ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я только хотела вернуть книжку, – объяснила я маме. – Так нечестно.

Пристальный взгляд ее зеленых глаз остановился на мне, а руки продолжали месить тесто для бисквитов в деревянной миске. Она не упустила случая поработать над моей душой.

– Господь преподал тебе урок, дочка. Это касается желаний и потребностей. Ты не потеряла свою книгу, она у тебя в голове. Не имеет значения, что ее тело в руках Джанин, потому что душа книги принадлежит тебе. И этого никто у тебя не отнимет. Если ты отдашь свое сердце вещам, то все время будешь беспокоиться о них и ненавидеть тех, кто их испортил или отобрал.

– Да, мама, – тупо кивнула я.

Ее урок мне было сложно усвоить. Человека необходимо воспитывать в полном повиновении, постоянно убеждая, что мученичество заменяет справедливость. Нет, смирение перед угнетателем оставалось для меня недоступным. Я вовсе не исповедовала всепрощение.

Джанин Тайбер регулярно напоминала мне о том, что я ей не отомстила. Она не только говорила мне гадости, но и делала их, а я терпеливо сносила все, словно медведь в спячке. Однако я отлично поняла, что занимаю самое последнее место в мире Джанин Тайбер. Бывали дни, когда я не сомневалась, что все отчетливо чувствуют исходящий от меня запах куриного навоза и бедности.

И я окружила себя броней неприступности. Мое лицо с твердой линией губ и подбородка не могли скрыть пышные кудрявые волосы. Синие глаза всегда хитро щурились, пока я обдумывала способы, как мне обмануть судьбу. Я радовалась тому, что стала героиней для детей бедняков, которых мучила Джанин, и это помогало мне надеяться на лучшее.

Я полностью подтвердила репутацию члена семьи Пауэлл, а в нашем округе это кое-что да значило. На протяжении нескольких поколений Пауэллов знали все. Достаточно было малейшего повода, и вся история семьи всплывала наружу.

* * *

А все началось с Эрима Пауэлла и мула.

В 1847 году Эрим Пауэлл, приплывший из Уэльса, сошел с корабля на берег, обменял книгу своих стихов на мула и направился от побережья Джорджии в глубь материка. Месяц спустя, использовав последнюю каплю остававшейся у него удачи в карточной игре, он выиграл сотню акров земли в горах над Атлантой. В Старом Свете он зарабатывал на жизнь как школьный учитель, но предпочитал писать стихи. Уже тогда Эрим мечтал о том, как будет процветать в дикой Америке, владея землей.

Эрим доехал на своем муле до перекрестка в горах, где семья Тайбер и их рабы успели построить несколько просторных коттеджей и общий склад. Тайберы были людьми хорошо образованными, принадлежавшими к клану английских колонистов из Южной Каролины. Они уже начали обустраивать улицы и площади.

Мул рухнул и испустил дух. Последние пять миль до своей земли Эрим прошел пешком по тропе, по которой столетиями лишь медведи ходили к своим берлогам. Фермером Эрим не был, так что он не возражал против того, что большую часть его угодий занимали пещеры в заросших лаврами холмах и небольшие долины, где каждое лето вырастали в рост человека кусты черники.

Тайберы возводили собственный цивилизованный город. Эрим назвал свои владения “Медвежий Ручей”. Неизвестно, то ли судьба, то ли поэзия привела его в эти края, но он стал родоначальником нашей американской династии.

Зачастую жизнь зависит от того, где именно сдохнет твой мул.

Наши первые неприятности с Тайберами начались через год после появления Эрима в округе Тайбер, когда он соблазнил их кухарку. Звали ее Энни Уокер. Она была на три четверти ирландкой и на четверть чероки. Кулинарному искусству ее обучала француженка из элегантной прибрежной Саванны. Братья Энни еле удержали Тайберов от того, чтобы они не повесили Эрима, когда тот женился на ней.

Неукрощенные Энни и Эрим построили ферму. Он делал и продавал великолепное кукурузное виски, написал десяток эпических поэм, которые никто не издал, а затем выстроил из бревен школу, чтобы учить читать и писать всех желающих. К нему могли приходить все – рабы и свободные, белые, черные, индейцы и полукровки.

И снова Тайберам это не понравилось. Они привезли с собой раба по имени Дэниел Вашингтон и его семью. Дэниел был отличным кузнецом и требовал к себе уважения. Как уже выяснили Тайберы, в горах рабы очень легко убегали из поместья и пропадали. Чтобы исключить саму возможность побега, они позволили ему открыть собственную кузницу и оставлять себе заработанные деньги. Дэниел очень быстро сумел купить землю рядом с фермой Пауэллов у Медвежьего ручья.

Эрим и Энни радушно принимали у себя Вашингтоном, а Эрим тайком учил детей Дэниела читать. Тайберы, по всей вероятности подозревавшие о провокационном влиянии Эрима, быстренько основали Академию Тайберов в городе и разрешили детям Дэниела там обучаться. Удивительный компромисс! Позже эта академия стала колледжем Маунтейн-стейт.

У Эрима и Энни родились пятеро детей, один из которых еще совсем ребенком ушел в горы и не вернулся. Многие годы после этого Эрим и Энни вырезали на деревьях возле фермы надписи, чтобы их потерянный сын мог найти дорогу домой. В нашей гостиной гости могли увидеть кусок ствола, который дедушка Джошуа вырезал из оставшегося дуба. На нем осталась надпись: “Дорогой мальчик, мы ждем тебя”.

В 1900 году исчезла и сама Энни, которой в ту пору перевалило за семьдесят. Через город проходили индейцы-чероки из Оклахомы, направлявшиеся на сбор в резервацию в Северной Каролине. Возможно, Энни ушла с ними, так как в резервации у нее оставалась родня. А может быть, она сорвалась со скалы, когда отправилась на привычную прогулку, во время которой вырезала надписи на деревьях.

Эрим с разбитым сердцем заявил, что знает правду. Он свято верил, что его жена превратилась в медведицу. Энни происходила из клана чероки, ведущего свой род от медведя и считавшего это животное священным. Разве она не заставила Эрима и повзрослевших детей пообещать, что ни один из Пауэллов никогда не будет охотиться на медведей? Так что она превратилась в медведицу на его глазах и исчезла в зарослях черники вдоль Медвежьего ручья. Оттуда она будет наблюдать за следующими поколениями Пауэллов и искать своего пропавшего мальчика.

Талант Эрима рассказывать истории помог тому, что вскоре об этом узнал весь округ. Тайберы говорили: “Вы же понимаете, что мерещится этому чудаку, когда он выпьет”. Медведица или жена, но Энни так и не вернулась. После смерти Эрима шуточная версия его рассказа появилась в городской газете в исторической колонке “Старые времена, дикие нравы”. В 1930 году Тайберы опубликовали книгу, собрав в ней истории из этой колонки за многие годы, включая все неуважительные байки о Пауэллах и других фермерских семьях с гор, словом, о тех, кого горожане считали чудаками. С тех пор книга не переводилась в местных книжных магазинах, а такого оскорбления не мог снести ни один Пауэлл.

Бетина Грейс Пауэлл Тайбер была самой младшей дочерью Эрима и Энни. С точки зрения Пауэллов, она была сильной, умной и красивой. Муж из семьи Тайберов довел ее до отчаяния, избивая и таская за прекрасные рыжевато-золотистые пауэлловские волосы по всему викторианскому особняку на Эльм-стрит. С точки зрения Тайберов, она была изворотливой выскочкой и шлюхой. В чем бы ни заключалась правда, Бетина оставалась дочерью своей матери, искательницей приключений и заблудших душ. Такой душой оказалась ее собственная.

В 1910 году Бетине Грейс исполнился сорок один год. Она упаковала свои чемоданы, села в пассажирский поезд и уехала из города, бросив мужа, председателя Окружного банка, и детей, включая и мисс Бетти, которая все равно тепло вспоминала о ней. Тайберы наняли детективов, чтобы вернуть беглянку домой. Сыщики выяснили, что Бетина Грейс сбежала в Бразилию с мужчиной. И этим мужчиной был не кто иной, как Натан Вашингтон, старший сын Дэниела Вашингтона. Разумеется, он был чернокожим.

Они с Бетиной выросли по соседству и детьми вместе играли. Возможно, еще в юности они полюбили друг друга, но прекрасно понимали, что это чувство обречено. Совсем молодым человеком Натан уехал на Кубу, стал капитаном. Но, как выяснилось, они не забыли друг друга.

7
{"b":"85","o":1}