ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Шолян Антун

Итоги опроса

Антун Шолян

Итоги опроса

Перед дверью стоял парень в тонкой прорезиненной куртке. Шея его была до подбородка замотана шарфом, кривоватые ноги в потертых джинсах закоченели от холода. Левой рукой он, будто ребенка, прижимал к себе прозрачную целлофановую папку, а в правой держал наготове карандаш, словно его немедленно надо было насытить информацией.

Катарина же левой рукой придерживала полуоткрытую дверь своей теплой квартирки, а правой - распахнувшийся на пышной, теплой груди халатик.

- Простите, пожалуйста, - проговорил молодой человек, стараясь не стучать от холода зубами. - Я - из журнала "Женщина и мир". Мы проводим опрос... я имею в виду наш журнал... что привлекает современную женщину в мужчине. И наоборот. Я был бы очень благодарен, если бы вы смогли... всего одну минутку... одну минутку...

Однако и эти двери, как и все остальные до них, стали перед ним неумолимо закрываться.

- Некогда мне, - бросила Катарина в щель, которая быстро сужалась. Только что пришла с работы. Еще не ела. Как-нибудь в другой раз.

- Всего несколько вопросов, - настаивал он. В его голосе послышалась просительная нотка. - Только пять-шесть простых, легких вопросов. - Рука с карандашом робко, но с некоторой настойчивостью ухватилась за дверь, может быть, правда, оттого, что пришедший едва держался на ногах.

Позади Катарины, поверх ее растрепанных волос, можно было рассмотреть типичную для городских новостроек квартирку: крохотная, в квадратный метр, прихожая, уголок чистой, теплой кухоньки, откуда распространялся запах стоящего на столе свежесваренного кофе, освещенную лучами зимнего солнца клетчатую скатерть. Аромат кофе смешивался с исходящим от Катарины запахом шампуня, которым она, вернувшись с работы, вымыла волосы.

- Нет, нет, простите, не могу, - отнекивалась Катарина.

- Вообще-то я студент, - с отчаянием в голосе сообщил пришедший. - Из студенческого бюро услуг. Мне вдруг повезло... вот, получил работу. А сегодня на улице так холодно. И никто не хочет отвечать на вопросы. Будто никого не интересует, что в наше время женщинам нравится в мужчинах. И наоборот. Я еще не заполнил ни одного листа. - В доказательство он тщательно отточенным карандашом указал на первый, белый листок в папке.

Катарина как-то беспомощно глянула на белую чистую страничку, которая словно взывала к ней, потом на устремляющегося в ее теплую квартиру молодого человека. Замерзшее лицо, слезящиеся глаза и красные уши делали его еще более некрасивым. Куртка на нем была без подстежки: от холода он весь съежился и оттого казался особенно тощим.

- Ну ладно, - неуверенно произнесла Катарина, - так и быть. Заходите, выпейте чашечку кофе... Я как раз... вот сюда, на кухню...

Просиявший от благодарности студент сел за стол, положил папку и, подышав на застывшие пальцы, с признательностью принял из рук Катарины чашку. Катарина, ощущая удовольствие от его благодарности, уселась по другую сторону стола, напротив него. На фоне залитой солнцем балконной двери он представлялся темным силуэтом.

- Я только не хотела бы, чтобы мое имя... появилось в этом вашем журнале, - сказала Катарина. - Люди меня засмеют. Я и секс, боже мой!

- Опрос анонимный. Вы можете мне полностью доверять. Меня зовут Младен, - изо всех сил старался расположить ее к себе молодой человек, словно одно его имя могло послужить гарантией соблюдения тайны. В тепле он постепенно отходил: размотал шарф, расстегнул куртку.

- По правде говоря, - начала Катарина, - понятия не имею, что именно мне нравится в мужчинах. Иногда - одно, иногда - другое.

- Я имею в виду, на что вы прежде всего обращаете внимание - когда кого-нибудь... ну, оцениваете, что ли... ну, знакомитесь... то есть на какие физические особенности. Мужчины, например, смотрят у женщин на ноги, на грудь, на бедра, на всякое такое...

Младен посмотрел "на всякое такое" у Катарины. Катарина невольно улыбнулась и еще плотнее зажала халатик на груди. Впервые с начала их разговора она почувствовала, что находится у себя дома наедине с незнакомым мужчиной.

- Да... не знаю, - все так же неуверенно ответила она.

- Я вам помогу... наводящими вопросами, - сказал Младен, продолжая впиваться взглядом в складки ее халатика, словно именно под ним скрывалось множество наводящих вопросов.

- Например, как вы относитесь к физической силе? Я имею в виду привлекают ли вас в мужчине бицепсы, крепкое телосложение?

- Да по правде сказать я... я не знаю.

- Вам, конечно, больше нравятся мужчины высокого роста?

- Пожалуй, иногда, но...

- Я думаю, высокие?

- Ну, не обязательно...

Младен нахмурился, что-то забормотал, словно запоминая важные сведения, которые ему с большим трудом удалось, наконец, получить, и нацарапал какой-то таинственный иероглиф на листе из папки. Пока он писал, Катарина тоже кое-что отметила: его узкие плечи, нездоровый цвет лица, худые руки, плохие зубы.

- А кофе у вас просто отличный, - проговорил он, отхлебнув глоток. Половой член?

- Да бросьте вы, - захихикала она.

- Ну, какой вам больше нравится. По величине - длина, объем и тому подобное?

- За кого вы меня принимаете? - обиделась Катарина. - Можно подумать, что я их так много видела... что могу сравнивать!

Младен стал оправдываться научным подходом.

- Опрос рассчитан на определенный возраст, на женщин, уже приобретших некоторый опыт. Имеются в виду работающие женщины от двадцати двух лет и старше.

- Да это просто глупости, - рассмеялась Катарина.

Младен добросовестно что-то записывал. Вполне возможно дословно "это просто глупости". А может, только делал вид, что пишет - просто водил карандашом по бумаге.

- Как вы, например, относитесь к стеатопигии? Отрицательно?

- У кого как, - сказала Катарина, которая понятия не имела, что такое стеатопигия и тем более как она к ней относится. Но ответила решительно, даже с раздражением: слишком беспардонным ей казалось то, что этот мальчишка таким образом выявляет ее неискушенность.

- Представьте себе человека, - не отступал Младен, - вам дорогого и близкого. Ну мужа... или друга... кого-то в этом роде.

- Нет у меня ни мужа, ни друга.

1
{"b":"84003","o":1}