алтарь; когда жир зашипел, он вынул потроха. Затем он оставил мясо дожариваться на алтаре.

В святилище жрец совершил последнее действо: он разлил кровь по маленьким бронзовым чашечкам, добавил в них благовоний и прочитал молитву над кровью, пролитой перед алтарем, затем пальцем нанес семь кровавых линий на теле животного, принесенного в жертву. Наконец, он повернулся к Двору и попросил благословить собравшихся язычников. Левиты ответили: «Аминь». Один из них прочитал священные стихи, другой вошел в святилище и наедине говорил с Богом, произнеся Его Имя, состоящее из четырех букв: Йод, Хей, Вав, Хей. Это было жертвоприношение для Страшного Суда.

Мы с Джейн одновременно подняли головы и посмотрели друг на друга.

— Ты полагаешь, — сказала Джейн, — что человек, убивший Эриксона, читал этот текст и познакомился с ритуалом Страшного Суда?

— Вполне возможно, — согласился я. Давай читать дальше.

— Ты видишь жертвоприношение в день Страшного Суда…

Иисус повернул голову: к нему подходил старик.

— Да, — ответил ребенок, разглядывая мужчину в белом. Рядом находились и другие мужчины.

— Скоро совершится Страшный Суд и настанет Царствие Небесное. Ведь скоро объявится Мессия!

— Но кто вы? — спросил Иисус.

— Мы — бывшие жрецы Храма, мы удалились в пустыню. Храм, который ты видишь и где совершаются ритуальные жертвоприношения, осквернен присутствием римлян. Вот почему он будет разрушен, и долго еще придется ждать, пока его отстроят заново.

— Откуда вам это известно? Откуда вы? — спросил ребенок. — Кто вы на самом деле?

— Мы живем около Мертвого моря, в глубокой пустыне. Мы покинули свои семьи и живем уединенно, молясь и очищаясь, так как думаем, что Конец Света близок. Вот почему следует проповедовать покаяние среди других. Только тогда настанет Царствие Небесное, но об этом надо вещать, чтобы все могли спастись.

— Я слышал о вас, — сказал Иисус. — Вас называют ессеями.

— Мы тоже слышали о тебе. Ты — блудный сын, разбирающийся в Законе.

Вот так Иисус встретился с ессеями, которые приобщили его к своей вере, а ессеи встретили Иисуса, в котором они увидели так долго ожидаемого Мессию.

35
{"b":"832","o":1}