ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь Майкл сидит в шезлонге и неотрывно смотрит на Евгению. Она сорвала у озера несколько ирисов и приспосабливает их в вазу, собственноручно изготовленную из полиэтиленовой бутылки. Собственно, Майкл по её заказу отрезал ножом у бутылки верх, а она устлала внутренность будущей вазы цветной бумагой, вытащенной из пачки с печеньем. Ваза получилась оригинальной, но это вовсе не повод вот так смотреть на нее, открыв рот.

- Может, я делаю что-нибудь не так? - улучив минутку, спрашивает она у Маши. - Не надо было соглашаться на поцелуй, да?

- Он тебя просто изучает. В Америке сейчас в ходу лозунг: "К двухтысячному году каждому холостому американцу - по русской жене!"

- Ты шутишь, Маша, да? Это шутка такая? - передразнивает она Майкла и вздыхает: опять у неё начинаются проблемы!

Глава девятнадцатая

В пятницу звонит Нина Аристова.

- Добрый вечер, Женя, мой муж случайно не у тебя?

Евгения чуть не задыхается от возмущения. Уж не считают ли эти Аристовы, что снимают у неё квартиру для своих семейных нужд?!

- Почему он должен быть у меня, Нина?

- Пожалуйста, извини, я наверное тебе надоела, - просит Нина, почувствовав злость в её голосе. - Но он ушел хлопнув дверью, второй день дома не показывается, и никто нигде его не видел. Вот и звоню на всякий случай ко всем нашим знакомым.

- Вы поссорились?

- В последнее время у нас это происходит постоянно, так что удивительнее, когда мы миримся.

- Не обижайся, что я на тебя так наехала, - кается Евгения, - но в последнее время на меня тоже навалились неприятности. Каждый день жду какую-нибудь гадость. Уже нервы сдают...

- Я понимаю, - медленно произносит Нина. - Значит, ты Аристова не видела?

- По крайней мере, с последней субботы, когда он ночевал у меня. Но об этом ты и сама знаешь... А я должна была с ним увидеться?

- Я считала, - в трубку слышно, как Нина мучительно подбирает слова, глупо говорить об этом мне, раз Толя молчит... Я чувствую себя виноватой во всем... Словом, он признался мне, что любит тебя!

Против ожидания Евгения вполне спокойно воспринимает слова Нины подумаешь, признался! Велика заслуга! В ситуации, которая сложилась сейчас в семье Аристовых, такое откровение выглядело, по меньшей мере, несерьёзно. Вон и сама Нина повторяет его слова неуверенно - и на слух они отдают дешёвым театром. Чтобы проверить свою догадку - змея вы, Лопухина! - она как бы размышляет вслух:

- А ты не думаешь, что он сказал эти слова тебе в отместку? За Романа. За сыновей. За твою измену...

- Но я ему не изменяла! - отнекивается Нина слишком поспешно и эмоционально, чтобы это было правдой. - А насчёт его любви пожалуй, так и есть: сказано мне назло. По крайней мере, раньше за ним я ничего подобного не замечала!

"А что ты вообще видела, кроме себя? Ну, может, своих сыновей. А мужа не видела и не хотела видеть! Он тебя раздражал тем, что пытался рассказать о своих делах, заставить тебя сопереживать... Кажется, поговорка: не делай добро, не получишь зло - в случае с Толяном приобрела особый смысл. За содеянное добро он получил жену, в его любви не нуждающуюся!"

В голосе Нины Евгения с удивлением ловит нотки разочарования. Аристов, влюблённый в другую женщину, устроил бы её куда больше, чем Аристов, ею брошенный. Никто не хочет выглядеть в глазах общественности человеком непорядочным. А как бы хорошо все устроилось: Нина не просто уходит от Толяна к другому мужчине, а уходит потому, что он любит другую. Факт, её уже не осуждали бы, а жалели...

- Ты с отцом Ярослава видишься? - спрашивает Евгения.

Нина, однажды разоткровенничавшись, постепенно сделала её как бы своей наперсницей. Сама не зная, она дает в руки Евгении мощное оружие против Аристова. Одно дело, когда его недомолвки выглядят загадочно, другое когда им можно найти объяснение.

Опять она озлобляется: с чего, спрашивается, интересоваться тем, что ей неинтересно!? Не имея возможности завоевать любовь жены, Толян свои чувства перенес на детей. Он никогда не уставал возиться с ними. Ее Никита души не чаял в дяде Толяне. А теперь? Нина заберет обоих сыновей - кстати, Ярослав носит не только фамилию Аристова, но и его отчество - и уйдет к человеку, из-за которого в свое время полезла в петлю! Что она там говорит?

- Конечно, я с Романом вижусь. Представляешь, он понял, какую ошибку совершил когда-то! Оба моих сына могли быть его сыновьями! Он готов полюбить Сашу так же, как и Ярослава...

Вот как! Она уже все решила. Чего ж тогда волноваться о Толяне? Чтобы успокоить свою совесть?

- Может, он на дачу уехал? - высказывает она предположение.

- Вполне вероятно, - охотно соглашается Нина.

- Найдется, не переживай! Сообщи мне, если будут новости.

- Обязательно. Я позвоню.

Евгения вешает трубку. Ничего с этим Аристовым не случилось, решает она. И вообще, стоит ли забивать голову чужими проблемами, когда у неё своих хватает?!..

Уже второй раз она оказывается невольным свидетелем - вернее, слушателем - разговора, который предпочла никогда бы не слышать.

В тот день она работала в кабинете президента фирмы. В последнее время иногда он сам предлагал Евгении делать это в его отсутствие. Так получилось, что вся документация по строящимся объектам "Евростройсервиса" сосредоточилась в многочисленных шкафах, которые по каталогу заказали в специализированной фирме для кабинета президента.

Педантичная Варвара, в отличие от многих других секретарш имеющая за плечами строительный колледж, вникла в обилие небрежно сваленных документов, разобрала их по принадлежности и составила прямо классический каталог. Теперь с разрешения Валентина Дмитриевича в его шкафах можно было легко найти любую бумагу.

Евгения продуктивно работала, пока не наткнулась на один документ, требовавший пояснения. Шефа не было, и она решила позвонить в кабинет заму.

Если у самой Евгении на столе стоял довольно сложный телефонный аппарат, то у шефа в кабинете был целый производственный компьютер. Видимо, Валентин Дмитриевич и сам не сразу его освоил, потому что около некоторых кнопок белели приклеенные скотчем крохотные бумажки, подсказывающие их назначение.

67
{"b":"83984","o":1}