ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, готический, целиком и полностью, – подтвердил Беллуэзер. – Но он межконфессиональный, открыт для верующих любой религии. Вместимость – триста посадочных мест.

– Не так уж много для такого здания.

– Конечно. Но я хотел соединить благоговение с комфортом. Людям это нравится, – возразил город.

– А где, между прочим, люди? – поинтересовался Кармоди. – Я никого не видел.

– Они ушли, – скорбно сказал город. – Все меня покинули.

– Почему?

Беллуэзер помолчал, а затем через силу выговорил:

– Произошел разлад в отношениях города с горожанами. Непонимание или несчастливая цепь недоразумений. Подозреваю, что здесь и подстрекатели приложили руку.

– Но что именно произошло?

– Не знаю. В самом деле не знаю, – сказал Беллуэзер. – Однажды они все ушли. Именно так! Но я надеюсь, что они вернутся.

– Возможно, – согласился Кармоди.

– Я уверен, что вернутся, – сказал город твердо. – Между прочим, почему бы и вам не остаться здесь, мистер Кармоди?

– Мне? Я как-то не думал об этом...

– Вы, похоже, устали от путешествий. Уверен, вам надо отдохнуть.

– Да, постранствовал я немало, – вздохнул Кармоди.

– Может быть, вам у меня понравится, – сказал Беллуэзер. – Во всяком случае, у вас будет уникальный опыт: самый современный город в мире, и весь к вашим услугам.

– Звучит заманчиво, – протянул Кармоди. – Я должен подумать.

Образцовый город Беллуэзер его заинтересовал, но он все же никак не мог избавиться от тревожных мыслей. Ему хотелось точно знать, что именно здесь случилось и почему все жители покинули город.

Глава 23

По настоянию Беллуэзера Кармоди провел эту ночь в роскошном номере для новобрачных отеля «Король Георг V». Спал он до утра и проснулся в хорошем настроении, бодрым и отдохнувшим. Его мозг давно требовал передышки.

Беллуэзер сервировал ему завтрак на террасе и, пока Кармоди насыщался, исполнял веселый квартет Гайдна. Воздух был восхитителен; без пояснения Беллуэзера Кармоди так бы никогда и не догадался, что он кондиционированный. Температура и влажность были идеальны. С террасы открывался превосходный вид на западный квартал Беллуэзера – прелестное нагромождение китайских пагод, венецианских мостиков, японских каналов (в центре – зеленый холм), древнегреческого храма (коринфский ордер), автостоянки, норманнской башни и многого другого.

– Прекрасный тут у вас вид, – похвалил Кармоди.

– Я рад, что вам нравится, – тут же отозвался город. – Стиль был предметом многочисленных дискуссий, которые велись со дня моей закладки. Одна группа зодчих стояла за единство стиля – гармонию форм, слитых в гармоническое целое. Но это уже было! Образцовых городов такого типа довольно много, но все они однообразны и скучны. Создавал их один человек или несколько, все равно в них нет жизни. Они и на города-то не похожи.

– Но вы и сами до некоторой степени искусственны, – возразил Кармоди.

– Конечно! – согласился город. – Но я и не претендую ни на что другое. Я не фальшивый город будущего и не какой-нибудь псевдофлорентийский ублюдок. Я – конгломерат. Я должен интересовать, волновать и вместе с тем быть практичным и функциональным.

– Для меня вы – о'кей, – констатировал Кармоди. – А что, все образцовые города разговаривают, как вы?

– Нет, – ответил Беллуэзер. – До сих пор другие города не могли произнести ни единого слова. Но их жителям это не нравилось. Им не нравились города, которые делают свое дело безмолвно. Молчаливый город кажется слишком огромным, слишком властным и бездушным. Вот почему я был создан с искусственным интеллектом.

– Понимаю, – согласился Кармоди.

– Хорошо, что вы поняли. Искусственное сознание персонифицирует меня, что очень важно в эпоху всеобщего обезличивания. Оно делает меня истинно отзывчивым и позволяет творчески подходить к потребностям потребителей. Мы можем вести дискуссии – я и мои жители можем благодаря постоянному диалогу помогать друг другу в создании истинно жизнеспособной городской среды. Можем совершенствовать друг друга, не теряя при этом индивидуальности.

– Звучит превосходно, – сказал Кармоди. – Но, к сожалению, вам здесь не с кем вести диалог.

– Это единственная брешь в схеме, – согласился Беллуэзер. – Но сейчас у меня есть вы.

– Да, у вас есть я, – повторил Кармоди. И удивился, почему эти слова звучат неприятно.

– А у вас, само собой разумеется, есть я, – подхватил Беллуэзер. – Отношения должны быть взаимными. А теперь, дорогой Кармоди, позвольте показать вам меня. Потом мы сможем заняться вашим поселением и унификацией.

– Чем-чем?

– Я неудачно выразился, – тут же поправился Беллуэзер. – Это такой научный термин. Вы же понимаете, что взаимные отношения требуют и взаимных обязательств. Иначе и быть не может, ведь так?

– Но ведь отношения могут строиться и на принципе невмешательства?

– Мы стараемся уйти от этого, – сказал Беллуэзер. – Невмешательство – это доктрина эмоций, знаете ли, которая ведет прямой дорогой ко вседозволенности. А сейчас, если вы пройдете сюда...

Следуя совету Беллуэзера, Кармоди отправился осматривать его достопримечательности. Он посетил электростанцию, очистные сооружения и предприятия легкой промышленности. Побывал в детском парке и доме престарелых. Обошел музей и картинную галерею, осмотрел концертный зал, театр, кегельбан, бильярдную, автотрек и кинотеатр. Он устал, натер ноги и хотел было остановиться, но Беллуэзер настаивал на полной самодемонстрации. Кармоди пришлось осмотреть пятиэтажное здание «Америкэн Экспресс», португальскую синагогу, статую Бэкминстера Фуллера, автовокзал «Грейхаунд» и многое другое.

Наконец экскурсия закончилась. Кармоди пришел к выводу, что чудеса образцового города не лучше и не хуже чудес Галактики. Поистине, красотой наслаждаются глаза, но достается от этого ногам.

– Как насчет небольшого завтрака? – спросил Беллуэзер.

– Превосходно!

Его проводили в модное кафе «Рошамбо», где он начал с «потаж о пти фуа» и закончил печеньем «пти фур».

– Не хотите ли чудесного сыра грюйер? – спросил Беллуэзер.

– Нет, благодарю вас, – сказал Кармоди. – Я сыт. По правде говоря, я немного переел.

– Но сыр не отягощает желудок. Камамбер хотите?

– Я не могу больше есть.

– Фрукты, может быть? Фрукты освежают нёбо.

– Спасибо, мое нёбо не нуждается в освежении.

– По крайней мере, хотя бы яблоко? Грушу? Кисть винограда?

– Спасибо, нет.

– Парочку вишенок?

– Нет, нет, нет!

– Трапеза не закончена без фруктов, – настаивал Беллуэзер.

– Моя трапеза закончена, – сказал Кармоди.

– Только во фруктах есть некоторые важные витамины.

– Придется обойтись без них.

– Может быть, половинку апельсина? Я сам очищу... Цитрусовые не занимают никакого места в желудке.

– Я не могу больше есть.

– Ну хотя бы дольку? Я выберу все косточки.

– Решительно нет!

– Вы бы меня успокоили, – настаивал Беллуэзер. – Я запрограммирован на завершенность, а никакая еда не завершена без фруктов.

– Нет! Нет! Нет!

– Хорошо, только не волнуйтесь, – уступил Беллуэзер. – Если вам не нравится мое угощение, так тому и быть.

– Но мне все нравится!

– Если нравится, то почему вы не хотите фруктов?

– Ладно, – сказал Кармоди. – Дайте мне винограда.

– Я не хотел бы заставлять вас...

– А вы и не заставляете. Дайте, пожалуйста!

– Вы уверены, что вам хочется?

– Давай же! – закричал Кармоди.

– Берите.

И Беллуэзер сотворил чудесную гроздь мускатного винограда. Кармоди съел все. Виноград был очень хорош.

– Извините. Что вы делаете? – спросил Беллуэзер.

Кармоди выпрямился и открыл глаза.

– Я вздремнул. Что тут плохого?

– Плохого ничего. Это так естественно.

– Спасибо! – сказал Кармоди и закрыл глаза снова.

– Но какой же сон сидя? – не успокаивался Беллуэзер.

25
{"b":"83852","o":1}