ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Эльф из погранвойск
Коловрат. Знамение
Секта
Флейта гамельнского крысолова
Бросить Word, увидеть World. Офисное рабство или красота мира
Невеста
Бодибилдинг и другие секреты успеха
Десерт из каштанов
Я люблю дракона

После такого скандала ку-клукс-клан возобновил свою деятельность. На округ обрушилось несчастье. В “Медвежьем Ручье” жгли кресты, сожгли школу, построенную еще Эримом. Толпа линчевала мальчика-подростка из семьи Вашингтон. Так что с тех пор Тайберы всегда сторонились Пауэллов. Это сделалось их семейной традицией.

Процветание Пауэллов на том закончилось. Оставались в городе только самые упрямые и сильные, но их оказалось слишком мало, чтобы заставить остальных вернуться.

Время шло, и только мисс Бетти, одна из всех Тайберов, отказывалась обвинять нас за то, что ее мать сбежала с чернокожим Натаном Вашингтоном. Высокая и крепкая, с упрямым подбородком, рыжими волосами и звонким, как колокольчик, смехом, испытавшая на себе всю глубину человеческого горя, мисс Бетти боролась теперь за то, чтобы в эту пучину не погрузилась ни одна живая душа.

В юности она вела совершенно обычную, по меркам Тайбервилла, жизнь: училась в Академии для молодых женщин при колледже; окончив ее, отправилась путешествовать по Англии; вернулась домой и привезла с собой мужа, доктора Джона Винтона Хэбершема, ветеринара. Свадьба состоялась в открытом море во время долгого плавания к родным берегам. Они основали птицефабрику Тайберов и обзавелись полным домом ребятишек.

Но зимой 1928 года доктор Хэбершем умер от полиомиелита. За ним последовали и три их дочери. Мисс Бетти с разбитым сердцем предприняла настоящий крестовый поход против этой болезни, чтобы спасти остальных своих детей и всех детей Тайбервилла. Она основала добровольное общество борьбы против полиомиелита, стала его председателем и выстроила в городе специализированную клинику. Благодаря ее усилиям заболевших теперь не требовалось везти в другой город для лечения. Она колесила по опасным горным дорогам, раздавая каждой семье средства гигиены и брошюры, которые неграмотным читала вслух.

Действия мисс Бетти вполне укладывались в общепринятые нормы, учитывая ее потерю и сложившуюся ситуацию в целом. Но она перестала ходить в церковь, заинтересовалась буддизмом и другими восточными религиями, привезла из Северной Каролины индейца-чероки, настоящего шамана, увешавшего оберегами весь ее дом, обращалась к бесчисленным экстрасенсам и хиромантам, проделывала специальные ритуалы, чтобы прервать цепь несчастий и смертей, обрушившихся на Тайбервилл и на весь округ. И вот этими своими поступками привела остальных членов семьи в недоумение. Ее поведение казалось не от мира сего. “В ней играет кровь Пауэллов”, – говорили Тайберы.

Мой отец родился в 1940 году, а к тому времени мисс Бетти уже приобрела репутацию женщины со странностями. Она твердо верила, что ее вера, знания и магические ритуалы спасли Тайбервилл от мора библейских масштабов. В конце концов, ведь в округе Тайбер сохранялся самый низкий процент заболевших полиомиелитом на всем Юге, и болезнь не осмелилась больше атаковать ее семью.

Вопреки неодобрению Тайберов, только радовавшихся, если бы последний из Пауэллов покинул округ и как можно скорее, мисс Бетти брала моего отца вместе с мистером Джоном в регулярные поездки по округу. Так что он и ее племянник выросли вместе, деля переднее пыльное сиденье ее “Кадиллака” и помогая мисс Бетти собирать деньги на благотворительность.

Лето 1953 года выдалось очень жарким и душным. Земля потрескалась под горячими лучами солнца. Собаки прятались в тени, олени ушли в чащу, цветы на клумбах поникли, только что вылупившиеся цыплята гибли тысячами. Добрый и ласковый Джошуа, отец моего папы, и два его младших брата, Дэви и Артур, заболели полиомиелитом и умерли. Через месяц слегли и мой отец, и Джон Тайбер.

Мисс Бетти и Мэри, мать моего отца, с тревогой ждали, справятся ли подростки с болезнью, или паралич прикует их к инвалидным коляскам на всю жизнь. Мисс Бетти приезжала на ферму и спускалась на берег ручья, где еще девочкой играла с родней со стороны Пауэллов и соседскими детишками Вашингтонов, пока ее мать не навлекла на всех позор.

Мисс Бетти отлично знала легенду о неуспокоившемся духе бабушки Энни.

– Я ищу помощи в мире духов, – объясняла она Мэри. – Если Энни Пауэлл и в самом деле бродит здесь, я хочу попросить у нее защиты. Легенда гласит, что она всегда защищала наших детей. Она не спасла моих девочек, а также Артура и Дэви, значит, она за что-то на нас рассердилась. Я намерена выяснить, за что.

– Ну что ж, ладно, – осторожно согласилась Мэри, боявшаяся мисс Бетти. – Пока вы будете говорить с призраком, я приготовлю чай со льдом.

Час спустя на холм поднялась Бетти. Она кричала и размахивала руками. Ее лицо горело от возбуждения, седеющие волосы растрепались. Листья и сухие веточки липли к нейлоновым чулкам и платью, словно она притягивала их магнитом.

– Наши мальчики будут жить, – объявила она Мэри. – Я видела призрак медведицы! Бабушка Энни говорила со мной! Томми и Джонни поправятся! Скоро найдут лекарство от полиомиелита! И я пообещала отблагодарить духов, Мэри! Мы должны вернуть медведей в эти места! Проклятие снято, Мэри!

И мисс Бетти оказалась права. Через неделю папа и Джон Тайбер встали на ноги. Но оставались и другие проклятия, и моему бедному отцу, тогда тринадцатилетнему мальчику, пришлось с ними жить. Мисс Бетти хотела, чтобы он учился в школе, а потом отправился в колледж изучать искусство, но моя гордая бабушка ответила ей отказом. Томми остался единственным мужчиной в семье, и ему пришлось работать. Пауэллам необходимо оплачивать счета.

Мисс Бетти неохотно подписала заем для Мэри, чтобы она могла поставить пару курятников в “Медвежьем Ручье”, и заключила с ней контракт на выращивание бройлеров. Птицефабрика Тайберов поставляла Цыплят, корм и лекарства для них. Фермер предоставлял курятники и с утра до ночи гнул спину. После выплат по закладной и других расходов, выручки за год едва хватало, чтобы оплатить счета. Мой отец и его мать стали подневольными работниками Тайберов, заложниками кредита и долгосрочного контракта на выращивание бройлеров.

Очень скоро папа нарисовал свою первую картину. Медведи, изнывающие в цирковой клетке, появились на стене курятника. Бабушка закрасила их свежей краской и отхлестала сына, крича, что он совсем рехнулся. Папа снова нарисовал медведей. Она его опять избила. Но отец ничего не мог с собой поделать. Его горе, его разочарование требовали выхода. Когда он в третий раз нарисовал медведей, Мэри поняла, что ее сын не выживет, если ничто не скрасит мрачное будущее, ожидавшее ее.

Через год появилась вакцина от полиомиелита, как и обещала бабушка Энни. Мисс Бетти начала полномасштабную кампанию по возвращению медведей в округ Тайбер. Почти десять лет она платила охотникам за то, чтобы они ловили медвежат в горах и привозили к нам, к абсолютному ужасу ее родственников и большинства горожан. Папа стал ее добровольным помощником. Но у них ничего не получилось. Медведей убивали, увозили, и происходило это зачастую по тайному приказу других Тайберов, включая и мистера Джона. Шли годы, мисс Бетти и мой отец проникались все большим отвращением к горожанам, понимая нереальность своей миссии.

Но потом им пришла в голову идея поставить в городе скульптуру. Изучая брошюру, посвященную сбору пожертвований на борьбу с полиомиелитом, они наткнулись на коротенькую статью о людях из других штатов, участвующих в этой акции. В числе прочих был назван и Ричард Рикони, отдавший свою скульптуру на благотворительные цели. Он создал ее из костылей. Мисс Бетти и папа не нашли ни описания скульптуры, ни указания на то, за какую сумму она была продана и была ли продана вообще. Но они оба загорелись одной и той же идеей. Мисс Бетти написала Ричарду Рикони о том, что ей хотелось бы иметь скульптуру медведя, которую она планировала поставить в студенческом городке.

“Я хотела бы отметить победу науки и знаний над невежеством и страхом, – писала она. – Я хотела бы отпраздновать наше единение с матерью-природой и выразить свое благоговение перед большим черным медведем, смотрящим на всех нас. Я хочу, чтобы люди задумались. И я хочу, чтобы в этом округе был хотя бы один медведь, от которого никто и никогда не сможет избавиться”.

8
{"b":"85","o":1}