ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Наградить-то мы наградим, — шмыгнул носом владыка. — Но сперва ты покажи нам этих самых… По знаку Фискиддина сарбазы втолкнули в зал Аламазона и Ишмата. Все внимание обратилось на них. Некоторые, с негодованием показывая на Аламазона, восклицали: «В темницу его!» Ишмат почти не отличался от остальных, и по его адресу выкриков было меньше. Мальчиков подвели к падишаху.

— Так они почти мои ровесники! — заговорил Грязнуля Первый. — И на тебе — лазутчики! Ты… — он ткнул пальцем в Ишмата, — кажешься мне неплохим мальчиком. Почему занимаешься таким делом? Другой работы не нашел, что ли?

Ишмат стоял в замешательстве. Огромное количество снеди привело его в состояние восторга, но страх перед падишахом сковывал его.

— Отвечай, негодяй, хотя ты не стоишь того, чтобы владыка тратил на тебя слова! — крикнул Бурбулит.

— Совсем он не шпион, — вмешался Аламазон, — Вы же видите — ему нравятся ваши порядки, он хочет быть таким же грязным, как и все здесь…

«Эх, пропадай моя голова! — думал он тем временем. — Может, спасу хоть Ишмата».

Ишмат, обрадовавшись спасительной лазейке, которую предложил ему Аламазон, завопил:

— Да, я хочу быть такими, как все здесь! Потому и пришел сюда!

— Значит, вы пришли сюда, потому что услышали обо мне? — с важностью спросил Грязнуля Первый.

— Совершенно верно! — подтвердил Ишмат.

— Вот видите, слава обо мне разносится все дальше и дальше! — горделиво подбоченился юный владыка. — И этот мальчик мне нравится!

Опасаясь, как бы и Аламазон какими-нибудь хитрыми словами не вкрался в милость владыки, Фискиддин Фискал стал кричать на него;

— Ну, а ты, если ты тоже хотел жить в нашей благословенной стране, почему пришел сюда умытым, а? Ты нас не проведешь, подлый чистюля, мы знаем, кто ты таков!

— Я лазутчик, это правда, — чтобы не слышать его визгливого голоса, быстро откликнулся Аламазон.

Начальник тайной службы с облегчением выпрямился и с надеждой посмотрел на Бурбулита.

Понимая, чего от него ждут, Бурбулит попробовал нажать на племянника;

— И этот тоже врет! Он просто более хитрый лазутчик, — воскликнул он, тыча пальцем в Ишмата.

— Нет, дядя, я чувствую — он из нашей породы! — капризно закричал Грязнуля Первый. И он начал задавать Ишмату вопросы:

— Мыться любишь?

— Нет! — чистосердечно ответил Ишмат.

— Вот видите! — еще сильнее обрадовался владыка, — А учиться?

— Тоже нет!

— А вкусное любишь?

— Еще бы!

— Никакой он не шпион! — все более восхищаясь Ишматом, заявил Грязнуля Первый. И он задал последний вопрос:

— А кто я такой?

— Вы… Вы… самый добрый, самый заботливый… окрыленный благосклонными словами, Ишмат готов был целовать этого грязного, в потрепанной чалме и почерневшем халате мальчишку. — Вы… мой старший брат!

— Негодяй! — закричал Бурбулит. — Ты называешь братом того, кто управляет целой страной. Понимаешь ты, что говоришь, пузатый ты голодранец?

— Не трогайте его! — закричал владыка. — Вы видите — бедняга надеется на меня. И он специально прибыл сюда, чтобы во всем подражать мне. За что же его заключать в темницу?

— Как вы милостивы, о властелин!

Бурбулит умел приспосабливаться, он понял, что сейчас нельзя перечить. И он даже заулыбался, глядя, как Грязнуля Первый милостиво протянул руку Ишмату и посадил его по другую сторону трона. Про себя же он решил сделать все, чтобы как можно быстрее стереть этого нового любимца падишаха с лица земли.

— А теперь узнаем планы этого… — владыка кивнул на Аламазона.

— Как его зовут?

— Аламазон, — ответил мальчик.

— С дакиыи целями ты пришел в страну счастливцев, освобожденных от мытья и чистки?

Этот вопрос задал уже начальник тайной службы, который решил, что ему пора приступить к своим обязанностям.

— Чтобы выкрасть нагрудный знак падишаха, — тут же придумал цель Аламазон.

Нагрудный знак — изображение священного осла — сиял на груди юного принца Фонуса, и он невольно тронул его рукой, чтобы убедиться в его целости и сохранности. — Кто поручил тебе это подлое дело?

— Принц Феруз, — без запинки ответил Аламазон. Он решил, что говорить правду этим людям бессмысленно, все равно ему никто не поверит. А придумав легенду о том, что ему поручили выкрасть нагрудный знак, он тем самым получит отсрочку и избежит долгого и унизительного допроса.

Ишмат смотрел на него с удивлением и смущением. Удивлением потому, что не мог понять, зачем Аламазоиу возводить на себя напраслину. Смущался же он потому, что Грязнуля ласково гладил его и всячески выказывал знаки расположения, в то время как к Аламазону отнесся сурово и даже враждебно.

— Как же ты собирался это осуществить? — продолжал допрос начальник тайной службы.

— Ночью пробраться во дворец, а там и в комнату падишаха.

Все окружающие заохали от возмущения.

— Теперь вы поняли, уважаемые, насколько он опасен? — обратился Фискиддин Фискал к окружающим. — Он ведь посягнул на главную реликвию государства — изоб — ражение священного Осла! А тем самым и на власть нашего падишаха, ибо известно, что владыка без священного изображения — это почти и не владыка. Но это еще не все. Ведь если бы он забрался в покои властелина, то что могло бы его остановить? Кто может поручиться, что ему не дано задание… — тут Фискиддин Фискал сделал паузу, чтобы все могли по-настоящему оценить значение его слов, — задание поднять руку на самого Грязнулю Первого!

Придворные закатили глаза от ужаса. Грязнуля Первый завопил;

— В зиндан его! В темницу, и немедленно!

И все подхватили:

— В темницу!

Когда два здоровенных стражника с копьями наперевес вели Аламазона к выходу, Ишмат чуть не расплакался, глядя ему вслед. Хотя именно Аламазон был причиной всех бед, постигших их, потому что затеял это путешествие, Ишмат все равно в глубине души продолжал восхищаться своим отважным другом.

СМЕЛЫЕ ПЕХОТИНЦЫ АЛАМАЗОНА

Сарбазы не очень желали обременять себя лишними трудами. Они не стали возиться с канатной лестницей, а, открыв решетку люка, толкнули пленника вниз. Если бы не куча полусгнившей соломы, мальчик мог бы разбиться. Он с грохотом упал и некоторое время лежал без движений, потом потихоньку пришел в себя.

Темница вполне оправдывала свое название — ничего не было видно вокруг. Аламазон повернулся на бок и стал растирать ушибленную ногу, прислушиваясь.

Чувствовалось, что в темнице он не один. И в самом деле, вскоре раздался голос — оттуда, где сверкали чьи-то глаза.

— Кто ты, эй, несчастный?

Голос был детский, и Аламазон горделиво представился, словно его должны были знать во всем Юлдузстане.

— Смотрите на него! Сам в темнице, а нос — на небе! — снова заговорил тот же мальчишеский голос. — А ну-ка иди сюда. Мне как раз нужно вытереть ноги. Этим хочу сказать, что мы тебе покажем.

— Сначала я вытру свои ноги, — упрямо и спокойно ответил Аламазон. — Теперь кроме глаз он увидел и зубы — они сверкали в темноте, мальчик смеялся.

— Он еще сопротивляется! Если не умеешь приземляться, зачем нужно было летать?

В темнице стало шумно. Привыкнув к темноте, Аламазон увидел, что здесь находятся еще трое невольников. Несмотря на то, что воздух был спертый и душный и кроме соломы на каменном полу ничего не было, держались они бодро. Старший мальчик, который разговаривал с Аламазоном, подошел к нему:

— Ну-ка, давай поборемся — кто сильнее? Я здесь старший, и ты должен это признать.

— Сначала поборемся, — хладнокровно ответил Аламазон. — И я покажу тебе, на что способен мушкетер из Таштака!

Спустя некоторое время противник его лежал на лопатках. Потом он встал, отряхнулся.

— Ладно, признаю твое первенство! Где это ты так научился?

— Расскажу потом, — Аламазон помолчал. Надо присмотреться к ребятам, понять, кто они такие. И он сразу начал это выяснять. — Лучше давай сперва познакомимся!

Ребята согласились охотно. Выяснилось, что старшего из них, который боролся с Аламазоном, зовут Ушастик — за уши, которые у него действительно велики. Двух остальных — Тапочка и Например. А вообще все это не имена, а прозвища, потому что все трое — сироты, бездомные музыканты, которые зарабатывали тем, что играли на свадьбах. Жили они все вместе в брошенной хижине, все, что зарабатывали, делили меж собой. Однажды не выдержали строгого запрета и стали купаться в сас. Тут-то их и накрыли вездесущие сыщики.

13
{"b":"836","o":1}