ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ответное желание
Вигнолийский замок
Дневник моей памяти
Девочка, которая спасла Рождество
Алхимик (сборник)
София слышит зеркала
Прощальный вздох мавра
Моя сестра
Поварская книга известного кулинара Д. И. Бобринского
Содержание  
A
A

Все четверо были в восторге от песни. Они фантазировали без конца — как примут ее люди?

— А давайте назовем наш ансамбль по имени песни, предложил Аламазон, когда песня уже была готова к исполнению. — Ансамбль «Бай-бай-бай». Как?

— Что такое ансамбуль, не понимаю! — пробурчал Тапочка.

— Если музыканты сообща исполняют песню — это и есть ансамбль. Так говорят у нас в Змеиной, — объяснил Аламазон.

Авторитет Аламазона теперь был непререкаем. И когда он изложил план действия, все с восторгом его поддержали.

— Не боитесь? Ведь нас могут схватить и всех казнить! — накануне первого выступления спросил он своих друзей.

— Да что там! — махнул рукой Ушастик. Семь бед — один ответ! Этим хочу сказать, что это за жизнь, которую мы вели!

— Выйдет — так выйдет! — поддержал его Тапочка. — Зачем думать о плохом?

Например кивал головой в знак согласия — он тоже не представлял себе, что может в чем-то не поддержать брата и его друга.

И военные действия начались.

В день, когда во избежание беды главный сыщик Исам Йтту Искабтопар объявил, что шпион и его сообщники утонули в сае и в доказательство предъявил тенниску Аламазона, потерянную мальчиком, когда он полз из темницы, все четверо появились на одном из базаров. Сначала они демонстрировали свои акробатические номера — вот где пригодились тренировки, которые волей-неволей должны были проводиться в заключении! Когда собралось достаточно зрителей, Например стал выбивать на бубне ритм «дака-дут». Когда вступила зурна, запел Ушастик:

Грязнуля Первый — Бай-бай-бай!
Нам запретил Родник и сай.
Но кто из вас Мне даст ответ:
Зачем на грязь Запрета нет?

Сначала зрители осторожно осматривались по сторонам, стояли молча, потом стали улыбаться, перемигиваясь. А песня продолжалась:

Грязнуля Первый — Бай-бай-бай!
Умен иль нет?
Ты угадай! Чалма на нем, Он царь и князь.
Но в голове — Сплошная грязь!

Кто-то из сидящих впереди расхохотался. Люди оживились, послышался смех, он стал переходить в хохот. Ободренные этим, юные музыканты запели громче. Голос Ушастика покрыл всю площадь:

Грязнуле Первому — Вопрос:
Кто вытирает Утром нос?
Палач народа — Бурбулит!
У каждого Душа болит:
Во что народ наш, Негодяй,
Ты превращаешь — Бай-бай-бай!

Когда агенты Главного Сыщика прибежали на площадь, музыканты уже исчезли. И только люди оживленно обсуждали и песню, и все, что в ней было сказано; и смех, который сопровождал это обсуждение, невозможно было запретить!

И хотя число агентов было увеличено вдвое, бродячие музыканты появлялись и исчезали совершенно неуловимо для представителей власти.

Спустя некоторое время эта песня была у всех на устах. И если взрослые еще опасались петь ее и повторять, то дети постоянно мурлыкали «бай-бай-бай», и сам этот припев уже был намеком. Не сажать же всех в темницы только из-за того, что они поют «бай-бай-бай»!

Вскоре о песне стало известно во дворце. Надо было видеть, как бушевал Грязнуля Первый и его придворный визирь, какие строгие меры было предписано принять всем должностным лицам! И хотя были даже казнены два особенно нерадивых сыщика, толку от этого было мало: Аламазон и его друзья были неуловимы, йэурбулит подозревал, что они прячутся в народе, но даже он не знал, сколько юных умов было взволновано тем, что нашлись люди, которые высказали горькую правду и призвали высмеивать правителя и его решения. Вскоре песня Аламазона стала поистине всенародной!

ПИСЬМО, ПРИЗЫВАЮЩЕЕ К ПОДВИГУ

Когда Аламазон, неслышно появившись в хижине, поздоровался с Хумо Хартумом, тот не сразу узнал его зрение у старика сильно сдало за последнее время. Но узнав мальчика, бывший визирь несказанно обрадовался;

— Как хорошо, что ты проведал меня, нашел время. Как же тебе удалось пройти сюда незаметно?

— А что, сыщики приходят сюда? — спросил Аламазон, когда ритуал приветствий был закончен.

— Раз десять за день! В последнее время что-то реже стали появляться, видно, поняли, что здесь тебя не поймать.

— А вас они все-таки не тронули? И за чистоту не преследуют?

— Спасает репутация сумасшедшего, как тебе известно. Правда, Бурбулит меня таким не считает, потому и посылал сыщиков одного за другим. В нашей стране только сумасшедшим и можно быть чистоплотными!

Аламазон, увидев, что старик горестно умолк, решил переменить тему разговора:

— А у меня к вам дело. Мне нужна ваша помощь, господин Хумо.

При этих словах лицо старика просветлело. Наверное, ему тяжело было чувствовать себя немощным, никому не нужным.

— Какая именно помощь тебе нужна?

— Во-первых, подскажите мне имена людей, которые мне могут помочь. Помните, вы говорили, что они готовы бороться и ненавидят Грязнулю Первого?

— Да, конечно. Теперь я могу их назвать, потому что верю тебе. Это люди влиятельные, авторитетные, их слово в народе много значит. Запоминай: изгнанный из Алтыиарая бывший главный казий Нурбек-правдивый, аксакал махалли Драчунов Салам-баба. А остальных тебе подскажут они сами. Главное — их много, гораздо больше, чем предполагают сыщики! Что еще?

— Еще… Подскажите, как выглядят привидения?

— Ты думаешь, я это знаю? В том мире еще пока не бывал!

— Не шутите. Мне это очень нужно!

— Это должен знать Создатель!

— Одну из его ипостасей я привел к вам, — Аламазон махнул в сторону окна, где, стоя на привязи, у окон мирно пасся длинноухий ослик.

— Ты… ты приручил осла?

— Да, я даже ехал на нем. Правда, когда было темно и меня не могли увидеть, — улыбнулся Аламазон. — Это тоже нужно мне для наших общих целей.

— Значит, и то, как выглядит привидение, тоже нужно тебе для дела? — удивился Хумо Хартум.

— А вы думаете, что в такое время можно заниматься баловством? — вопросом на вопрос ответил Аламазон. Привидений боятся все. Вот вы — что, если бы сейчас в хижине появился пророк Мадумар, что бы вы сказали?

— Не знаю, — чистосердечно ответил Хумо Хартум. — Но можно подумать!

Он оживился, угадав намерение мальчугана.

— Ты хочешь изобразить привидение?

— Вот именно.

— Тогда давай вместе подумаем, как именно должен вести себя пророк Мадумар!

…Вечером того же дня ко дворцу подошел мальчуган нищий. Он долго стоял, поглядывая на роскошные, сверкавшие радугой стены дворца, словно кого-То дожидался. Потом дождавшись, когда часовые заэевались, неслышно проскользнул за ворота.

Когда Ишмат вышел во дворикотдыщаться после обильных блюд, облокотился о перила лестницы, к нему неслышно подошел нищий мальчуган.

— Ты — Ишмат-«ишма»? — спросил он.

— Иди своей дорогой! — рассердился Ишмат. — А то, если рассержусь, вон под тем глазом такой фингал поставлю!

— Ты сердишься — значит, ты тот, например, кто мне нужен!

— Что тебе? Денег у меня нет, а еду ищи возле кухни! — Ишмат повернулся, чтобы уйти.

— А если, например, я принес тебе письмо? — тихо сказал мальчуган.

— Какое письмо? — сразу насторожился Ишмат.

В скудном свете он с волнением прочитал строчки, написанные его другом, которого он уже начал считать пропавшим:

«Привет, друг! Наконец наступило время, когда мне нужна твоя помощь. Для того, чтобы мои войска начали боевые действия, нужны вещи, которые здесь достать очень трудно: простыня, скатерть и тому подобное. Мой пехотинец, который вручит письмо, будет у тебя подручным. До встречи! Твой друг Аламазон».

Ишмат был несказанно рад. Жизнь, которую он вел, надоела ему нестерпимо, и только природное безволие удерживало его от того, чтобы не сбежать и от Грязнули Первого, и от придворных, ненавидевших его, как ненавидели они всякого, кто удостаивался милости властелина.

16
{"b":"836","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сестры ночи
Флейта гамельнского крысолова
Код да Винчи 10+
Вне подозрений
Сестры из Версаля. Любовницы короля
Бизнес и/или любовь. Шесть историй трансформации лидеров: от эффективности к самореализации
Вероломная обольстительница
Карлики смерти
Маленькая женщина в большом бизнесе