ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но она даже ответить не пожелала. Вместо нее ответил кто-то из прислужниц:

- Господин министр просил не проявлять излишней торопливости. Госпожа впервые посетила Высочайшие покои и должна оставаться здесь столько, сколько пожелает Государь. Уехать можно будет только тогда, когда он соизволит отпустить госпожу. К тому же столь внезапный отъезд будет явным нарушением приличий.

Раздосадованный, Удайсё остался во Дворце:

- А ведь я столько раз предупреждал ее. Увы, мир неподвластен желаниям...

Принц Хёбукё тоже прислуживал в тот день Государю, но, пребывая в крайне рассеянном состоянии духа, то и дело устремлялся мыслями в покои Найси-но ками и, наконец, не выдержав, написал к ней.

Письмо принесли из караульни, где в то время находился Удайсё, поэтому госпожа Найси-но ками с трудом принудила себя его прочесть.

"В далеких горах

Сидят, крылом прижимаясь к крылу,

Пташки на ветке...

До сих пор никогда не бывала

Мне так ненавистна весна... (55)

Издалека прислушиваюсь к их щебету..."

Госпоже Найси-но ками стало жаль принца, лицо ее залилось густым румянцем. Но вправе ли она была отвечать? Пока она медлила в нерешительности, в покои ее пожаловал Государь.

Его лицо, залитое ярким лунным светом, было невыразимо прекрасно. Сходство же с Великим министром оказалось настолько разительным, что Найси-но ками просто не верила своим глазам: "Неужели в мире может быть еще один такой же человек?" Она знала, что Великий министр питает к ней самые искренние чувства, но слишком многое в их отношениях удручало ее, тогда как теперь...

Ласково пенял ей Государь за то, что воспротивилась она его желаниям. Она же, не смея взглянуть на него, молчала, спрятав лицо за веером.

- Меня удивляет и печалит ваше молчание, - сказал Государь. - Я надеялся, что сумел заслужить вашу признательность, но вы ведете себя так, будто вам ничего не известно. Должен ли я считать подобное равнодушие свойством вашей натуры?

Этот лиловый цвет2

Не для меня, я знаю.

Отчего же тогда

Я позволил ему проникнуть

В свое сердце так глубоко?

Неужели более густой оттенок не для нас?

Юная красота Государя привела Найси-но ками в такое замешательство, что она лишилась дара речи, и, только подумав: "Ведь он ничем не отличается от Великого министра", немного успокоилась и ответила ему.

Очевидно, этой песней она хотела поблагодарить Государя за то, что ей, недостойной, было пожаловано столь высокое звание...

- Неведомо мне,

Значенье лилового цвета.

Знаю одно:

Безгранично милостив тот,

Кто платье мое окрасил.

Надеюсь, что у меня еще будет возможность доказать вам свою признательность...

- Не считаете ли вы, что теперь слишком поздно говорить о чем-либо подобном? - улыбаясь, сказал Государь. - Жаль, что рядом нет человека, которому я мог бы высказать свою душу и который сумел бы рассудить нас...

"Пожалуй, лучше вести себя более сдержанно, раз даже Государь подвержен обычным для мужчин этого мира слабостям", - решила Найси-но ками и приняла церемонный вид, так что Государю, все попытки которого сделать беседу более непринужденной оказались безуспешными, решительно ничего не оставалось, как только тешить себя надеждой на отдаленное будущее. "Пройдет время, и она несомненно привыкнет", - думал он.

Услыхав о том, что Государь изволил посетить Найси-но ками, Удайсё окончательно лишился покоя и снова стал торопить ее с отъездом. Впрочем, она и сама не хотела задерживаться, опасаясь, что дальнейшее пребывание во Дворце может иметь весьма неприятные для нее последствия. Выдумав убедительные основания для отъезда и прибегнув к содействию своего хитроумного отца, министра Двора, она в конце концов добилась разрешения Государя.

- Что ж, вы не оставляете мне иного выхода, - изволил сказать Государь. - Не разреши я вам уехать, супруг никогда больше не отпустит вас во Дворец. Признаюсь, мне тяжело расставаться с вами. Надеюсь, вы помните, что я первый обратил на вас внимание, но, к несчастью, позволил другому опередить себя и теперь поневоле вынужден считаться с ним. Право, я мог бы напомнить вам случай, происшедший в древности с одним человеком... (514)

Он казался искренне огорченным. Красота Найси-но ками превзошла все его ожидания, и он чувствовал себя несправедливо обиженным: ведь даже если бы она никогда не занимала его мыслей, ему было бы тяжело расставаться с ней... Однако, опасаясь, что излишняя пылкость может оттолкнуть ее, Государь ограничился заверениями в неизменном расположении и, как мог, постарался завоевать ее доверие. Однако госпожа Найси-но ками только смущалась, думая: "Мы сами не знаем, кто мы..." (514)

Государь изволил покинуть ее покои лишь тогда, когда носилки были поданы и приближенные всех ее покровителей суетились, готовясь к отъезду, а Удайсё с озабоченным видом ходил туда-сюда, явно недовольный задержкой.

- Право, тяжело иметь столь сурового телохранителя, - сердито сказал Государь. 

Если вдруг перед взором

Девятислойный встанет туман,

Разве смогу

Наслаждаться хотя б иногда

Ароматом цветущей сливы?

В его песне не было ничего особенного, но вполне можно предположить, что госпоже Найси-но ками она очень понравилась, ибо она видела перед собой пленительную фигуру Государя.

- О, как мечтал я провести сегодняшнюю ночь "среди цветов" (254). Впрочем, нетрудно понять и этого человека, не желающего уступить мне ни одного цветка. Как же мне теперь сообщаться с вами? - сокрушался Государь, и, чувствуя себя виноватой перед ним, Найси-но ками ответила:

- Быть может, когда-нибудь

К тебе быстролетный ветер

Принесет аромат

Этой сливы. Но разве в твоем

Саду не душистей цветы?

Все же ей явно не хотелось уезжать, и растроганный Государь то и дело оглядывался, покидая ее покои.

Удайсё собирался прямо из Дворца перевезти супругу к себе, но никому не открывал своих намерений, опасаясь, что Великий министр не даст своего согласия.

- Я немного простудился и предпочел бы провести несколько дней в своем доме, где чувствую себя свободнее, а поскольку мне не хотелось бы разлучаться с госпожой... - почтительно объяснил он и поспешил перевезти Найси-но ками к себе.

90
{"b":"84152","o":1}