ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Отечественное объединение русских евреев за границей опубликовало в 1923 г. обращение «К евреям всех стран!», в котором говорилось: «Непомерно рьяное участие евреев-большевиков в угнетении и разрушении России – грех, который в себе самом носит уже возмездие, ибо какое может быть большее несчастье для народа, чем видеть своих сынов беспутными, – не только вменяется нам в вину, но и толкуется как проявление нашей силы, как еврейское засилье. Советская власть отождествляется с еврейской властью, и лютая ненависть к большевикам обращается в такую же ненависть к евреям. Вряд ли в России остался еще такой слой населения, в который не проникла бы эта не знающая границ ненависть к нам. И не только в России. Все, положительно все страны и народы заливаются волнами юдофобии, нагоняемыми бурями, опрокинувшей Русскую державу. Никогда еще над головой еврейского народа не скоплялось столько грозовых туч».

«Грозовые тучи» принесли горе еврейскому народу не вследствие мести русских людей за деяния Троцкого или других евреев-комиссаров, а в результате разгула юдофобии за пределами России. Эти «волны юдофобии» были порождены мифом о «красном терроре», который был взят на вооружение во многих странах мира. Стремление остановить повторение ужасов Советской власти, о которых наперебой твердили все белоэмигранты и петлюровцы, стало благодатной почвой для появления массовых антисемитских и антикоммунистических политических движений в странах Западной Европы. Парадоксальным образом мифологизированная фигура Троцкого, желание многих евреев увидеть в нем вождя «красного иудаизма», громящего своих извечных врагов, дали жизнь самой страшной угрозе для еврейского народа за многие века его существования. Лозунг освобождения России от еврейской власти стал также прикрытием для подготовки нападения на Советскую страну.

ПОД ЛОЗУНГОМ МИЛИТАРИЗАЦИИ ТРУДА

Хотя в Советской стране не исключали возможности новых попыток иностранной интервенции, под влиянием побед в Гражданской войне были широко распространены иллюзии относительно скорого революционного взрыва в других странах капитализма. Ошибочная телеграмма, полученная в разгар IX съезда партии, дала основание Бухарину заявить с трибуны съезда, что в Германии началась революция и делегаты шумно приветствовали это несостоявшееся событие. Другое ложное сообщение из Швейцарии о якобы начавшейся там революции было опубликовано в «Правде» под заголовком «Давно пора!». Склонность оперировать утопическими лозунгами проявлялась и в рассуждениях многих руководителей относительно решения хозяйственных проблем страны. Время построения коммунистического общества оценивалось в 10—15 лет. На IX съезде РКП(б) Троцкий не исключал «возможности, что мы перейдем к более или менее развитому социалистическому хозяйству в течение 3-4-5 лет».

Победы в Гражданской войне убеждали многих советских руководителей в том, что для осуществления подобных же успехов в экономике страны необходимо сохранять и развивать те чрезвычайные методы организации хозяйственной и социальной жизни, сложившиеся в 1918—1920 годах и получившие название «военного коммунизма». Некоторые из советских руководителей даже пытались теоретически обосновать увековечение и развитие методов «военного коммунизма» на все время построения социалистического, а затем коммунистического общества.

Наиболее полным теоретическим обоснованием «военного коммунизма» явилась книга Н.И. Бухарина «Экономика переходного периода», в которой он утверждал, что «пролетарское принуждение во всех своих формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью… является методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи».

Свой вклад в теоретическое обоснование «военного коммунизма» внес и Троцкий. 16 декабря 1919 года, когда Красная Армия продолжала идти за отступавшими белыми армиями к югу, Троцкий представил в ЦК партии свои тезисы о переходе к мирному строительству, которые вскоре были опубликованы Бухариным в «Правде». В течение последовавшего года Троцкий подготовил целый ряд документов и произнес немало выступлений, выдвигая свою программу социалистического строительства на основе методов военного коммунизма.

В тезисах «О мобилизации индустриального пролетариата, трудовой повинности, милитаризации хозяйства и применении воинских частей для хозяйственных нужд» Троцкий объявлял: «В переходной стадии развития в обществе, отягощенном наследием самого тяжкого прошлого, переход к планомерно организованному общественному труду немыслим без мер принуждения как в отношении к паразитическим элементам, так и в отношении к отсталым элементам крестьянства и самого рабочего класса. Орудием государственного принуждения является его военная сила». Троцкий призывал отбросить «старую буржуазную аксиому, которая стала предрассудком, о том, что принудительный труд непроизводителен». «Мы говорим, – объявлял он, – это неправда, что принудительный труд при всяких условиях непроизводителен».

Возможно, вспоминая о том, как однажды его бронепоезд застрял в снегу на Урале и никто в течение многих часов не приходил к нему на помощь, Троцкий заявлял: «Если надо будет двинуть для очистки снега тысячу рабочих, то это будет сделано организованным путем, а не так, как это делается теперь, когда проводится мобилизация через волости, довольно спутанным порядком». Видимо, Троцкий полагал, что для предотвращения в будущем подобных неприятностей с его бронепоездом следовало вооружить трудящихся твердыми представлениями о враждебности природы: «Надо, чтобы каждый рабочий, каждая крестьянка знали естественный физический мир, который нас окружает, и силы, которые не всегда благоприятны. Развитие наше идет в борьбе с этими силами, в подчинении их».

Однако Троцкий не хотел дожидаться того момента, когда «каждый рабочий, каждая крестьянка», осознав враждебность стихии к бронепоезду предреввоенсовета, двинется стройными рядами для очистки путей, занесенных снегом. Он писал: «Мы не можем дожидаться, пока каждый крестьянин и каждая крестьянка поймет! Мы должны сегодня заставить каждого стать на то место, на котором он должен быть».

Место каждого рабочего и каждой крестьянки должна была определить партия. Различные классы и социальные слои России, утверждал Троцкий, «увидели одну партию, которая ясно знает, чего она хочет, которая говорит то, что она хочет, в полную меру своего голоса и железную волю применяет для того, чтобы осуществить на деле то, что она хочет». Что же касается тех, кто не желал быть «перебрасываем, назначаем и командируем» или не хотел подчиняться воле партии, то им Троцкий посвятил целый раздел «Трудовое дезертирство» в проекте резолюции IX съезда «Очередные задачи хозяйственного строительства». Отмечая, что «значительная часть рабочих в поисках лучших условий продовольствия, а нередко и в целях спекуляции, самовольно покидает предприятия и переезжает с места на место», Троцкий видел «одну из насущных задач Советской власти… в планомерной, систематической, настойчивой, суровой борьбе с трудовым дезертирством, в частности, путем публикования штрафных дезертирских списков, создания из дезертиров штрафных рабочих команд и, наконец, заключения их в концентрационный лагерь». Позиция Троцкого явно соответствовала взглядам большинства в ЦК и на съезде, поскольку этот текст дословно был повторен в тезисах ЦК, а затем в резолюции съезда.

В качестве образца для организации трудовой деятельности Троцкий предлагал «трудовые армии». В превращении 3-й армии в Первую Армию Труда и «перенесении этого опыта на другие армии» он видел одну из «переходных форм к проведению всеобщей трудовой повинности и к самому широкому применению обобществленного труда». При этом Троцкий призывал вести идейную борьбу с «мещански-интеллигентскими и тред-юнионистскими предрассудками, которые в милитаризации труда или в широком применении воинских частей для труда усматривают аракчеевщину».

IX съезд РКП(б) укрепил позиции Троцкого. Он был основным докладчиком по двум вопросам повестки дня (о хозяйственном строительстве и переходе к милиционной системе). Резолюция «Об очередных задачах хозяйственного строительства», почти дословно повторившая тезисы Троцкого, явилась главным решением IX съезда. И хотя Троцкий говорил, что еще не скоро все хозяйство страны будет превращено в одну фабрику, «руководимую одним центром», от воли того, кто руководил всеми трудармиями и областными управлениями по трудовой повинности, могла зависеть жизнь всей страны и каждого ее гражданина. Съезд одобрил курс на милитаризацию жизни страны и внедрение принудительного труда и способствовал распространению идей Троцкого на все сферы советского общества.

112
{"b":"8418","o":1}