ЛитМир - Электронная Библиотека

– А что, если я нечаянно прозеваю? – спросил Кармоди.

– Тогда ваши поиски не кончатся никогда. Только вы сами можете узнать свою настоящую Землю. Если же вы не найдете ее среди самых вероятных, будем искать среди просто вероятных, потом – среди менее вероятных, а потом – среди наименее вероятных. Число возможных Земель не бесконечно, но у вас просто жизни не хватит осмотреть их все и опять начать сначала.

– Ну ладно, – неуверенно сказал Кармоди. – Видимо, другого пути нет.

– У меня нет другого способа помочь вам, – подтвердил Сизрайт. – И не думаю, что вообще есть другие способы. Если хотите, я наведу справки в соседней галактической системе. Но это потребует известного времени...

– Боюсь, что времени у меня нет, – вздохнул Кармоди. – Вероятно, мой хищник уже близко. Прошу вас, мистер Сизрайт, приступайте. Посылайте меня на ближайшую из вероятных Земель. И благодарю вас за заботу и терпение.

– Пожалуйста, – легко согласился Сизрайт, явно довольный. – Буду надеяться, что самый первый мир и окажется тем, который вы ищете.

Он нажал кнопку на своем столе. В первый миг ничего не произошло. Но как только Кармоди мигнул, все свершилось. Его доставили на место – прямиком на Землю. Или на точную ее копию.

Часть IV

Какая земля?

Глава 22

Кармоди оказался на опрятной равнине. В синем небе сверкало золотое солнце. Он медленно огляделся. Впереди, в полумиле от него, виднелся небольшой город. Он был построен не в обычной американской манере – с бензоколонками на окраине, щупальцами сосисочных, каймой мотелей и панцирем свалок. Скорее он был похож на итальянский городок, раскинувшийся среди холмов, или же на швейцарскую деревню, которые внезапно возникают перед вами и так же внезапно пропадают – без преамбул и пояснений, сразу являя вам и свой центр, и окраины, и ничего не приукрашивая.

Несмотря на эту чужеродность, Кармоди был все же уверен, что городок американский. И он осторожно двинулся к городу, готовый, чуть что не так, стремительно броситься прочь.

Однако все было в порядке. Город выглядел приветливо, щедро распахивая перед ним свои улицы и радушно улыбаясь широкими витринами. Углубляясь в город, Кармоди обнаруживал все новые и новые приятные места. В центре его поджидала площадь, похожая на итальянскую пьяццу, только поменьше размером. Посреди этой пьяццы был фонтан – мраморная копия мальчика с дельфином. Из пасти дельфина била струя чистой воды.

– Надеюсь, вам нравится? – произнес голос за левым плечом Кармоди.

Кармоди не отпрянул в ужасе. Он даже не повернулся. Голоса, раздающиеся у него за спиной, перестали его пугать. Он даже подумал, что, по-видимому, в Галактике многим нравится обращаться к нему таким образом.

– Очень мило, – сказал Кармоди.

– Я сам построил все это, – продолжал голос. – Мне казалось, что фонтан, несмотря на архаичность концепции, эстетически оправдан. А эта пьяцца со скамьями и тенистыми каштанами – точная копия площади в Болонье. Снова повторю: я не боюсь упреков в старомодности. Истинный художник, как мне кажется, использует все, что считает необходимым, будь оно тысячелетней давности или только вчерашнее.

– Согласен целиком и полностью, – сказал Кармоди. – Позвольте представиться. Меня зовут Томас Кармоди.

Улыбаясь, он обернулся с протянутой рукой, но за левым плечом никого не оказалось, как, впрочем, и за правым. На площади никого не было.

– Извините меня, – произнес голос. – Я не хотел напугать вас. Думал, вы знаете...

– Знаю что? – спросил Кармоди.

– Знаете обо мне.

– Понятия не имею. Кто вы? Откуда говорите?

– Я голос города, – сказал голос. – Или, выражаясь точнее, я и есть город. Говорящий город, говорящий сейчас с вами.

– Неужели? – насмешливо бросил Кармоди. И сам себе ответил: «Да. Полагаю, что это так. Говорящий город? Подумаешь!»

Город так город. Кармоди даже не очень удивился. Ему надоело, по правде говоря. Он уже встречался со множеством существ гигантских размеров, обладающих сверхъестественными способностями. А сколько раз его швыряло из одного конца Вселенной в другой! Силы, твари и воплощения кидались на него со всех сторон, так что временами он даже терял хладнокровие. Кармоди был рассудительным человеком; он понимал, что существует межзвездная иерархия и что человек стоит в ней не слишком высоко. Но гордость у него тоже была. Он считал, что и человек чего-то стоит – и не только для себя самого. Если ты только и делаешь, что охаешь, ахаешь и чертыхаешься, встречаясь со всеми этими инопланетными штуками, то о каком самоуважении можно говорить? А Кармоди не хотел терять самоуважения. Это было то немногое, что у него пока еще оставалось.

И потому он отвернулся от фонтана и спокойно пересек площадь, словно разговаривал с городами каждый день и все это давно ему надоело. Он прошелся по нескольким улицам и проспектам, заглядывая в витрины лавок и рассматривая дома, и немного постоял перед статуей.

– Ну? – спросил город через некоторое время.

– Что «ну»? – тут же отозвался Кармоди.

– Что вы думаете обо мне?

– Вы – о'кей.

– Только о'кей?

– Видите ли, – сказал Кармоди, – город это город. Если знаешь один, то, в сущности, знаешь и все остальные.

– Это не так! – воскликнул город, явно уязвленный. – Я заметно отличаюсь от всех других городов. Я – уникум.

– В самом деле? – Кармоди пожал плечами. – А по-моему, вы выглядите как скопление плохо подогнанных частей. У вас тут итальянская площадь, группа греческих статуй, позднеанглийская готика, нью-йоркский многоквартирный дом старого стиля, калифорнийская сосисочная, похожая на портовый буксир, и бог знает что еще. Что тут уникального?

– Уникальна комбинация всех этих форм в осмысленном ансамбле, – возразил город. – У меня внешнее разнообразие при внутреннем единстве. Эти старые формы вовсе не анахронизмы. Каждая представляет определенный стиль жизни и, как таковая, занимает отведенное ей место в хорошо отлаженной машине для поддержания жизни, каковой является город.

– Это ваше личное мнение, – сказал Кармоди. – Между прочим, есть у вас имя?

– Конечно, есть. Мое имя Беллуэзер [4]. Беллуэзер, штат Нью-Джерси. Не хотите ли кофе, или же сандвич, или свежих фруктов?

– Кофе хорошо бы, – сказал Кармоди и позволил городу проводить себя за угол в кафе на открытом воздухе. Оно называлось «Ну-ка, мальчик!» и было точной копией салуна Веселых Девяностых, с механическим пианино, лампами в стиле Тиффани и канделябрами из граненого стекла. Там было очень чисто, как и повсюду в этом городе, но людей не было совсем.

– Прекрасная обстановка, как по-вашему? – спросил город.

– Походная, – сказал Кармоди. – Годится, если вам нравится такой стиль.

Поднос из нержавеющей стали с дымящейся кружкой «капуччино» сам собой опустился на стол.

– По крайней мере, обслуживают здесь хорошо, – добавил Кармоди и отхлебнул кофе.

– Хорошо? – спросил город.

– Да, очень.

– Я горжусь своим кофе, – заявил Беллуэзер. – И своей кухней тоже. Не хотите ли чего-нибудь? Омлет, например, или суфле?

– Нет, спасибо, – отрезал Кармоди. И, откинувшись на спинку стула, спросил: – Так что, вы – образцовый город?

– Да, имею честь быть таковым, – сказал Беллуэзер. – Я новейшая, самая последняя модель и, надеюсь, наилучшая. Я был спроектирован объединенной исследовательской группой Йельского и Чикагского университетов, которую финансировал фонд Рокфеллера. Детальной проработкой занимался в основном Массачусетский технологический институт, хотя отдельные участки меня были выполнены в Принстоне и в «Рэнд Корпорейшен». Главным подрядчиком была компания «Дженерал Электрик», а деньги пожертвовал фонд Форда, а также другие организации, называть которые я не имею права.

– Интересная история, – заметил Кармоди с деланным безразличием. – Вон там, через дорогу, готический собор, да?

вернуться

4

» Беллуэзер» означает «хорошая погода» (Яснопогодск). – Прим. пер.

24
{"b":"83852","o":1}