ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мальчик из джунглей
Человек, упавший на Землю
Мастер Ветра. Искра зла
Трансформатор. Как создать свой бизнес и начать зарабатывать
Автомобили и транспорт
Хороший плохой босс. Наиболее распространенные ошибки и заблуждения топ-менеджеров
Призрак Канта
Кодекс Прехистората. Суховей
Затонувшие города
Содержание  
A
A

— Я с самого начала сомневался в том, что эти два человека могут сработаться. Я переговорю с начальником генерального штаба сухопутных сил генерал-полковником Гальдером и представлю ему соответствующее предложение.

После этого я отправился к полковнику Мюллеру-Гиллебранду. Уже осталось мало времени до вылета. Но мой собеседник знал положение 6-й армии, так что не понадобилось много слов для разъяснения. Я сформулировал свое предложение:

— В тыловых частях есть много молодых солдат, которые пригодны для фронтовой службы. Не целесообразно ли заменить их более пожилыми солдатами или такими, которые уже непригодны для фронта? Это дало бы возможность заполнить у нас наиболее ощутимые бреши.

— Не знаю, много ли это даст. Насколько мне известно, в ротах уже используются в качестве шоферов, как подсобная сила даже военнопленные.

— Это верно, но я имел в виду также отряды, действующие в тылу армии, ремонтные роты и т. п.

— Мы продумаем это, Адам.

Мюллер-Гиллебранд сдержал свое обещание, данное мне в середине августа. Мы получили ряд маршевых батальонов, которые оказались весьма кстати, хотя их и было далеко не достаточно для того, чтобы полностью укомплектовать дивизии. Полковник снова обещал направлять в первую очередь в 6-ю армию свободные маршевые подразделения.

Я знал, что он ничего больше сделать не может. Мы попрощались, и я вылетел обратно.

Вернувшись в Голубинский, я сначала явился к Шмидту, а потом к Паулюсу.

Обоим было ясно, что пока мы должны примириться с нынешней недостачей пополнения. Хорошо, что управление кадров дало разрешение на подготовку пехотных офицеров. Паулюс в душе надеялся, что армии подбросят новые дивизии.

Командующий гневается

На другой день меня вызвали к Паулюсу в необычное время. Что бы это могло значить? В первой комнате блиндажа меня приветствовал личный ординарец командующего обер-лейтенант Циммерман.

— Гроза, господин полковник!

Командующий предложил мне сесть, указав на стул против его письменного стола. Я чувствовал, что он старается сдержать нарастающий гнев.

— Вчера в ставке фюрера вы говорили с Цильбергом о Шмидте?

— Так точно, господин генерал!

— Почему вы сделали это без моего ведома?

— Потому что вы, господин генерал, запретили бы мне сделать этот шаг. Но мы больше не могли видеть, как выматывает вам душу самоуправство Шмидта.

Мне показалось, что гневные складки на лбу моего собеседника разгладились. Ведь он должен был из моего откровенного ответа понять, что мы желаем ему добра.

— Кого вы подразумеваете под словом «мы»?

— Мы — это все начальники отделов штаба, прежде всего начальник оперативного отдела, начальник инженерных войск, начальник связи, барон фон Кутченбах и я, господин генерал.

— Я допускаю, что вы руководствовались самыми лучшими намерениями. Тем не менее вы должны были меня предварительно осведомить или по крайней мере сделать это тотчас же после вашего возвращения вчера вечером.

— Прошу прощения, господин генерал, что я упустил это из виду. Я хотел сначала обсудить с вашим зятем и начальниками отделов, как нам дальше действовать. Нам представлялось целесообразным убедить вас в общей беседе, что в интересах командования армией вы должны расстаться со Шмидтом. Только после этого предполагал я доложить о шагах, предпринятых мною в Виннице. Кто же мог думать, что вы так скоро узнаете о моем разговоре с Цильбергом?

— Десять минут назад мне позвонил генерал-полковник Гальдер. Сначала он осведомился об обстановке. Затем он прямо задал вопрос, кого я хочу вместо Шмидта. Он узнал от Блюментритта, что личные отношения между мною и Шмидтом никак нельзя назвать хорошими. Затем Гальдер сослался и на вас. Можете себе представить, как я был удивлен. Разумеется, я отклонил предложение о замене начальника штаба при сложившейся обстановке.

— Это я понимаю, господин генерал. Тем не менее вы должны были бы решиться это сделать после завершения нынешних операций.

— Мне от вас нужно только одно, говорю это раз навсегда: в будущем я должен быть своевременно осведомлен о подобных планах. Вообще говоря, это касается не вас, а меня. Я бы не хотел, чтобы Шмидт узнал об этом деле. Надеюсь, мы понимаем друг друга, Адам.

Тем самым с «делом Шмидта» было покончено. И надо сказать, к сожалению. Если Паулюс не был решительным и жаждущим деятельности Фаустом, зато Шмидт играл в армии роковую роль Мефистофеля. Это показал горький опыт.

— Как, между прочим, обстоит дело с вашим заместителем? — спросил командующий, когда я уже собрался уходить.

— Все в порядке. Меня будет заменять подполковник из управления кадров. После моего возвращения он должен будет принять у нас полк.

— Тогда Шмидт будет доволен. Вы ведь знаете, он никак не может сработаться с нашим вторым адъютантом армии майором фон Лютицем.

Офицерская школа за линией фронта

Мы снова наступали. 4-я танковая армия пересекла у Басаргино железную дорогу Калач — Сталинград. Она создала угрозу с тыла противнику, противостоявшему 6-й армии. Вследствие этого советские части должны были сдать упорно обороняемый рубеж у реки Россошки и отступить к западной окраине Сталинграда. Теперь и LI армейский корпус перешел в наступление. Внутренние фланги обеих армий 2 сентября сомкнулись под Яблочным и совместно продолжали наступать. Намеченная операция на окружение противника перешла во фронтальное наступление. Речка Царица стала границей между армиями.

У меня в последующие дни было много работы. Я хотел подготовить организацию офицерских курсов, чтобы они могли начать работать во время моего отсутствия. Сначала нужно было найти подходящее место. Комендант штаба армии и начальник связи несколько раз ездили к западу от Дона для ознакомления с местностью и предложили поселок Суворовский, к югу от Нижне-Чирской.

Я поехал туда вместе с начальником отдела подготовки кадров. В расположенных на краю деревни бараках и бункерах можно было разместить курсантов. Местность тоже подходила для наших целей. Таким образом, выбор пал на Суворовский.

Пехотным дивизиям было приказано отобрать опытных офицеров и унтер-офицеров в качестве инструкторов. Начальником школы был назначен молодой капитан Гебель из 79-й пехотной дивизии; вместе с заранее выделенной командой он отправился на место. Курсанты должны были прибыть в конце сентября — начале октября. До этого срока надо было закончить все подготовительные работы. Я убедился, что дивизии выделили лучших своих молодых офицеров и унтер-офицеров, которые с большим рвением принялись за выполнение задачи. Естественно, все они были рады возможности уйти на несколько недель с переднего края и отоспаться. Тем временем наши дивизии шаг за шагом продвигались к Сталинграду. 10 сентября они достигли западной окраины города. От большинства расположенных еще на степной окраине деревянных домиков остались только остовы труб. Но и примыкающие со стороны города многоэтажные каменные здания были сожжены. Наши войска расположились в подвалах. Начались кровопролитные бои за город, за каждый дом, начались рукопашные бои.

«Комендант Сталинграда»

В эти дни ко мне явился какой-то полковник и доложил:

— Главное командование назначило меня комендантом Сталинграда и прикомандировало к 6-й армии. После представления командующему армией я хотел бы приступить к своим обязанностям.

Я невольно улыбнулся.

— Вам придется, пожалуй, запастись терпением на некоторое время. Пока что наши дивизии сражаются только на окраине города.

— Ну, это долго не протянется, — заметил он.

— Вы ошибаетесь. Для того чтобы здесь отбить один-единственный дом, нужно много-много дней. Действительно, наши танки уже 23 августа рывком пробились к Волге. Но это вовсе не означает, что они захватили город. За две недели мы только добрались до окраины города. Представьтесь сначала начальнику штаба армии генерал-майору Шмидту. Он вам лучше объяснит, что здесь происходит.

24
{"b":"850","o":1}