ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Этот интимный разговор начинал уже действовать ему на нервы. Он выпрямился в кресле.

- Мы все равно ничего не можем делать, - произнес он, даже не пытаясь скрыть раздражения, - пока этот прыщ Хрим не даст нам знак, а он там явно развлекается вовсю.

При упоминании Хрима Лури брезгливо фыркнула. Таллис погладил её по руке.

- Не думай об этом жалком ублюдке, - произнес он покровительственным баритоном. - Я же обещал, что не подпущу его к тебе.

Ответ её последовал с крошечной задержкой, но все же тоном, не позволяющим усомниться в искренности:

- До тех пор, пока ему будет казаться, что Лури хочет этого, он не станет.

Она снова испустила вздох, который он в равной степени услышал и ощутил, и возобновила гипнотическое поглаживание его шеи и затылка. Помолчав немного, она продолжила свои жалобы на одиночество - все тем же беззаботным, призывным голосом. Таллис отвечал ей все реже, а потом до него вдруг дошло, что её монолог продолжается без всякого поощрения с его стороны. Так может быть, она говорит вовсе не с ним?

Он резко повернул голову и увидел, как Андерик, повернувшись на сто восемьдесят градусов, не отрываясь, смотрит похотливым взглядом куда-то поверх головы Таллиса. Один вид блуждающей улыбки на его мерзкой морде заставил Таллиса выпрыгнуть из кресла.

- Тал-лис! - Лури отпрянула, и её большие круглые глаза наполнились обидой - ну как же, разговаривая вроде как с ним, она соблазняла одновременно всех этих ублюдков, особенно - судя по похотливой роже - этого Андерика!

Горя праведным возмущением, Таллис свирепо смотрел на нее, не находя подходящих слов. Ни одно из изощренных должарианских проклятий, что он разучивал так старательно, к этой ситуации не подходило.

- Обманщица! - завопил он в конце концов, побагровев от злости и забыв при этом следить за собой, так что глаза его выпучились еще более обыкновенного. - Будь ты проклята! Убирайся с...

Зловещий красный огонек, загоревшийся на одном из дисплеев тактической обстановки, насторожил его за миг до того, как ослепительный свет залил на мгновение все экраны, и тут же корабль тряхнуло, словно от удара исполинской руки. Экраны заполнились мельтешащими хлопьями - компьютеры захлебывались информацией, наведенной лазерами снаряда за мгновение до того, как он взорвался.

- Таллис! - взвизгнула Лури. - Я не понимаю...

- Инфоснаряд! - рявкнул Таллис. - Ульгер! Настроить датчики! Визуальные в первую очередь! - Он бросился обратно в кресло, и рука его застыла над рычагом скачка, готовая ударить по нему при первом признаке того, что за первым снарядом панархистов следует что-то поопаснее. От того, чтобы прыгнуть, не дожидаясь этого, его удерживал только страх перед Эсабианом и Хримом.

"Доложить обстановку!"

Он был так потрясен, что чуть не заговорил вслух.

"Фрииж-нииш валла зу-опош нри фаземпт, - скрипучим фальцетом отозвался логос. - Восстановительный алгоритм задействован, - продолжал он уже на три октавы ниже. - Пожалуйста, не уходите со связи. - За этим последовало громкое пение на языке, которого таллис не знал. - Мазу, мазу, мии рамеш болгоятни..." От одного этого звука голова начинала болеть, а глаза слезиться.

Он выбил дробь на клавишах пульта, сумев наконец сделать голос чуть тише. Экраны частично очистились от снежных хлопьев, демонстрируя Щит, превратившийся в бешено вращающийся водоворот света. Прямо над центром этого безобразия стремительно вырастал узкий луч.

- Кэп, Щит раскрывается!

"Рамеш ниинор ггунгли пунгла..." Таллис тряхнул головой, словно пытаясь вытрясти этот безумный голос и освободить хоть немного места для собственных мыслей.

- Нинн! Они запустили бустер! Запеленговать и зарядить гиперснаряд!

Коренастый рифтер набрал команду и в бессильной ярости стукнул кулаком по пульту.

- Заряжается! Но я ни хрена не могу поделать, пока этот недоносок не вернет компьютеру зрение!

Ульгер злобно забарабанил по клавишам своего пульта, на что тот откликнулся замысловатым переливающимся узором из сотен цифр и значков, наложившимся на остаток изображения и окончательно скрывшим их мишень. Техник испустил злобный вопль и бессильно уронил руки.

Андерик бесцеремонно выдернул его из кресла, швырнув на пол, и прыгнул на его место. Таллис открыл было рот, чтобы одернуть его, но так и не произнес ни звука, ибо экраны начали очищаться.

- Ну давай же... - ворковал Нинн, ласкающими движениями едва касаясь клавиш. - Давай... давай же, моя лапочка... открой глазки...

Казалось, он молится маленькой голове Горгоны, которую водрузил над своим монитором. Она холодно поблескивала в огнях пульта, и взгляд её мертвых глаз с каждой минутой становился все неодобрительнее. Картина дополнялась хрипом валявшегося на полу Ульгера.

Эти звуки напомнили Таллису ритуальное удушение, которое продемонстрировал ему как-то его спонсор из клана Карру; идиотское завывание логоса служило этому жутковатым фоном.

"Бужа ларримнишш т-храмен..." Таллис напряженно вглядывался в экран, на котором бустер, все еще неясно видный сквозь строки бегущей информации, уверенно стремился прочь от планеты, навстречу свободе. Лури прижалась к нему и дрожащей рукой одернула прозрачное платье.

- На нас напали? - спросила она приглушенным голосом.

Таллис бросил на нее раздраженный взгляд. Меньше всего ему сейчас было нужно, чтобы его отвлекали: он и так почти ничего не соображал из-за этих идиотских голосов в голове.

- Нет, - бросил он через плечо. - Это подвох. Ловушка, подстроенная этими карра-проклятыми панархистами.

Он сопроводил должарианское слово драматическим жестом, но успел заметить при этом, что Андерик поморщился. До Таллиса дошло, что его техник присутствовал при том их единственном разговоре, когда Эсабиан произнес это слово - значит, Андерик запомнил тогда то ощущение отдаленного грома, которое приДавало слову должарианское произношение, которого сам он не мог воспроизвести.

Лури ни разу еще не слышала, как говорит Эсабиан - да и не особенно скрывала того, что не горит таким желанием. Тем не менее она погладила Таллиса по затылку; Таллису припомнилось, как она говорила однажды, что он привлекательнее всего, когда злится. Как это ни странно, прикосновение её руки снова разожгло в нем желание. Уже не в первый раз он заподозрил, что её генетический набор позволяет ей продуцировать феромоны или что-то в том же роде. Как иначе объяснить её чудовищную, неодолимую сексуальность?

51
{"b":"84225","o":1}