ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бессмертный
Замедли шаг и открой для себя новый мир
Фотография. Искусство обмана
Метро 2033: Край земли. Затерянный рай
Ликвидатор
Масштаб. Универсальные законы роста, инноваций, устойчивости и темпов жизни организмов, городов, экономических систем и компаний
Стеклянная магия
Икигай. Смысл жизни по-японски
Опасная улика

Квентин быстро проводил Карлу до ее дома, поцеловал в темноте у лестницы.

– У меня еще есть дела, – бросил он на прощание развернулся и ушел, оставив плачущую Карлу.

Идя по темным городским улицам, где никому не следовало бы бродить в одиночку, Квентин смотрел на звезды, чтобы чувствовать себя увереннее. Ночь в этой части Бруклина пахла бензином, машинным маслом, подземкой и помойкой. Фонари смотрели сверху желтыми глазами. Квентин угрожающе ссутулился и засунул руки поглубже в карманы джинсов. В одной руке он сжимал маленький пистолет, в другой стилет.

Из глухой темноты переулка вынырнул мужчина.

– Эй, что это ты здесь разгуливаешь? Ты чей? Он протянул было руку к плечу Квентина.

Тот мгновенно выхватил стилет, острое лезвие застыло в миллиметре от шеи незнакомца.

– Я вырежу тебе сердце, – спокойно предупредил он.

– Полегче, полегче. – Мужчина поднял руки, попятился, развернулся и бросился наутек.

Квентин убрал нож и снова двинулся в путь. Он шел быстро, но колени у него дрожали. Длинный, черный “Камаро” резко затормозил на углу. Квентин подошел и сел в него. Джонни Сиконе, смуглый крепыш с лохматыми черными волосами, покосился на него.

– Думаешь, у тебя хватит духу сделать это?

– Да, черт побери. – Квентину едва хватило воздуха, казалось, что его легкие заполнены водой. Он вытер вспотевшие ладони о джинсы.

Они проехали в богатый квартал и медленно двинулись вдоль красивых старинных домов, рассматривая дорогие автомобили, стоящие у тротуара.

– Давай, – скомандовал Джонни. – Нам нужен вот этот.

Квентин выбрался из машины и подбежал к небольшому темному “Мерседесу”. При помощи крохотной отвертки он вскрыл дверцу и оказался в салоне элегантного седана. Еще одно точное движение, и мотор заурчал. Квентин вел машину обратно в Бруклин, Джонни ехал следом. Угнанный “Мерседес” плавно скатился вниз, в подвал, в нелегальную мастерскую Гуцмана.

– Господи ты боже мой! – выдохнул Гуцман, когда распахнул ворота гаража и увидел “Мерседес”. Он смеялся, бормотал что-то одобрительное себе под нос по-немецки. Потом достал из кармана пачку стодолларовых купюр и хитро взглянул на Квентина. – Будешь еще работать на меня?

– Да.

Гуцман явно колебался.

– Слушай, можешь считать меня дураком, но я должен тебе кое-что сказать. Твой отец не захотел бы, чтобы ты это делал.

– Вы собираетесь ему рассказать?

Ледяной голос Квентина вонзился в медлительного, неповоротливого Гуцмана как нож в масло. Металлические нотки угрозы слышались весьма явственно. Гуцмана всегда интересовали лишь свои дела. Его вполне устраивали кражи без огласки и без лишнего шума. На губах толстяка снова заиграла улыбка, маленькие глазки хитро сощурились.

– Я ничего не скажу. Сам будешь разбираться со своим отцом. – Он пожал плечами.

Квентин отправился домой, в кармане лежали деньги, колени у него тряслись, его отчаянно тошнило. De minimis non curat lex – Закон не занимается мелочами. Квентин надеялся, что так оно и есть на самом деле, потому что теперь он воровал машины. Он больше не был мечтателем, как его папа, чей образ превращался в груду обломков прямо на глазах сына. Теперь Квентину придется самому заботиться о семье, разрывая узы, оказавшиеся ненужными.

Юноша сказал матери, что Гуцман повысил его до помощника механика и прибавил зарплату. Он прямо заявил ей, что знает о ее работе на Маклэндса, и хочет, чтобы она оттуда ушла. Ему вполне по силам компенсировать потерю в деньгах за счет прибавки в гараже.

Мать с явным облегчением смирилась с его решением. Ей было противно и стыдно работать на ростовщика, к тому же она все время боялась, что об этом кто-нибудь узнает. Их семья нуждалась в помощи Квентина, теперь Анджела не могла этого отрицать. Он хорошо учится, отметки у него отличные, так что плохого в том, что Гуцман повысил его и прибавил денег?

Она все время чувствовала себя уставшей, одинокой, разбитой. Постоянно растущее отчаяние Ричарда приводило ее в ужас. Часто по ночам они часами разговаривали по телефону. Анджела пыталась успокоить и подбодрить мужа.

Ей казалось, что жизнь загоняет ее в угол.

– Я должна поблагодарить мистера Гуцмана, – проговорила она с достоинством.

– Незачем, – ответил Квентин со странной усмешкой. – Я отрабатываю эти деньги.

И с этих пор Квентин угонял машины. Он отлично с этим справлялся и давал матери столько денег, сколько мог, чтобы не вызвать ее подозрений. Остальные хранил в своей комнате. Карла узнала о том, что Квентин угоняет машины от подружки Джонни Сиконе. Она одновременно боялась за него и гордилась им. Квентин дал ей сто долларов, и она ему все простила.

* * *

Ночами юноша лежал в постели и не хотел засыпать. Хорошо было бы обойтись совсем без сна. Снились только кошмары, в которых его убивали на улице. Квентин написал длинное письмо родителям, рассказывая обо всем и прося у них прощения, запечатал его и спрятал среди романов и исторических книг о войне, заполнявших книжные полки в его спальне. В последнее время эта тема его очень увлекала: люди и машины уничтожения, героические поступки, идеалы, смерть во имя родины и господа. Его дед погиб во время Второй мировой войны как герой. А не как угонщик автомобилей.

Квентин вышел из дверей гаража Гуцмана – легального, а не подпольного, – воспользовавшись перерывом в работе. С него ручьем тек пот. Брызги черной краски испачкали джинсы и футболку. Он сполоснул лицо водой из-под крана на улице. В этот момент Квентин заметил пикап отца.

Он медленно выпрямился. Ричарду Рикони недавно перевалило за сорок, волосы на висках начали седеть. Годы тяжелой жизни избороздили лицо морщинами. В его чертах пропала былая мягкость. Глаза смотрели холодно и сурово, блеском напоминая сталь.

– Садись в машину, – велел отец. – Я хочу, чтобы ты кое с кем познакомился.

С минуту Квентин стоял, не двигаясь с места. Отец вернулся в город среди недели с таким выражением лица только ради того, чтобы его сын с кем-то познакомился? У Квентина по спине побежали мурашки. Что-то случилось, причем плохое. Он отбросил волосы с лица и процедил сквозь зубы:

– Ну, конечно, как тебе будет угодно. Я ведь здесь не вкалываю, а вроде как прохлаждаюсь, – с этими словами он сел на переднее сиденье и замолчал.

Пока они ехали, Ричард не проронил ни слова. Его старая клетчатая рубашка и брюки цвета хаки были прожжены в нескольких местах искрами от сварки. Он опалил волосы надо лбом. Определенно, отец ушел из мастерской, не тратя лишнего времени на сборы.

Квентин напряженно ждал неприятностей. Он едва замечал, как они ехали по Бруклину, проезжая мимо кварталов то побогаче, то победнее. Иногда на улицах становилось больше белых, иногда темнокожих, прохожие то улыбались, то хмурились, а пикап все подпрыгивал на неровной мостовой огромного города, полного людей. Наконец отец свернул к воротам кладбища, где могилы и небольшие склепы располагались так тесно друг к другу, что живые с трудом могли протиснуться между ними.

Изумление Квентина росло по мере того, как отец проезжал одну мрачную аллею за другой. Наконец они остановились в самом глухом уголке этого царства мертвых.

– Нам осталось пройти совсем немного. – Отец ткнул пальцем в направлении низких, простеньких надгробных камней.

Квентин молча шел за ним, сгорая от любопытства, аккуратно обходя могилы. Отец опустился на одно колено и смахнул высохшую листву с красивой мраморной плиты. Юноша подошел ближе и посмотрел вниз.

Имя “Джина Луиза Рикони” было написано среди выбитых на мраморе роз. Судя по датам, она умерла в возрасте восемнадцати лет, а со времени ее смерти минуло четверть века. Отец погладил шершавым мозолистым пальцем надпись.

– Моя сестра, – просто сказал он.

Квентин присел на корточки и уставился на отца.

– А почему ты скрывал ее от нас?

– Я не люблю говорить о ней. Разговорами ее не вернешь. Джина Луиза умерла, когда я был примерно в твоем возрасте. Она была настоящим ангелом. Мне казалось, что другую такую нежную душу не найти, пока не встретил твою мать. Если ты хочешь понять меня, то ключ к пониманию лежит вот здесь. – Он указал на плиту. – В тот год я очень быстро повзрослел.

17
{"b":"85","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Книга огня
438 дней в море. Удивительная история о победе человека над стихией
С любовью, Лара Джин
Женщина справа
Плейлист смерти
Смерть на винограднике
Дед
Секреты красоты девушки онлайн
Сдвиг. Как выжить в стремительном будущем